Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

Новая экономика развития как методологическая и мировоззренческая дисциплина

Статья посвящена описанию принципиально новой конфигурации дисциплины «Экономика развития», предлагаемой в качестве теоретического осмысления современных трансформационных процессов в мировой экономике. Дисциплина предназначена для магистерских программ экономических направлений подготовки, хотя построена на основе междисциплинарного подхода. Показано, что традиционные курсы по экономике развития, сложившиеся на Западе в последние десятилетия, были нацелены на объяснение экономической отсталости развивающихся стран и выработку рекомендаций по преодолению отставания в рамках глобализационной логики развития мировой экономики. Проблемы развивающихся стран и рецепты модернизации экономики излагались в формате макроэкономических моделей и институциональных объяснительных схем, которые не отражают гораздо более глубокие причины отсталости. В начале XXI века тематика западных курсов была дополнена глобальными вызовами развития человечества – неравенство и бедность, загрязнение окружающей среды, целями устойчивого развития ООН, «зеленой повесткой» и пр. Однако и данные проблемы трактуются в рамках обесценившейся глобалистской повестки. Происходящая деглобализация и поиски нового мирохозяйственного устройства обесценили наработанный теоретический бэкграунд традиционной экономики развития. В предлагаемой новой дисциплине проблема современного экономического развития раскрывается с помощью географических, геоэкономических, долгосрочных технологических, институциональных факторов, с привлечением новейших исследований в рамках экономической теории и сопряженных с ней научных направлений как отечественных, так и зарубежных авторов. Авторы предлагают в качестве базовой онтологической концепции курса конкурентную неравновесную парадигму экономических процессов, в отличие от неявно существующей равновесной парадигмы в стандартных вариантах курса «Экономика развития».

Эволюция дисциплины «Экономика развития»

 

Авторы данной статьи представляют содержание нового варианта учебной дисциплины «Экономика развития» (ЭР). Преподавание этой дисциплины в магистратуре Финансового университета при Правительстве РФ имеет исторически сложившуюся традицию, ее появление во многом явилось заслугой Р.М. Нуреева (Нуреев, 2001а; 20086; 2015в; 2019г). В первом варианте это был стандартный курс ЭР в трактовке мировой научной учебной литературы. Речь шла о моделях развития развивающихся стран и возможностях их вхождения в ряды стран с развитой экономикой. При этом можно отметить, что в этот период в отечественной научной литературе существовал уже альтернативный подход к проблемам «экономики развития» (Львов, 2002).

Данное направление (или раздел) неоклассической экономической теории в широком смысле давно существует и развивается в западной литературе в эпоху глобализации. Можно привести множество авторов соответствующих учебников. Например, очень известный и популярный учебник Дебрадж Рэй, первое издание которого появилось в 1998 году (Ray, 1998), представляет синтез современной и классической литературы в этой области и поднимает такие жизненно важные темы, как теории экономического роста, экономического неравенства, бедности и недоедания, роста населения, торговой политики и рынков земли, труда и кредита. В основе рассмотрения этих вопросов лежит хорошо известная неоклассическая «рыночная» парадигма: большую часть процесса развития можно понять, изучая факторы, которые препятствуют эффективному и справедливому функционированию рынков. Разнообразные темы, рассматриваемые в учебнике, такие как новая теория экономического роста, моральный риск в земельных контрактах, информационные теории кредитных рынков и макроэкономические последствия экономического неравенства, подпадают под эту общую методологическую основу. Учебник утверждает, что не существует единой причины экономического прогресса, а существует комбинация факторов, в том числе улучшение физического и человеческого капитала, сокращение неравенства и наличие институтов, которые обеспечивают фоновый поток информации, необходимый для рынка.

Более современный учебник «Экономика развития. Теория и практика» профессоров Калифорнийского университета в Беркли Алена де Жанври и Элизабет Садуле (Janvry and Sadoulet, 2021), выделяет семь ключевых проблемных областей развития – рост, бедность, социальная уязвимость, неравенство, основные потребности, устойчивость и качество жизни – и используют их для структурирования содержания текста. Книга дает исторический взгляд на эволюцию теорий развития. Авторы демонстрируют, как диагностика, разработка программ и политики, а также оценка воздействия могут использоваться для поиска новых решений проблем страданий и насилия, вызванных неудачами в развитии.

Во втором издании учебника 2021 года больше внимания уделено таким текущим событиям международной повестки дня, как достижение Целей устойчивого развития, постоянно растущее глобальное и национальное неравенство, здоровье как внутреннее и международное общественное благо, международные денежные переводы в целях социальной защиты, торговля выбросами углерода для устойчивого развития.

Учебник предоставляет читателю удобные аналитические инструменты для оценки воздействия программ и политики развития, иллюстрированные многочисленными примерами. Студентам и преподавателям доступны задания и примеры в приложениях Excel и Stata.

В этом же издательстве Routledge издается постоянная серия книг, посвященных проблемам развития развивающихся стран, которая насчитывает уже 191 монографий трехсот авторов [1].

Серия монографий под общей рубрикой «Словарь экономики развития» издавалась с 1988 по 2010 годы, всего пока вышло пять книг или томов [2], каждый из которых представляет собой увесистую коллективную монографию (например, первый том насчитывает 848 страниц, а третий том из двух частей – более 1300 страниц!), посвященную отдельным вопросам развития. О значимости данной серии говорит хотя бы тот факт, что введение ко всей серии написал нобелевский лауреат Кеннет Эрроу, одним из авторов первого тома был другой известный «нобеляр» Джозеф Стиглитц, ответственным редактором пятого тома, посвященного проблемам экономической политики развития, выступил сверхпопулярный Дэнни Родрик.

