Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

Притча о примитивном социализме и развитом рынке

Капитализм переживает отнюдь не простое время, когда некоторые снова сомневаются в его дееспособности. Но чем заменить капитализм? Да и каким бывает капитализм? Всегда ли он одинаков? Какая модель организации общества лучше – Республика Примитивного Социализма, Республика Свободного Рынка или Республика Развитого Рынка? Какой стилизованный пример может помочь ответить на этот вопрос?

 

В некотором царстве, в некотором федеральном государстве возникли три первоначально совершенно одинаковые республики. Географически каждая состояла из озера, в центре которого находился остров. Периметр озера был разделен на сто равных частей, где сто совершенно одинаковых рыбаков могли выловить в день до 100 кг рыбы каждый. Проблема состояла в том, что рыбаки совсем не ели рыбу; чтобы выжить, каждому из них требовалось в день не меньше 1 кг бобов. Бобы выращивал великан крестьянин, живший один-одинешенек на острове и владевший лодкой, способной взять на борт до 100 кг груза. По случайному стечению обстоятельств или вследствие божественного промысла крестьянин не ел бобов; чтобы выжить, ему нужно было съесть не менее 100 кг рыбы в день. По завершении рабочего дня крестьянин садился в лодку, загружал в нее 100 кг бобов и отправлялся к берегу в совершенно случайном направлении. Достигнув берега, он обменивал свой груз на рыбу у первого встреченного им рыбака, после чего отправлялся домой есть уху.

Республики отличались исключительно правилами производства, распределения и торговли. В Республике Примитивного Социализма (РПС) рыбаки с первого же дня договорились: каждый ловит по 1 кг рыбы, привозит ее в пункт сбора, после обмена бобы распределяются поровну. В Республике Свободного Рынка (РСР) постановили: пусть рынок все решает сам. В первый день каждый рыбак выловил 100 кг рыбы, надеясь ее сбыть, но удача улыбнулась лишь одному. Счастливчик, получивший бобы в обмен на рыбу, понял, что теперь он может 99 дней не работать, и заявил, что не намерен поддерживать конкурентов. На второй день он остался в РСР один, поскольку все его сограждане умерли от голода. Это его немного огорчило, но он быстро утешился, так как знал, что на рынке выживает самый эффективный. Однако еще через 99 дней обнаружилось, что запасы его бобов кончились, а продавец не приехал, поскольку, не имея рыбы, погиб от голода. Таким образом, через 100 дней РСР обезлюдела полностью.

Наиболее сложная система распределения возникла в Республике Развитого Рынка (РРР). Здесь везунчик, получивший в первый день 100 кг бобов, оказался талантливым предпринимателем. Он предложил соотечественникам подписать контракты, признав его собственником всего побережья в обмен на свое обязательство выдавать каждому по 1 кг бобов в день. При этом 50 граждан обязывались вылавливать по 2 кг рыбы в день и сдавать улов на пункт сбора. Два человека обеспечивали обмен получаемых 100 кг рыбы на 100 кг бобов и их раздачу. Из остальных 47 сорок шесть должны были следить за установленным порядком, обеспечивая law enforcement. Они должны были пресекать попытки захвата рыночной власти незаконопослушными индивидами путем продажи великану полного объема рыбы. А один житель был назначен экономистом – безоговорочным сторонником конкуренции. Он написал статью о гениальности своего шефа, сумевшего предложить всем согражданам контракты, совместимые со стимулами (incentive-compatible contracts). И доказал, что в период первоначального накопления шеф выдвинулся отнюдь не случайно, а благодаря выдающимся способностям, которые и были справедливо оценены свободным рынком.

Однажды экономист встретил бродячего философа и услышал рассказ об РПС. Экономист не поверил и, чтобы разоблачить фантазии собеседника, спросил: «И почему же в этой самой РПС никто не пытается захватить власть? Ведь это так просто!» Философ задумался. «Наверное, – ответил он, – потому, что в этой стране люди не завидуют друг другу… Ну, и потом, Вы же не крадете ложки из столовой?!»

 

 

Официальная ссылка на источник:

Полтерович В.М. Притча о примитивном социализме и развитом рынке// «Неэргодическая экономика», 18.04.2016.

4618
8
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
The article attempts to systematize the most important institutional advantages of the Chinese management model, which differs significantly from the Western and Russian models. The research considers six fundamental elements of the self–organization model of the Chinese elites: maintaining the monopoly of the Chinese Communist Party in the system of power; the ability of the Communist Party to self–organize (scale, hierarchy, sequence of career growth, meritocracy, total lack of immunity from criminal prosecution, the presence of the death penalty); the system of checks and balances of power, consisting of formal (the practice of filing complaints against representatives government, etc.) and informal (mental and personnel traditions based on the historical factor) institutions; refusal to export its model and the implementation of the doctrine of soft hegemony; global coordination of all levels of the national economy through the modern State Planning Committee of the People’s Republic of China (State Committee for Development and Reform); adherence to three basic principles (common sense, naturalness and managerial paranoia), which are subordinated to the effect of nesting. The article shows that these elements provide many advantages for the Chinese elites: the presence of immunity against degradation and degeneration, the historical continuity of strategic decisions and the formation of state instinct, the weakening of foreign policy aggressiveness during the change of the old world order, the timely balancing of all aspects of Chinese society, the achievement of permanent managerial responsibility. We consider the possibility of Russia borrowing the institutions of the Chinese management system; the research notes that there are prerequisites for such borrowing in terms of creating a ruling party, a system of operational complaints and an institution of elite self–purification.
В XXI веке началось возрождение некоторых культурных страниц отечественной истории. Одна из них связана с творчеством замечательного советского писателя Олега Куваева и, конечно же, с его романом «Территория». Писатель уже получил титул русского Джека Лондона, в связи с чем актуализируется несколько вопросов. Что конкретно общего у двух авторов? И чем они все–таки принципиально различаются? В статье даются ответы на поставленные вопросы.
В статье сделана попытка систематизировать некоторые важнейшие институциональные преимущества китайской модели управления, которая существенно отличается от западной и российской моделей. Рассмотрены шесть основополагающих элементов модели самоорганизации китайских элит: поддержание монополии КПК в системе власти; способность самоорганизации КПК (масштабность, иерархичность, последовательность карьерного роста, меритократия, тотальное отсутствие иммунитета от уголовного преследования, наличие смертной казни); система сдержек и противовесов власти, состоящая из формальных (практика подачи жалоб на представителей власти и др.) и неформальных (ментальная и кадровая традиции по учету фактора истории) институтов; отказ от экспортирования своей модели и реализация доктрины мягкой гегемонии; глобальная координация всех звеньев народного хозяйства посредством современного Госплана КНР (Государственного комитета по развитию и реформам); следование трем базовым принципам (здравому смыслу, естественности и управленческой паранойе), которые подчинены эффекту вложенности. Показано, что перечисленные элементы обеспечивают множество преимуществ китайских элит – наличие иммунитета против деградации и вырождения, историческую преемственность стратегических решений и формирование государственного инстинкта, ослабление внешнеполитической агрессивности в период смены старого миропорядка, своевременное балансирование всех сторон жизни китайского общества, достижение перманентной управленческой ответственности. Рассматривается возможность заимствования Россией институтов китайской системы управления; отмечается наличие предпосылок для подобного заимствования в части создания правящей партии, системы оперативных жалоб и института самоочищения элит.
Яндекс.Метрика



Loading...