Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

Счастье в моем понимании

Счастье – это вечная мечта каждого человека. Все хотят достичь счастья, все желают своим близким счастья. Однако каждый индивид понимает это мифическое чувство по-своему. И в этом кроется главная интрига жизни – к чему стремиться для обретения счастья, какую стратегию выбрать для его достижения и как ее реализовать. А как счастье понимали Аристотель, Альберт Эйнштейн, Нассим Талеб и Карлос Кастанеда?

Счастье – это вечная мечта человечества и каждого человека в отдельности. Все хотят достичь счастья, все желают своим близким счастья. Однако каждый индивид понимает это мифическое чувство по-своему. И в этом кроется главная интрига жизни – к чему стремиться для обретения счастья, какую стратегию выбрать для этого и как ее реализовать.

На мой взгляд, счастье – это определенное состояние человека, которое редко бывает продолжительным. Дать строгое определение этому понятию очень сложно. Именно поэтому великий Аристотель определял счастье от противного, то есть первичным он считал несчастье, когда человеку плохо и он страдает, тогда как само счастье у него оказывалось вторичным понятием и определялось как отсутствие несчастья. Мне представляется, что это слишком широкая трактовка счастья, ведь если человек откровенно не страдает от чего-либо конкретного, то значит он большую часть своей жизни счастлив. Такая позиция представляется слишком оптимистичной, хотя Альберт Эйнштейн с ней бы полностью согласился, ибо утверждал, что он счастлив уже только потому, что родился на этот свет. С ним солидарен и Нассим Талеб, который полагает, что жизнь сама по себе – удивительное везение вселенского масштаба, почти невероятное событие в бесконечном Космосе. Следовательно, сама жизнь – это уже счастье и дар небес. И никакие мелочи и даже серьезные жизненные испытания не должны и не могут омрачать этого перманентного благостного настроения.

Исходя из такого понимания счастья, даже бурлаки из стихотворения Николая Некрасова «Размышления у парадного подъезда» отнюдь не были несчастны, когда издавали стон, который «у нас песней зовется». Эти люди были по-своему счастливы и никакое другое счастье для них было невозможно. Просто их понимание счастья не совпадало с пониманием счастья Некрасовым.

Более точное и вместе с тем более сложное представление о счастье было сформулировано в книгах Карлоса Кастанеды. По его мнению, счастье – это избыток энергии или, иными словами, личной силы. Действительно, когда человек счастлив, он буквально сочится этим чувством, оно переливается из него на окружающих людей. Вот только не ясно, то ли счастье наделяет индивида избыточной энергией, то ли накопленная личная сила порождает благостное состояние типа счастья. Наверное, каждый это решает для себя по-своему. Однако и такое понимание счастья не противоречит тому, что некрасовские бурлаки могли быть вполне счастливы – наполненные природной силой они получали удовольствие от своей работы, а потому и пели свою протяжную песню в ритме неспешных движений. Даже внешне тяжелая жизнь может сочетаться со счастьем.

Что касается меня, то мне представляется счастье социальным феноменом – без любимых людей, которые живы и здоровы, истинное счастье недостижимо.

 

 

 

Официальная ссылка на статью:

 

Балацкая Я.Е. Счастье в моем понимании// «Неэргодическая экономика», 09.02.2018.

728
2
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
В 2010 году в России была издана на русском языке книга Стивена Льюкса «Власть: Радикальный взгляд». Хотя в международном политологическом дискурсе данная монография давно стала классической, в России ее идеи до сих пор не получили широкого распространения. В связи с этим в статье сделана попытка не только дать краткий дайджест идей американского ученого, но и рассмотреть ряд современных примеров, которые могут быть плодотворно проинтерпретированы в терминах концепции Льюкса. Помимо этого, делается попытка осмыслить некоторые следствия усиления феномена власти в информационном обществе, где возникают широкие возможности для манипулирования общественным мнением. Для этого проводятся параллели между концепцией трех измерений власти С.Льюкса, доктриной имплозии Ж.Бодрийяра и теорией дефицита внимания Д.Дзоло.
В статье показано, что за последние десятилетия феномен инфляции претерпел большие изменения, превратившись из монетарного явления преимущественно в немонетарное. Прикладные расчеты полностью подтверждают этот вывод применительно к России. Сильная зависимость инфляции от огромного числа немонетарных факторов требует разработки новых подходов к ее моделированию и прогнозированию. Новая доктрина предполагает переход от моно–инструментальных модельных комплексов к поли-инструментальным аналитическим системам. В рамках нового аналитического тренда авторы предлагают специализированную систему прогнозирования инфляции, включающую лицо, принимающее решения, аналитическое ядро, состоящее из сопряженных между собой эконометрической модели и нейронной сети, и аналитического интерфейса, включающего систему учета пороговых событий немонетарной природы и систему учета волатильности факторов инфляции.
В статье рассматриваются особенности четырех методов измерения и оценки инфляционных ожиданий: социологические опросы; биржевые индикаторы; эконометрические (математические) модели; методы исследования больших данных (BD–технологии). Отмечается, что сосуществование четырех групп методов является следствием двух тенденций последних десятилетий: наличием двух линий развития экономического инструментария, связанными с разработкой и усовершенствованием традиционных методов и с созданием совершенно новых аналитических подходов по обработке больших данных («Big Data»); превращением экономики в инженерную (техническую) науку с присущей ей проблемой инструментального плюрализма. Аргументируется тезис о грядущей рокировке популярности четырех типов методов оценки инфляционных ожиданий.
Яндекс.Метрика



Loading...