Западная библиография изобилует различными вариантами изданий по проблематике экономики развития. О высокой степени научно–методической разработанности этого направления свидетельствует существование учебников с названием «Основы экономики развития». Например, подобный учебник Дж. Эдвард Тейлор и Трэвис Дж. Либберта со сравнительно небольшим объемом 376 страниц «написан для того, чтобы предоставить студентам важнейшие инструменты и подходы, используемые экономистами в области развития, представляет собой альтернативный подход к традиционным учебникам по этому предмету. Компактный и менее дорогой, чем другие учебники для студентов по экономике развития, “Основы экономики развития” предлагают широкий обзор ключевых тем и методов в этой области» (Taylor and Lybbert, 2020).

 

Содержание дисциплины «Экономика развития»

 

Таким образом, дисциплина «Экономика развития» входит в самый устойчивый «джентльменский набор» курсов, составляющих теоретическую базу и аналитический инструментарий подготовки современных экономистов в нынешнем глобальном мире. Вот только главный вопрос теперь состоит в том, насколько действительно глобален современный мир, насколько разворачивающиеся с 2020 года события изменили и изменят в ближайшем будущем повестку дня подготовки экономистов–теоретиков. Насколько адекватен наработанный за десятилетия глобализации исследовательский инструментарий, отражаемый в вышеперечисленных уважаемых учебниках.

О нараставшем кризисе в преподавании устоявшегося набора содержательных разделов курса «Экономики развития» в России еще до событий 2020 года, говорит тот факт, что под напором критических замечаний от студентов и деканов экономических факультетов Финуниверситета группа преподавателей департамента экономической теории, читавших этот курс, еще в 2019 году, т.е. до ковидного кризиса глобализации 2020 года, осуществила радикальную переработку программы дисциплины. Из программы были удалены многочисленные модели (кейнсианские, неоклассические, структуралистские), разработанные как рецепты выхода на траекторию устойчивого роста развивающихся стран. Практическая неадекватность этих моделей, разработанных в 1950–1980-е годы, особенно применительно к российской специфике, к 2010-м годам стала предельно очевидной, незаинтересованность студентов в их освоении – совершенно справедливой.

В переработанной программе 2019 года краткий обзор кейнсианских, неоклассических и структуралистских теорий развития рассматривался как своеобразное введение, а основное место уделялось таким функциональным аспектам развития любых стран, как технологические и долгосрочные циклические проблемы роста, инновационная проблематика развития, роль институциональных факторов и человеческого капитала, специфика проблем развития и экономическая политика России на современном этапе. Соответственно, в новом варианте РПД утвердилась широкая трактовка дисциплины ЭР. В рамках данного курса стали рассматриваться общие закономерности технологического и институционального развития на всех уровнях: от глобального до национального. Спецификой подхода являлось рассмотрение этих закономерностей в широком социальном, культурном и историческом контексте. В центре внимания оказались фундаментальные причины и условия экономического развития. Как истории успехов, так и причины провалов анализировались как результат сложного переплетения экономических, социальных, политических, культурных и иных факторов.

В курсе было показано, что модели экономического роста не показывают его фундаментальных оснований, которые связаны с формированием субъектов развития, обладающих соответствующими стимулами. Как отмечает в этой связи Д. Норт: «Поскольку экономическое развитие и в прошлом, и в настоящее время содержит примеры и растущих экономик, и стагнирующих или кризисных экономик, было бы важно разобраться, какие именно институциональные характеристики определяет тот или иной характер функционирования экономики. Какие причины создают эффективные рынки? Если бедные страны бедны потому, что они являются жертвами институциональной структуры, мешающей росту, то вопрос состоит в том, навязана ли эта институциональная структура извне или же детерминирована внутренними факторами, или же является следствием сочетания и того, и другого?» (Норт, 1997: 171).

Собственно говоря, содержательное наполнение и самих западных курсов экономики развития проделало схожую эволюцию. Если в учебниках 1980–1990-х годов центральными проблемами были объяснение причин отсталости развивающихся стран и формализованные рецепты ее преодоления (учебник Р.М. Нуреева (2001), первое издание которого вышло в 2001 году, также обобщал сложившиеся в XX веке традиции и подходы), то в XXI веке происходит постепенный сдвиг от надоевших всем проблем развивающихся стран к глобальным проблемам человечества – глобальное неравенство, загрязнение окружающей среды, проблемы роста как такового, и пр. Ну а в последние годы, как следует из вышеприведенного учебника профессоров Калифорнийского университета, по крайней мере часть содержания напрямую увязывается с позднеглобалистской повесткой дня – Цели устойчивого развития ООН, «Зеленый переход» и пр.

Однако даже по сравнению с переработанной программой 2019 года, происходящая с 2020 года серия драматических перемен в глобальном переустройстве, диктуют необходимость очередного пересмотра содержательной стороны дисциплины. И дело не только в окончательно выявленной практической неадекватности теоретических моделей и рекомендаций по «подтягиванию» развивающихся стран к уровню ведущих промышленно–развитых государств. Считанным единицам из более сотни молодых освободившихся от непосредственной колониальной зависимости в 1930–1960-е годы стран, удалось совершить прорыв и стать вровень с «традиционными» развитыми странами. Например, Южная Корея, успех которой объясняется отнюдь не примерным следованием рецептам из учебников «Экономики развития» (в них вы не найдете теоретическое оправдание корейским чеболям), а уникальному сочетанию объективных и субъективных факторов, помноженных на беспрецедентно жесткое и удачное государственное управление мобилизационного типа в течение нескольких десятилетий.

