Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

| Конференции и семинары |

Финансовый университет о вызовах четвертой промышленной революции

В Москве в Финансовом университете при Правительстве Российской Федерации 06.03.2019 состоялась VI международная научно–практическая конференция «Человек и научно–технический прогресс в социально–экономической парадигме будущего». В рамках секции 6 «Трансформация налогообложения и налогового контроля в условиях автоматизации труда» сотрудниками Центра макроэкономических исследований Финуниверситета Евгением Балацким и Натальей Екимовой был сделан доклад на тему: «Вызовы четвертой промышленной революции».

Докладчики заострили внимание на том факте, что сегодня Россия, как и весь мир, находится в состоянии неомальтузинской ловушки, преодолеть которую призвана четвертая промышленная революция (ЧПР), но, по мнению докладчиков, сделано это будет весьма болезненно для подавляющей части населения. Приведенные аналогии с выходом Великобритании из классической мальтузианской ловушки в 18 веке подтверждают сделанный вывод. Ситуация обостряется тем обстоятельством, что ЧПР по своей глубинной сути ставит задачу массового вытеснения умственного труда. Такого в истории человечества еще не было.

Е.В.Балацкий и Н.А.Екимова подчеркнули, что эффект масштаба, который, по их мнению, буквально создал современный мир, сейчас претерпевает серьезные метаморфозы. В частности, он смещается на границы жизненного цикла товара – в начало (стадия разработки продукта) и в конец (стадия реализации продукции). Середина жизненного цикла, охватывающая сферу производства, была освоена эффектом масштаба еще на стадии третьей промышленной революции.

В заключение своего доклада сотрудники Финуниверситета привели шокирующие данные о церебральном неравенстве людей по С.В.Савельеву. В частности, мозг людей имеет количественные различия, под которыми понимается разница (изменчивость) в числе нейронов подполей полей мозга (общее число полей – около 50, подкорковых ядер – 200; различие между подполями составляет 1,5–41,0 раз). Помимо этого, есть еще качественные различия, под которыми понимается различие в числе подполей отдельных полей (в некоторых полях мозга могут отсутствовать одновременно до 3 подполей). И в дополнение к указанным существуют еще и вспомогательные различия, под которыми понимаются вариации в общем типе строения головной коры (различия в размере клеток), выраженности переходных зон между полями и толщине коры больших полушарий (эти различия обеспечивают разницу в сотни миллионов нейронов при общем сходстве размеров площади поверхности поля коры головного мозга). На основе этих биологических свойств мозга делается вывод, что, во-первых, подобная изменчивость его строения может превышать видовые различия, типичные для других млекопитающих, во-вторых, с репродуктивной точки зрения человечество составляет один биологический вид, а с церебральной – разные виды. По мнению докладчиков, технологические инновации ЧПР будут обнажать и усиливать существующие биологические (церебральные) различия между людьми.

Помимо всего прочего, по мнению докладчиков, ЧПР еще и нарушает так называемые циклы Арриги. В соответствии с ними роль мирового центра капитала должна постепенно переходить к Китаю, однако ЧПР ставит предполагаемую гегемонию КНР под вопрос. Миру больше не грозит нехватка рабочих рук, в связи с чем Китай теряет свои преимущества, а его проблемы будут резко обостряться. Одновременно с этим будет ослабевать его лидерство на мировой арене.

Презентацию доклада Е.В.Балацкого и Н.А.Екимовой в PDF–формате можно посмотреть на нашем сайте.

2761
06.03.2019
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
The article attempts to systematize the most important institutional advantages of the Chinese management model, which differs significantly from the Western and Russian models. The research considers six fundamental elements of the self–organization model of the Chinese elites: maintaining the monopoly of the Chinese Communist Party in the system of power; the ability of the Communist Party to self–organize (scale, hierarchy, sequence of career growth, meritocracy, total lack of immunity from criminal prosecution, the presence of the death penalty); the system of checks and balances of power, consisting of formal (the practice of filing complaints against representatives government, etc.) and informal (mental and personnel traditions based on the historical factor) institutions; refusal to export its model and the implementation of the doctrine of soft hegemony; global coordination of all levels of the national economy through the modern State Planning Committee of the People’s Republic of China (State Committee for Development and Reform); adherence to three basic principles (common sense, naturalness and managerial paranoia), which are subordinated to the effect of nesting. The article shows that these elements provide many advantages for the Chinese elites: the presence of immunity against degradation and degeneration, the historical continuity of strategic decisions and the formation of state instinct, the weakening of foreign policy aggressiveness during the change of the old world order, the timely balancing of all aspects of Chinese society, the achievement of permanent managerial responsibility. We consider the possibility of Russia borrowing the institutions of the Chinese management system; the research notes that there are prerequisites for such borrowing in terms of creating a ruling party, a system of operational complaints and an institution of elite self–purification.
В XXI веке началось возрождение некоторых культурных страниц отечественной истории. Одна из них связана с творчеством замечательного советского писателя Олега Куваева и, конечно же, с его романом «Территория». Писатель уже получил титул русского Джека Лондона, в связи с чем актуализируется несколько вопросов. Что конкретно общего у двух авторов? И чем они все–таки принципиально различаются? В статье даются ответы на поставленные вопросы.
В статье сделана попытка систематизировать некоторые важнейшие институциональные преимущества китайской модели управления, которая существенно отличается от западной и российской моделей. Рассмотрены шесть основополагающих элементов модели самоорганизации китайских элит: поддержание монополии КПК в системе власти; способность самоорганизации КПК (масштабность, иерархичность, последовательность карьерного роста, меритократия, тотальное отсутствие иммунитета от уголовного преследования, наличие смертной казни); система сдержек и противовесов власти, состоящая из формальных (практика подачи жалоб на представителей власти и др.) и неформальных (ментальная и кадровая традиции по учету фактора истории) институтов; отказ от экспортирования своей модели и реализация доктрины мягкой гегемонии; глобальная координация всех звеньев народного хозяйства посредством современного Госплана КНР (Государственного комитета по развитию и реформам); следование трем базовым принципам (здравому смыслу, естественности и управленческой паранойе), которые подчинены эффекту вложенности. Показано, что перечисленные элементы обеспечивают множество преимуществ китайских элит – наличие иммунитета против деградации и вырождения, историческую преемственность стратегических решений и формирование государственного инстинкта, ослабление внешнеполитической агрессивности в период смены старого миропорядка, своевременное балансирование всех сторон жизни китайского общества, достижение перманентной управленческой ответственности. Рассматривается возможность заимствования Россией институтов китайской системы управления; отмечается наличие предпосылок для подобного заимствования в части создания правящей партии, системы оперативных жалоб и института самоочищения элит.
Яндекс.Метрика



Loading...