Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

Есть ли будущее у русского языка?

В последние десятилетия русский язык подвергся чудовищной коррозии. Вдруг оказалось, что в новой России никто точно не знает, как правильно ставить ударения, какие знаки препинания использовать, где ставить кавычки. Использование ненормативной лексики стало почти нормой не только в бытовой речи, но и в художественной литературе. Куда катится русская цивилизация? Есть выход из сложившейся ситуации?

Чтобы ответить на вопрос о перспективах русского языка, необходимо понять его роль в культуре современной России и рассмотреть произошедшие в нем изменения за последние десятилетия.

Зададимся следующим вопросом: что является главной особенностью нынешнего русского языка?

Мой ответ таков: отсутствие стандартов и непонимание людьми того, что в нашей устной и письменной речи правильно, а что – не правильно. Сегодня население страны дезориентировано в отношении самых простых правил языка: как ставить ударения в словах, относительно которых еще десять лет назад не было никаких разночтений и сомнений; писать слово «Интернет» с большой или с маленькой буквы; нужны ли кавычки для собственных имен. Этот список можно продолжать бесконечно.

Параллельно происходит формирование «альтернативного» русского языка в разных социальных сегментах. Речь идет об Интернет–культуре, СМС–языке и молодежном жаргоне. Все эти «разновидности» и подвиды коммуникации отличаются крайней примитивностью, противоречат всем правилам и нормам в угоду простоте и моде. И все это происходит на фоне легализации нецензурной лексики, пробивающей себе дорогу повсеместно – и среди русских рэперов, и на телевидении, и в художественной литературе.

Вся эта вакханалия в языке происходит на фоне введения новых правил и отмены старых норм (кофе теперь одновременно и мужского, и среднего рода), бесплодных споров филологов и лингвистов (как правильно говорить – гренадеры или гренадёры?), наличия множества словарей с диаметрально противоположными трактовками. Как это все следует воспринимать? Чего следует ожидать дальше?

Чтобы ответить на поставленные вопросы приведем несколько примеров из истории. Первый из них касается уникальной реликвии одного из храмов Ангкор–Вата в Камбодже – каменной плиты с текстом на санскрите. Оказывается, текст написан действительно на этом мертвом языке, но в то время, когда классический санскрит за два-три века до этого так модифицировался в данной местности, что теперь уже никто не может прочитать древней надписи. Таким образом, сильная коррозия языка даже за небольшое по историческим меркам время привела к полной потере смысла и содержания сакральных документов прошлого. Это первая опасность искажения и деформации языка.

Второй пример касается истории последних десятилетий Римской Республики, когда в стране вместо классической латыни укоренилась так называемая вульгарная латынь, базировавшаяся, по мнению Хосе Ортега–и–Гассета, на упрощенной грамматике и не позволяющая отразить тонкость суждений и лиричность чувств. Подобное сосуществование двух систем коммуникации, одна из которых возникла в процессе деградации другой, привело к постепенному разрушению всей древнеримской культуры и падению государства. И это еще одна опасность масштабной аберрации языка.

Из приведенных примеров не сложно понять, что ждет Россию при утрате ею аутентичного национального языка. Но тогда правомерно задать другой вопрос: нужно ли бороться за сохранение его чистоты? Существуют ли в этой области положительные прецеденты?

Да, такие примеры есть, например, арабский язык. В нем, по мнению Николая Вашкевича, сосуществуют разговорные диалекты и литературный язык. Если первые вбирают в себя иностранные заимствования и новые словообразования из повседневной жизни, то последний на протяжении многих веков поддерживается в своем исконном виде. И именно он считается эталоном, относительно которого рассматриваются все остальные наречия и диалекты. Причем если какая-то языковая ошибка становится распространенной и даже повсеместной, она все равно не получает статуса нормы. В основе такого положения дел лежит сакральное представление народа о том, что арабский язык – это не язык арабов, а данный им язык Бога, в котором они не имеют права что-либо менять.