Недостаточно оправдать назревшую коррекцию содержания дисциплины и, казалось бы, совершенно очевидным кризисом глобализации, и поиском фундаментальных основ нового мироустройства, мучительно протекающим сегодня и сохраняющимся на ближайшую перспективу. Разумеется, спустя несколько лет после институционального оформления новой модели мироустройства – новой однополярной, двуполярной, многополярной – мы увидим появление нового поколения учебников (как западных, так и «восточных») в которых будет подведена новая теоретическая база под новую геополитическую модель мира, разработаны новые модели развития, соответствующие новым рамочным условиям функционирования мировой экономики и ее крупнейших анклавов. Не исключено, что в новой парадигме мироустройства, реплицированной в новых учебниках «Экономики развития», будет отражена принципиально иная смысловая конструкция понятия «развитие», отвязанная от проблемы экономического роста в привычном нам сейчас понимании слова.

На наш взгляд, в переживаемый сейчас для всей экономической науке переходный период к утверждению новой ортодоксии, проблема экономического развития облекается в старую забытую за 200 лет господства английской классики и англо–американской неоклассики конкурентную парадигму.

Если под научной парадигмой в экономической теории мы будем понимать синтез представлений о предмете и методологии науки, основанный на едином социокультурном и религиозном базисе исследователей, то парадигма включает в себя мировоззренческую платформу исследователей, сформированную на базе господствующих в данном обществе социальных, философских и религиозных идей.

Общепризнанный кризис глобализации в теоретическом плане отражает исчерпанность неоклассической теории как универсального источника непротиворечивого объяснения всех мирохозяйственных процессов. Также хорошо известно, что принципиальным фундаментальным основанием неоклассической парадигмы, почерпнутым из английской классики, является представление об эквивалентном рыночном обмене как универсальном предметном поле экономической науки и господствующей тенденции развития экономики и общества. У классического и неоклассического направлений экономической теории есть общее ядро – онтологическое представление об экономике как рыночном механизме, действующем на основе принципов совершенной конкуренции и приводящем к обмену равноценными стоимостями между участниками рынка. Даже К. Маркс в целом придерживался именно данной равновесной парадигмы, хотя делал это непоследовательно и с оговорками, понимая истинные источники накопления капиталистического богатства в виде грабежа колоний (Толкачев, Комолов, 2019). Если обозначить эту парадигму равновесной или эквивалентной, то конкурирующие с ней в разные времена альтернативные парадигмы можно назвать неравновесными или конкурентными. На разных этапах развития экономической теории конкурентная парадигма в трудах меркантилистов и германской исторической школы, аутентичного Кейнса и некоторых ветвей кейнсианства составляла заметную альтернативу эквивалентной парадигме неоклассиков, но не смогла превратиться в господствующую ортодоксию (Толкачев, 2023). Но в настоящее время на фоне повсеместно признанной фрагментаризации мировой экономики эта старинная (первоначальная) меркантилистская парадигма политической экономии, основанная на конкурентном понимании взаимодействия наций и протекционистской доктрине, снова возрождается после того как в середине XIX века она зажглась усилиями германской исторической школы Рошера и Шмоллера, получила огромную популярность на рубеже XIX и XX веков благодаря всплеску интереса к трудам Ф. Листа (Гловели, Спадерова, 2019), поддержанная англичанами Каннингеном и Эшли, дотянулась до Кейнса и была тщательно замарана неокейнсианцами, встроившими кейнсианские идеи в парадигмы общего экономического равновесия.

Применительно к сфере международных экономических отношений и проблемам развития парадигма эквивалентного обмена предлагала доктрину свободной торговли, основанную на теориях абсолютного и сравнительного преимущества и обещавшую безудержное процветание всем странам, вставшим на этот путь. За прошедшее время бесчисленное количество исследований показало, что разрыв в уровне жизни развитых и развивающихся стран неуклонно растет, несмотря на либерализацию внешней торговли и потоков капитала в эпоху глобализации по рецептам неоклассической «Экономики развития».

Именно поэтому предлагаемая нами программа дисциплины «Экономика развития» базируется на парадигмальных основаниях конкурентного мирохозяйственного устройства. Мировая экономика рассматривается не как универсальное ровное поле взаимодействия равноправных экономических субъектов в соответствии с установленными и разделяемыми всеми акторами справедливыми правилами игры как это предусматривалось в неадекватной ныне неоклассической равновесной парадигме. Наоборот, наш курс базируется на предпосылке исходного неравенства стран и сохранения этого неравенства в течение длительного исторического периода, что замораживает и пролонгирует фундаментальную проблему неэквивалентного обмена между странами и тормозит развитие отсталых стран.

Базовая идея конкурентной неравновесной парадигмы раскрывается во всех разделах дисциплины. В первом разделе мы вводим в оборот малоизвестную географическую концепцию развития Дж. Даймонда, где описываются фундаментальные природно–климатические факторы, которые на протяжении длительного времени, увы, определяют место страны в мирохозяйственном устройстве. Эта теория лучше и проще объясняет, почему, например, центральноафриканские страны не могут быстро за счет «правильных» институтов и макроэкономической стабилизации стать вровень со странами Запада, как обещано в традиционной неоклассической «Экономике развития».

Геоэкономические факторы развития углубленно разбираются на примере России, раз уж мы придерживаемся концепции суверенного развития. Для этого в программу включены положения монографии известного, и, пожалуй, самого лучшего знатока российской экономической мысли, по крайней мере, геоэкономической мысли точно, профессора НИУ ВШЭ Г.Д. Гловели (2009).

Одним из заметных гетеродоксальных течений экономической мысли всегда было направление долгосрочной цикличности на базе осмысления технологических закономерностей развития (Мальцев, 2013). Поэтому в предлагаемой программе дается исчерпывающий обзор данных теорий в разделе «Долгосрочные технологические закономерности экономического развития», и в следующем разделе о мирохозяйственных закономерностях развития, поскольку тематически они тесно взаимосвязаны между собой. Материалы этих двух разделов базируются на результатах последних фундаментальных исследований в этом направлении, проводившихся в Центре исследований долгосрочных закономерностей развития экономики Финуниверситета под руководством академика РАН С.Ю. Глазьева, и отраженных в вышедшей в 2022 году монографии (Циклические закономерности развития..., 2022), где наряду с обобщением известных концепций получены принципиально новые результаты в виде объяснения циклически изменяющихся и повторяющихся фаз самих технологических и мирохозяйственных укладов.

