Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

Вечные проблемы в рассказе «Господин из Сан–Франциско»

Творчеству Ивана Бунина присущи маленькие, но пронзительные новеллы на самые «большие» философские темы. Среди таких мини–шедевров особое место занимает рассказ «Господин из Сан–Франциско». Какие проблемы поднимаются в этом произведении? К какому выводу подводит автор своего читателя? В чем состоит смысл жизни человека в капиталистическом обществе?

Творчеству Ивана Бунина присущи небольшие, но пронзительные новеллы на самые «большие» философские темы. Одним из его маленьких шедевров является рассказ «Господин из Сан–Франциско», в котором поднимаются такие проблемы, как смерть, смысл жизни, любовь.

Как и большинство произведений Бунина «Человек из Сан-Франциско» является протестным криком о «неправильности» этого мира. Человек в капиталистическом обществе живет почти как робот, бесконечно зарабатывая деньги и не обращая внимания на все остальные стороны жизни. И вот, когда герой новеллы, наконец, заработал кучу денег и окончательно вымотался, он едет путешествовать и отдыхать. И вдруг абсолютно непредсказуемо, без всяких предпосылок и видимых причин он скоропостижно умирает.

Пронзительность рассказа достигается таким специальным приемом, как обезличенность главных персонажей. Основной герой не имеет имени, фигурируя по образом некоего ничем не примечательного господина из Сан–Франциско; даже его жена и дочь не получили в литературном произведении Бунина имен. В этом как бы проявляется безразличие не только всего окружающего мира, но и самого автора к личностям нарисованных персонажей. На подобном фоне даже самые мелкие служащие итальянского отеля, где происходит трагическое событие, получают у Бунина конкретные имена, тем самым подчеркивая незначительность американских гостей. Впечатление усиливается контрастом между подобострастием обслуги к личности богатого американца до его смерти и циничными насмешками в его адрес после.

Отсутствует в рассказе и описание реакции жены и дочери господина из Сан–Франциско на его смерть. Складывается ощущение, что и они остались в общем равнодушными к случившемуся. Тем самым весь мир, включая близких людей усопшего, воспринимает его смерть лишь как некое досадное и очень несвоевременное происшествие.

Невольно возникает вопрос: зачем жил этот человек? Кто ему был дорог и кому был дорог он? Любил ли он по-настоящему кого-нибудь? Что он оставил после себя, кроме денег? И автор недвусмысленно отвечает на все эти вопросы в отрицательном ключе, подводя суровый итог жизни человека из Сан-Франциско – его жизнь была бессмысленна. В тексте мы находим множество мелких указаний на жалкие, если не сказать убогие, стремления главного персонажа: постоянное чревоугодие, чрезмерное увлечение сигарами и алкоголем, мечты о покупке продажной любви молодых итальянских красоток и т.п. И все это на фоне отсутствия какого-либо живого общения с женой и дочерью.

Какой вывод должен сделать читатель «Господина из Сан–Франциско»?

На мой взгляд, Бунин нам намекает на то, что смысла жизни самого по себе не существует, он обретается каждым конкретным человеком самостоятельно в процессе его жизни. Каждый должен сам определить, в чем для него состоит смысл жизни; нельзя бездумно существовать и превращаться в безликий винтик капиталистического механизма. Поэтому и сам рассказ «Господин из Сан–Франциско» служит нам постоянным напоминаем об этих вечных истинах, призывом не повторять жалкий жизненный путь главного героя произведения.

 

 

 

 

Официальная ссылка на статью:

 

Балацкая Я.Е. Вечные проблемы в рассказе «Господин из Сан–Франциско»// «Неэргодическая экономика», 04.10.2018.

1399
3
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
В статье рассматриваются результаты двух волн идентификации университетов мирового класса за 2017 и 2019 гг., которые позволяют дать геополитическую «фотографию» рынка передовых университетов мира. Показано, что Объединенная Европа вырывается в лидеры, тогда как Азия и США ухудшили свои позиции. В основе успеха разных государств по построению глобальных университетов лежат экономические и культурные предпосылки. В качестве экономической предпосылки выступает факт наличия в стране глобальных высокотехнологичных компаний, число и сила которых определяют число и силу создаваемых университетов мирового класса. В качестве культурной предпосылки выступает широкое распространение «философии сотрудничества», которая предполагает интенсивный обмен опытом между университетами как внутри страны, так и между странами посредством создания многочисленных форм коллаборации – международных лиг и союзов, региональных консорциумов и групп, профессиональных ассоциаций и альянсов.
В статье предлагается модификация инновационно-технологических матриц, построенных для широкой выборки стран мира на основе индекса относительной производительности труда и индекса относительных удельных затрат на исследования и разработки, путем введения в них дополнительного элемента для сверхвысоких показателей указанных индексов. В итоге традиционная матрица размерностью 3x3 получила размерность 4x4. Такой методический прием позволил выявить страны, придерживающиеся нетрадиционной инновационной стратегии, для которой характерно опережающее развитие сферы исследований и разработок по сравнению с производственной сферой. К числу таких стран относятся Южная Корея, Израиль и Сингапур, которые продемонстрировали в последние десятилетия наиболее впечатляющие результаты в области экономического и технологического развития. Анализ положения России в инновационно-технологических матрицах за 2000–2015 гг. показал, что, стремясь сократить свое технологическое отставание от развитых стран, она отстала от самой себя – ее инновационная активность не соответствует ее технологическому уровню.
В статье рассматриваются наиболее популярные концепции социального развития зарубежных исследователей (Дж.Даймонда; Д.Норта, Дж.Уоллиса и Б.Вайнгаста; Д.Асемоглу (Аджемоглу) и Дж.Робинсона; К.Вельцеля; Э.Фромма; Л.Харрисона) в контексте последних работ российских ученых (В.Полтеровича; С.Кирдиной–Чэндлер; Н.Плискевич). Показано, что данные теоретические схемы в значительной степени дополняют друг друга, давая основу для построения общей теории развития. Реконструируется цивилизационный цикл принуждения, охватывающий временной период, начиная с палеолита и кончая современностью. Предлагается рассматривать постоянные и переменные факторы развития; показано, что по мере развития цивилизации значение географического и биологического факторов уменьшается, а роль технологий, институтов, культуры и богатства возрастает. Обсуждается проблема сохранения института сотрудничества в отдаленной перспективе.
Яндекс.Метрика



Loading...