Если Россия хочет сохранить свою цивилизационную идентичность, то ей необходимо сохранить русский язык. А сделать это можно только в корне изменив к нему отношение. Необходимо перестать его засорять, упрощать и обновлять, следует вернуться к стандартам русского языка 1920-х годов, когда окончательно сложилась его современная версия. Надежда на это пока еще есть, хотя с каждым годом она становится все более иллюзорной.

 

 

 

 

Официальная ссылка на статью:

 

Балацкая Я.Е. Есть ли будущее у русского языка?// «Неэргодическая экономика», 04.11.2018.

418
2
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
В 2018 году в России вышла в свет на русском языке очередная – уже пятая по счету – книга Нассима Талеба «Рискуя собственной шкурой». Как и в предыдущих своих бестселлерах автор ставит множество актуальных вопросов и дает свое видение их решений. Вместе с тем книги Талеба содержат в себе много важного и интересного, но еще больше в них недосказанного. Последняя книга не является исключением из этого правила, в связи с чем автором сделана попытка переосмыслить, прокомментировать и дополнить основополагающие идеи Талеба. Помимо этого, в статье делается попытка «встроить» ключевые тезисы Талеба в контекст современных социальных исследований, включая концепции Дугласа Норта, Джорджа Сороса, Фрэнсиса Фукуямы, Тома Пикетти, Дарона Аджемоглу и Джеймса Робинсона.
В статье представлен инструментарий повышения производительности труда на российских предприятиях для обеспечения возврата России статуса технологической державы. Для этого предлагается методика принятия менеджментом российских предприятий решений, направленных на повышения производительности труда и предусматривающих применение микроэкономического алгоритма при установлении целесообразности финансирования технологических стартапов на основе учета величины технологической границы, позволяющей делать обоснованный выбор при возникновении управленческой дилеммы: заимствование существующих технологий у других предприятий или разработка новых способов решения поставленных задач с учетом наличия заимствуемых технологий на российском и внешнем рынках, а также ограничения на величину технологического скачка. В статье сделан вывод, что в качестве ориентира при выборе заимствования существующих технологий могут применяться внутренние технологические маркеры, роль которых выполняют эталонные (передовые) компании России, получившие общественное признание в рамках проведения ежегодного всероссийского конкурса «Производительность труда: лидеры промышленности России», что в конечном счете упрощает и удешевляет процесс заимствования новых технологий на микроуровне и ускоряет технологическую диффузию на макроуровне.
В статье проведен критический анализ современных теорий экономического роста и социального развития общества. В качестве ключевых рассмотрены теории таких зарубежных и российских исследователей, как Дж. Даймонд; Д. Аджемоглу (Асемоглу) и Дж. Робинсон; К. Вельцель; Д. Норт, Дж. Уоллис и Б. Вайнгаст; Т. Пикетти; Н. Талеб; Э. Фромм; С. Кирдина–Чэндлер; В. Полтерович, Е. Балацкий. Показано, что современные теории условно можно разделить на две группы: монокаузальные, выделяющие роль доминирующего фактора в развитии общества, и поликаузальные, изучающие взаимное влияние разнородных факторов. При этом в ходе анализа обосновано, что теории, претендующие на роль монокаузальных, по сути таковыми не являются, поскольку наряду с доминирующим фактором изучают влияние на эволюцию общества и остальных групп факторов и экономических механизмов. Критический анализ современных концепций развития с точки зрения их потенциальной возможности рассматривать с единых позиций разнообразные социальные изменения на длительных временных отрезках позволил определить среди них наиболее перспективные. Показано, что продуктивным синтезом всех учений выступает теория циклов принуждения Полтеровича–Балацкого, дополненная концепцией постоянных и переменных факторов развития. Её дальнейшее развитие может послужить основой для построения обобщенной модели экономического роста, что позволит претендовать ей на роль общей теории развития, увязывающей все факторы эволюции общества.
Яндекс.Метрика



Loading...