Инновационно–технологические факторы развития, включая проблемы человеческого и культурного капитала наций, а также блок институциональных аспектов национального развития рассмотрен в разделах программы, опирающихся на обобщение передовых исследований в этой области, отраженных в монографии Е.В. Балацкого и Н.А. Екимовой (2022). Результаты этих исследований обширно представлены и в ведущих российских периодических изданиях. Оригинальный подход данных авторов к каждому отмеченному аспекту развития заключается в том числе в создании модельного аппарата, позволяющего не просто описывать существующие проблемы, но и квантифицировать их. Например, в разделе об институциональных проблемах развития предложен к рассмотрению оригинальный авторский базовый индекс институционального развития, позволяющий в русле методологии Д. Норта провести межстрановое сравнение уровня экономических, политических и социальных институтов (Балацкий, Екимова, 2016).

В рамках избранного подхода дается широкая трактовка институтов как фундаментальных оснований экономического развития. Прежде всего показано, что универсальная модель качественных институтов либерального типа носит преимущественно нормативный характер и не может объяснить «историю успеха» таких стран, как Южная Корея, Тайвань и др.

Исторический опыт показывает, что ключевое значение для успешного развития имеет формирование в стране эффективной конфигурации институтов, формирующих политико–экономическую организацию общества. В этой связи в рамках представленной дисциплины оказываются востребованными подходы новой политической экономии. М. Олсон характеризуя принципы этого подхода писал о необходимости применять «познавательную структуру, способную одновременно охватить проблемы и рынков, и политической организации обществ» ... «Экономика служит двигателем политической системы, а политическая система управляет экономикой» (Олсон, 2012: 26).

При этом дается критический анализ наиболее популярных современных концептуальных подходов к взаимосвязи политических и экономических институтов: экстрактивных и инклюзивных институтов (Д. Асемоглу, Дж. Робинсон); социальных порядков (Д. Норт, Дж. Уоллис, Б. Вайнгаст). Основная ограниченность этих подходов заключается в их ориентации на универсальную модель качественных институтов. В рамках общей логики курса, базирующегося на парадигмальных основаниях конкурентного мирохозяйственного устройства, рассматриваются дискретные структурные альтернативны политико–экономической организации общества и критерии их эффективности. При этом показано, что эффективными являются такие дискретные структуры, которые соответствуют, с одной стороны, уровню развития, а с другой стороны, цивилизационной и культурной специфике страны. Предметом специального анализа в рамках данного курса является проблема формирования эффективной модели политико–экономической организации общества в современной России (Левин, 2014; Левин, Саблин, 2018).

Последний раздел «Поликаузальные концепции экономического развития» отражает современное состояние дискуссий в широкой обществоведческой литературе по далеко не решенному вопросу «Почему одни нации богатые, а другие бедные» на гораздо более глубоком междисциплинарном теоретическом уровне, чем в широко разрекламированной научно–популярной книжке (Аджемоглу, Робинсон, 2020). Таким образом, последний раздел обобщает все изложенные подходы и заставляет еще раз осмыслить крайне непростые, но чрезвычайно популярные в настоящее время проблемы развития как отдельных наций, так и мировой экономики в целом.

Возможно, данный радикально модернизированный вариант дисциплины можно было бы назвать «Экономика развития переходного периода», подразумевая под последним происходящий в настоящее время длительный переход от одного мирохозяйственного уклада к другому, или от одного мирового центра накопления капитала (по Арриги), американского, к другому, азиатскому или китайскому. Но с учетом сохраняющейся неопределенности различных вариантов исходов борьбы за новый мировой порядок, неясности будущего мирохозяйственного формата, мы не берем на себя такую же отчаянную смелость в именовании как это сделал Н.И. Бухарин 100 лет назад, поскольку, видимо, он имел более ясное представление (несмотря на свою репутацию путаника в теоретических вопросах) о том, что такое переходный период от капитализма к социализму. Предлагаемая программа дисциплины, безусловно, отражает наметившиеся концептуальные подходы к трансформации той модели капитализма, которая принималась как безусловная, абсолютная и вечная ценность, идеал, к которому нужно стремиться любой развивающейся стране.

Таким образом, в рамках нового варианта программы экономика развития рассматривается, с одной стороны, как методологическая, с другой – как мировоззренческая дисциплина. Речь идет о подготовке специалистов, обладающих широким инструментарием для решения как исследовательских, так и прикладных задач, при этом ориентированных на национальные интересы и поиск вариантов успешного развития экономики и социума современной России.

Целью учебного курса: овладение инструментами научно–исследовательской деятельности – навыками обобщения и критического оценивания научных исследований системных изменений, оказывающих влияние на все сферы жизни общества, в том числе экономическую, социальную, культурную, технологическую и пр. Данная дисциплина является базовой для понимания социально–экономических и иных процессов в современном мире, способствует в дальнейшей перспективе выбору тем исследований и подготовке будущих аспирантов.

Избранный подход определил структуру, содержание курса и выбор основных теоретических концепций.

Дисциплина «Экономика развития» предназначена для магистрантов и студентов специалитета по направлению подготовки 38.04.01 – Экономика.

 

Структура дисциплины «Экономика развития»

 

Изучение дисциплины» базируется на сумме знаний, полученных обучающимися в ходе освоения программы подготовки бакалавра: микроэкономика, макроэкономика, политология, основы права.

 

Таблица 1

Объем дисциплины в зачетных единицах и в академических часах с выделением объема аудиторной (лекции, семинары) и самостоятельной работы обучающихся (в семестре, в сессию)

Вид учебной работы по дисциплине

Всего (в з/е и часах)

Модуль
1–й

Модуль*
2–й

(в часах)

(в часах)

Общая трудоемкость дисциплины

3 з/е 108

108

60

Контактная работа – Аудиторные занятия

54

24

30

Лекции

18

8

10

Семинарские занятия

36

16

20

Самостоятельная работа

54

24

30

Вид текущего контроля

 

 

Эссе

Вид промежуточной аттестации

 

Зачет

Экзамен

 

Содержание дисциплины

 

1. Экономическое развитие: «эпоха роста и эпоха стагнации» (2 часа лекции + 4 часа семинары).

Экономический рост и экономическое развитие. Проблема измерения и индикаторы экономического роста.

Экономическое развитие в географическом измерении: Джаред Даймонд. Историческая ретроспектива особого сектора экономики и современный взгляд. Промышленная революция. Великая дивергенция. «Золотой век» экономического роста.

Проблемы догоняющего экономического развития: Ф. Гершенкрон, Ф. Лист и др.

Экономический рост в современной экономике. «Римский клуб». Проблема пределов роста и исчерпаемости ресурсов. Устойчивое развитие: концепция и перспективы реализации.

2. Экономическое развитие с позиций геополитической экономии (2 часа лекции + 4 часа семинары).

Геоэкономика: истоки географических подходов в теории меркантилизма и германского камерализма. Стадиальные теории развития: история и современность. Германская школа и ее последователи.

Российские традиции геоэкономическое развития: Е.Ф. Канкрин. Российское геоэкономическое пространство в оценке политэкономов первой половины XIX века: С.М. Соловьев и А.П. Щапов и др. Зарождение взглядов на российский периферийный капитализм в трудах экономистов– народников.

Геополитическая экономия империализма как предтеча современных мирохозяйственных теорий: Г.Д. Гловели.

Современная геоэкономика: взгляд из России (Г.Д. Гловели, Э.Г. Кочетов).

3. Долгосрочные технологические закономерности экономического развития (2 часа лекции + 4 часа семинары).

Технический прогресс и его роль в экономическом развитии. НТП как закономерность развития материального производства. Социально–экономические последствия НТП. Современные теории долгосрочного циклического развития как концепция социально–экономического развития. Концепция технологических укладов (ТУ) С.Ю. Глазьева. Смена технологических укладов. Жизненный цикл технологического уклада. Ядро и ключевой фактор технологического уклада. Теория базисных инноваций Г. Менша. Технико–экономическая парадигма К. Фримена. Теории «технико–экономических парадигм» К. Перес: «Технологические революции и финансовый капитал». Технологии широкого применения Бреснахана и Трайтенберга. Концепции и периодизация промышленных революций. Современная промышленная революция: основные направления. Киберфизические системы производства. Цифровая экономика. Большие данные. Интернет вещей. Распределенные реестры (блокчейн). Новая индустриальная парадигма. Последствия и риски современной промышленной революции.

4. Современные мирохозяйственные тенденции глобального развития (2 часа лекции + 4 часа семинары).

Мировое хозяйство. Глобализация как институциональный проект западного общества. Концепции глобальной экономической системы: империализм и неоимпериализм, борьба между развитыми странами за рынки. Глобализация как концепция развития: ее пределы и ограничения.

Модернизация и неоэволюция: переход к современному экономическому обществу.

Протекционизм в теории Вебера.

Периферийное развитие (Пребиш, Валерстайн, Арриги). Направления: концепция зависимости и неразвитости, зависимого развития, воспроизводства зависимости.

Концепция Мировой экономической системы: мировые ядра, периферийные страны, полупериферийные страны. Движение капитала, интернационализация хозяйств развитых стран.

Теория мирохозяйственных укладов Айвазова–Глазьева. Цикличность технологического и мирохозяйственного развития: теория технологических мегациклов.

5. Капитал, технологии, инновации и экономический рост (2 часа лекции + 4 часа семинары).

Капитал и экономический рост: проблема мальтузианской ловушки и пути ее преодоления. Экономический рост и распределение дохода: проблема неравенства, проблема искажения равновесных цен. Экономический рост и технологическое масштабирование. Идентификационное технологическое фундаментальное уравнение экономического роста. Технологический фронтир. Лорен Грэхем, М. Кремер. Парадокс технологической модернизации России. Парадокс технологической невосприимчивости.

Инновации и развитие, инновационно–технологические матрицы. Технологическая граница. Инновационная амбивалентность государственной власти. Конкуренция, власть, инновации и экономическое развитие: диффузный подход; структурный подход. Инновационная восприимчивость экономики: идентификация технологической границы.

6. Человеческий и культурный капитал в экономическом развитии (2 часа лекции + 4 часа семинары).

Определение человеческого капитала. Влияние человеческого капитала на экономическое развитие. Национальный и индивидуальный человеческий капитал. Человеческий капитал (потенциал) как главный фактор инновационной экономики. Проблемы человеческого капитала в современном мире.

Структура и типы человеческого капитала: воспитание, образование, здоровье, знания, предпринимательские способности и пр. Производительный и разрушительный человеческий капитал. Социальные проблемы экономического развития. Неравенство и экономический рост. Распределительные модели экономики, закон Вальраса. Реформы и эрозия человеческого капитала.

Культурные, психологические и социальные факторы экономического роста. Культурное разнообразия (этническое, лингвистическое, религиозное) и экономическое развитие. Культурный капитал. Позитивное и негативное влияние культурных различий на экономическое развитие. Религия и экономический рост. Протестантская этика и дух капитализма (М. Вебер). Доверие и социальный капитал как факторы экономического роста. Экономический рост и проблема неравенства. Поведенческая экономика и проблема развития. Animal spirits и экономический рост (Дж.М. Кейнс).

7. Институты и политико–экономическая организация общества как факторы экономического развития (4 часа лекции + 8 часов семинары).

Двойственность институтов и экономическое развитие: обобщенный структурный подход. Институты как фундаментальная причина экономического роста.

Проблема ближайших и фундаментальных причин долгосрочного экономического развития (Д. Норт). Устойчивые права собственности и «длинные правила» как условие роста. Производительное и ренто–ориентированное поведение. Институциональные условия инновационной деятельности.

Проблема формирования эффективной конфигурации институтов как фундаментальное условие экономического развития. Институциональный –фатализм и институциональный волюнтаризм (ДжХ. Чанг). «Импорт» и «выращивание» институтов. Институты, человеческий капитал и экономическое развитие: парадокс реформ. Эффекты исторической обусловленности развития и блокировки. «Институциональные ловушки».

Институциональное реформирование и экономика развития. Базовый индекс Институционального развития (БИИР). БИИР и государственное управление. Эрозия институтов и экономический рост.

Политико–экономическая организация общества как главный фактор экономического развития. Содержание и критический анализ концептуальных подходов к взаимосвязи политических и экономических институтов: модели экстрактивных и инклюзивных институтов (Д. Асемоглу, Дж. Робинсон) и теории социальных порядков (Д. Норт, Дж. Уоллис, Б. Вайнгаст).

Дискретные структурные альтернативны политико–экономической организации общества и критерии их эффективности. Синергия, неэргодичность и развитие. Проблемы формирования эффективной модели политико–экономической организации общества в современной России.

8. Поликаузальные концепции экономического развития (2 часа лекции + 4 часа семинары)

В поисках детерминанты экономического развития: от монокаузальных концепций к поликаузальным. Типология современных теорий социального развития. Природно–географические детерминанты экономического развития. Технологический фактор в теории эволюции. Фактор культуры в «Эмансипированной» концепции К. Вельцеля. Теории циклов принуждения. «Девелопменталистская традиция». Концепции множественности форм развития.

Поликаузальная концепция структурной конкуренции. Общая теория социального развития В.М. Полтеровича. Поликаузальная концепция социальной эволюции: структурная конкуренция. Принцип согласованности и экономическое развитие: эмпирическое подтверждение. Качественное и количественное измерение принципа согласованности.

Принцип согласованности и экономический рост: эмпирическое подтверждение. Поиск прокси–переменных для проверки принципа согласованности. Фактор богатства. Элиты и массы. Структурная конкуренция.

Ключевые события истории цивилизации: реконструкция механизмов социальной эволюции. Реконструкция человеческой цивилизации. Успехи и неудачи в догоняющем развитии.

 

Основная литература:

 

1. Балацкий Е.В., Екимова Н.А. Новые подходы к моделированию экономического развития. М.: Издательство: НИЦ ИНФРА–М, 2022.

2. Циклические закономерности развития технологических и мирохозяйственных укладов: монография под ред. С.Ю. Глазьева, Д.А. Митяева, С.А. Толкачева. М.: Издательство: КНОРУС, 2022.

3. Г.Д. Гловели. Геополитическая экономия в России. От дискуссий о самобытности к глобальным моделям (XIX в. – первая треть ХХ в.). СПб.: Алетейя, 2009. Издательство: Кнорус, 2023. Серия: Магистратура и аспирантура.

 

Дополнительная литература:

 

1. Арриги Дж. «Долгий двадцатый век: Деньги, власть и истоки нашего времени»: Территория будущего / Арриги Дж. М.: Изд. Дом «Территория будущего», 2006. 472 с.

2. Глазьев С.Ю. Рывок в будущее. Россия в новом технологическом и мирохозяйственном укладах («Коллекция Изборского клуба»). М.: Книжный мир, 2018. 768 с.

3. Ли Куан Ю «Сингапурская история. Из «третьего мира» – в первый»: история Сингапура (1965–2000) / Ли Куан Ю Манн, Иванов и Фербер, 576 с.

4. Тойнби, А. Дж. Цивилизация перед судом истории. Мир и Запад: [пер. с англ.] / Арнольд Дж. Тойнби. М.: ACT: Астрель; Владимир: ВКТ, 2011. 318 с.

 

Рекомендуемые источники литературы:

 

1. Асемоглу Д., Джонсон С., Робинсон Дж. (2006). Институты как фундаментальная причина долгосрочного экономического роста // Эковест. № 1 (5).

2. Аджемоглу Д., Робинсон Дж. А. Почему одни страны богатые, а другие бедные. Происхождение власти, процветания и нищеты М.: Издательство АСТ. 2020. 693 с.

3. Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире СПб.: Университетская книга, 2001. 403 с.

4. Валлерстайн И. Геополитические миро–системные изменения: 1945–2025 годы // Вопросы экономики. 2006. № 4. С. 67–83.

5. Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.: Фонд экономической книги «НАЧАЛА», 1997. Научная Электронная Библиотека Elibrary (http://lp–library/bookfree/North.pdf. – Дата обращения: 30.03.2023). Текст: электронный.

6. Норт Д., Уоллис Д., Вайнгаст Б. Насилие и социальные порядки. Концептуальные рамки для интерпретации письменной истории человечества. М.: Изд–во Института Гайдара, 2011. 480 с.

7. Олсон М. Логика коллективных действий. Общественные блага и теория групп. – (перевод с англ. под ред. Р.М. Нуреева). М.: Фонд Экономической Инициативы, 1995 [1971].

8. Олсон М. Рассредоточение власти и общества в переходной период. Лекарство от коррупции, распада и замедления темпов экономического роста // Экономика и математические методы. 1995. Т. 31. Вып. 4., с. 53–81.

9. Левин С.Н. Формирование конституционных правил в экономике России. Кемерово: Кузбассвузиздат, 2007.

10. Шаститко А.Е. Между Сциллой деспотизма и Харибдой социальных норм (О книге Д. Аджемоглу и Дж. Робинсона «Узкий коридор: государства, общества и судьба свободы») // Вопросы экономики. 2020. № 1, с. 145–156.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ /REFERENCES

 

Аджемоглу Д., Робинсон Дж.А. (2020). Почему одни страны богатые, а другие бедные. Происхождение власти, процветания и нищеты. М.: АСТ, с. 672. [Ajemoglu, D., Robinson, J.A. (2020). Why some countries are rich and others are poor. The origin of power, prosperity and poverty. Moscow: AST, p. 672. (In Russian).]

Асемоглу Д., Джонсон С., Робинсон Дж. (2006). Институты как фундаментальная причина долгосрочного экономического роста. Эковест (1). [Acemoglu, D., Johnson, S., Robinson, J. (2006). Institutions as a fundamental reason for long–term economic growth. Ecovest (1). (In Russian).]

Гловели Г.Д., Спадерова А.А. (2019). Перипетии «воспитательного протекционизма». Вопросы теоретической экономики (2): 62–81. [Gloveli, G.D., Spaderova, A.A. (2019). The vicissitudes of “educational protectionism”. Questions of Theoretical Economics (2): 62–81. (In Russian).]

Гловели Г.Д. (2009). Геополитическая экономия в России. От дискуссий о самобытности к глобальным моделям (XIX в. – первая треть ХХ в.). СПб.: Алетейя. [Gloveli, G.D. (2009). Geopolitical economy in Russia. From discussions about identity to global models (XIX century – the first third of the twentieth century). St. Petersburg: Alethea. (In Russian).]

Балацкий Е.В., Екимова Н.А. (2022). Новые подходы к моделированию экономического развития. М.: Издательство: НИЦ ИНФРА–М. [Balatsky, E.V., Ekimova, N.A. (2022). New approaches to modeling economic development. M.: Publishing House: NIC INFRA–M. (In Russian).]

Балацкий Е.В., Екимова Н.А. (2016). Оценка институционального развития России. М.: «Перо», с. 263. [Balatsky, E.V., Ekimova, N.A. (2016). Assessment of the institutional development of Russia. M.: «Pero», p. 263. (In Russian).]

Мальцев А.А. (2013). Технико–институциональные аспекты эволюции трактовки экономико–исторического процесса. Управленец (4): 8–12. [Maltsev, A.A. (2013). Technical and institutional aspects of the evolution of the interpretation of the economic and historical process. Manager (4): 8–15. (In Russian).]

Левин С.Н. (2014). Рынки власти, режимы прав собственности и политический ресурс предпринимателей в современной России. Мир России (4): 35–56. [Levin, S.N. (2014). Power markets, property rights regimes and the political resource of entrepreneurs in modern Russia. The World of Russia (4): 35–56. (In Russian).]

Левин С.Н., Саблин К.С. (2018). Концепция рынков власти как методология исследования институциональной организации современной российской экономики и общества. Journal of Institutional Studies 10(4): 97–111. [Levin, S.N., Sablin, K.S. (2018) The concept of power markets as a methodology for studying the institutional organization of the modern Russian economy and society. Journal of Institutional Studies 10(4): 97–111. (In Russian).]

Львов Д.С. (2002). Экономика развития. М.: Экзамен. [Lvov, D.S. (2002). Development Economics. M.: Exam. (In Russian).]

Норт Д. (1997). Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.: Фонд экономической книги «НАЧАЛА». [North, D. (1997). Institutes, institutional changes and the functioning of the economy. Moscow: Foundation of the Economic Book «BEGINNINGS». (In Russian).]

Норт Д., Уоллис Д. Вайнгаст Б. (2011). Насилие и социальные порядки. Концептуальные рамки для интерпретации письменной истории человечества. М.: Изд. Института Гайдара. [North, D., Wallis, D., Vaingast, B. (2011). Violence and social orders. Conceptual framework for the interpretation of the written history of mankind. Moscow: ed. Gaidar Institute. (In Russian).]

Нуреев Р.М. (2001). Экономика развития: модели становления рыночной экономики. Учебник. М.: ИНФРА–М, с. 152. [Nureyev, R.M. (2001). Development economics: models of the formation of a market economy. Textbook. Moscow: INFRA–M. (In Russian).]

Олсон М. (2012). Власть и процветание: Перерастая коммунистические и капиталистические диктатуры. М.: Новое издательство. [Olson, M. (2012). Power and prosperity: Outgrowing communist and capitalist dictatorships. Moscow: New Publishing House. (In Russian).]

Толкачев С.А., Комолов О.О. (2019). Марксизм и учение об эквивалентном обмене в контексте современного мирового экономического кризиса. Вопросы политической экономии (2): 23–36. [Tolkachev, S.A., Komolov, O.O. (2019). Marxism and the doctrine of equivalent exchange in the context of the current global economic crisis. Questions of Political Economy (2): 23–36. (In Russian).]

Толкачев С.А. (2023). Цикличность смены экономической ортодоксии. / Львовские чтения. Сборник статей X Всероссийской научной конференции. Под научной редакцией Клейнера Г.Б.. М.: 10–11. EDN: TGJBJV [Tolkachev, S.A. (2023). The cyclical nature of the change of economic orthodoxy / Lviv readings. Collection of articles of the X All–Russian Scientific Conference. Under the scientific editorship of G.B. Kleiner. Moscow, pp. 10–11. (In Russian).]

Циклические закономерности развития технологических и мирохозяйственных укладов: монография (2022). Под ред. С.Ю. Глазьева, Д.А. Митяева, С.А. Толкачева. М.: Изд–во: КНОРУС, 2022. [Cyclic patterns of development of technological and world economic structures: a monograph (2022). Ed. by S.Y. Glazyev, D.A., Mityaev, S.A. Tolkachev. M: Publishing House: KNORUS, 2022. (In Russian).]

Janvry, A., Sadoulet, E. (2021). Development Economics. Second Edition. Theory and Practice. N.Y., Routledge.

Ray, D. (1998). Development Economics. 1st Ed. Edition. Princeton, N.J. Princeton University Press.

Edward, T.J., Lybbert, T. (2020). Essentials of Development Economics, Third Edition. 3rd ed. University of California Press.

 


[1] См. (https://www.routledge.com/Routledge-Studies-in-Development-Economics/book-series/SE0266?publishedFilter=alltitles&pd=published,forthcoming&pg=1&pp=12&so=pub&view=list?publishedFilter=alltitles&pd=published,forthcoming&pg=1&pp=12&so=pub&view=list).

[2] См. (https://www.sciencedirect.com/handbook/handbook-of-development-economics/volumes).

 

 

 

 

Официальная ссылка на статью:

 

Толкачев С.А., Левин С.Н., Макарова И.В. Новая экономика развития как методологическая и мировоззренческая дисциплина // «Journal of Economic Regulation», 2024, Т. 15, №1. С. 105–117.

153
2
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
В статье рассматривается процедура разработки стратегии социально–экономического развития малых муниципальных образований на примере стратегии Тазовского района Ямало–Ненецкого округа. Под малыми муниципальными образованиями в статье понимаются муниципальные образования с численностью населения до 50 тысяч человек. В общем виде алгоритм разработки стратегии развития Тазовского района Ямало–Ненецкого округа предусматривает пять этапов: анкетный опрос разных групп респондентов по широкому кругу вопросов и определение болевых точек территории; подтверждение/опровержение болевых точек муниципального образования на основе полевого исследования экспертов, установление сильных и слабых сторон региона на основе SWOT–анализа; определение исходной и альтернативной моделей развития территории, а также направлений реформирования местной экономики; формирование альтернативных сценариев развития региона – инерционного (реактивного), предполагающего прежнюю модель освоения территории, и целевого (проактивного), основанного на новой модели; составление перечня программных мероприятий в рамках намеченной стратегии развития, раскрытие механизмов реализации намеченного комплекса программ и проектов. Обосновывается, что для малых муниципальных образований Крайнего Севера России целевой сценарий должен включать установку на циклическую реорганизацию пространственной модели территории посредством последовательного сжатия его экономического потенциала к центру и аккумулированию в нем всех ресурсов с последующим расширением в сторону прежних поселений. Кроме того, современный SWOT–анализ для малых муниципальных образований должен учитывать такие группы факторов, как глобальное потепление, геополитические вызовы в отношении самообеспечения территорий и новые технологии строительства, выращивания аграрных культур и дистанционного образования. Обсуждается вопрос тиражирования предложенного алгоритма разработки стратегии развития Тазовского района Ямало–Ненецкого округа на широкий класс малых муниципальных образований.
Масштабные международные санкции, введенные западной коалицией стран против России, естественным образом требуют пересмотра традиционной системы управления российской экономикой с учетом возникающих вызовов и ограничений. Статья посвящена рассмотрению многоуровневой системы управления экономикой России, релевантной для условий международной конфронтации. Методологической основой исследования выступает селективная «идеология пошаговых изменений», предполагающая дезагрегирование и децентрализацию экономической политики с целью обеспечения максимальной оперативности управленческих решений, в противовес холистической «идеологии тотального регулирования», ориентированной на планирование и выполнение обобщенных экономических индикаторов в рамках национальной стратегии развития. В качестве методов исследования используются традиционные структурно–кибернетические и графические методы моделирования социальных систем с учетом специфики внешней среды. Информационной основой статьи выступает кластер новейших статей, раскрывающих с разных сторон роль феномена международных санкций в построении эффективной национальной экономики. Логической квинтэссенцией предлагаемой схемы является графическая 4–контурная модель концентрического типа, которая дополняется функциональным описанием входящих в нее контуров и методов управления. Приведены примеры управленческих мероприятий, которыми могут быть наполнены четыре контура предлагаемой модели. Указанный набор мероприятий включает мягкие («слабые») и жесткие («сильные») меры, которые соответственно отрицают или подразумевают административный форсинг. Арсенал возможных мероприятий основан на международной практике разных стран по преодолению экономических санкций. Показано, что в долгосрочной перспективе селективная модель управления будет постепенно преобразовываться в холистическую модель.
In the face of large–scale international sanctions imposed by the collective West against Russia, it becomes imperative to reevaluate the conventional framework for guiding the Russian economy amid the emerging challenges and limitations. The article explores a multilevel system for managing Russian economy in the context of the global confrontation. The methodological foundation resides in the selective “incremental changes ideology” emphasising the necessity for disaggregation and decentralisation of economic policies to maximise the timeliness of managerial decisions. This approach contrasts with the holistic “total regulation ideology”, which focuses on the national development strategy on planning and reaching aggregate economic indicators. The paper applies the methods of traditional structural cybernetic and graphical modelling of social systems allowing for the specificities of the external environment. The evidence comes from a cluster of the most recent studies approaching the role of the international sanctions phenomenon in building an efficient national economy from different angles. The author presents an original graphical four–circuit concentric model complemented by a functional description of its constituent circuits (the core, priority industries, new production, and supporting industries) and management methods. The article provides examples of the management measures (massive centralised lending for new microchip production, creation of the state corporation Rospharma, etc.) that can be implemented within the four circuits of the model. These measures can be both soft (‘weak’) and hard (‘strong’) depending on whether they reject or take on administrative enforcement. It is noteworthy that the selective governance model will gradually evolve into a holistic model over time.
Яндекс.Метрика



Loading...