Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

Макроэкономическая оценка ущерба России от АЧС

В монографии представлен оригинальный авторский подход к оценке экономического ущерба России от заноса из стран Европы и распространения по территории страны африканской чумы свиней (АЧС). Для этого предлагается модель заноса АЧС посредством проникновения в страну инфицированных животных из стран ЕС по линии импорта, а также специальный мультипликатор для учета масштаба влияния по другим каналам заноса заболевания. Отдельно рассматривается модель распространения занесенного заболевания по регионам страны, основанная на построенных на трех типах эконометрических зависимостей с использованием метода Монте-Карло. На основе оценки физического ущерба от АЧС представлены методики расчета прямого и косвенного финансового ущерба от распространения заболевания. Все расчеты выполнены на основе официальных статистических данных российской и международной статистики.

УДК 619; 338.14
ББК 48.4
     Б20
Рецензенты:
доктор экономических наук, профессор В.В.Лебедев
доктор экономических наук, профессор А.В.Руднев

Балацкий Е.В., Екимова Н.А., Юревич М.А. Макроэконо-мическая оценка ущерба России от АЧС. М.: «Перо», 2018. – 208 стр.


ISBN 978-5-00122-748-9


В монографии представлен оригинальный авторский подход к оценке экономического ущерба России от заноса из стран Европы и распространения по территории страны африканской чумы свиней (АЧС). Для этого предлагается модель заноса АЧС посредством проникновения в страну инфицированных животных из стран ЕС по линии импорта, а также специальный мультипликатор для учета масштаба влияния по другим каналам заноса заболевания. Отдельно рассматривается модель распространения занесенного заболевания по регионам страны, основанная на построенных на трех типах эконометрических зависимостей с использованием метода Монте-Карло. На основе оценки физического ущерба от АЧС представлены методики расчета прямого и косвенного финансового ущерба от распространения заболевания. Все расчеты выполнены на основе официальных статистических данных российской и международной статистики.

Монография может быть полезна специалистам, занимающимся вопросами регулирования импорта аграрной продукции и моделированием экономических процессов.


УДК 619; 338.14
ББК 48.4
ISBN 978-5-00122-748-9
© Балацкий Е.В., Екимова Н.А., Юревич М.А., 2018






СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

В настоящее время международное регулирование мирового рынка свиноводческой продукции предполагает помимо всего прочего учет рисков распространения африканской чумы свиней (АЧС) по странам-участницам рынка и оценку возможного экономического ущерба от подобного рода событий. В ряде случаев риски занесения АЧС из одних стран в другие и сопряженный с этим экономический ущерб может быть таким, что требует закрытия национальных границ между странами для различных видов свиной продукции, включая живых домашних свиней и продукцию из диких кабанов. Такие ограничительные меры в условиях ВТО являются исключительным шагом со стороны национальных правительств, в связи с чем требуют тщательного правового и экономического обоснования. К настоящему моменту Россия участвует в международном споре о правомерности правительственных действий по закрытию в 2014 году границ страны от некоторых государств ЕС для свинопродукции из-за возникновения в них вспышек АЧС.

К 2017 году длительный юридический спор по поводу правомерности исключения некоторых стран Евросоюза, в которых были зафиксированы случаи АЧС (Латвия, Литва, Эстония, Польша), из сферы внешней торговли свиной продукцией с Россией перешел на новый уровень, а именно: в международных судебных инстанциях от российских властей потребовали детального обоснования введенных ими защитных мер. Для этого должна быть проведена качественная и количественная оценка риска распространения АЧС в России в результате закупки свиной продукции в названных странах, а также дана количественная оценка экономического (прямого и косвенного) ущерба от занесения АЧС в Россию из стран Евросоюза. Только в результате анализа окончательных цифр потенциального ущерба от занесения АЧС можно делать выводы о правомерности и адекватности торговых запретов России на соответствующие виды продукции. При этом ситуация динамично меняется. Так, в 2017 годы в Румынии были зафиксированы случаи АЧС среди домашних свиней, а в Чехии – среди диких кабанов. Все это требует постоянной корректировки цифр возможного ущерба и самой политики защиты российского рынка от возможного проникновения инфекции. В связи с этим резко актуализируется проблема оперативного мониторинга и оценки рисков и ущерба от АЧС.

Сложность указанной аналитической задачи сопряжена с ограниченностью имеющейся статистики и в ряде случаев ее низкой достоверностью, а также с отсутствием общепризнанных и универсальных подходов к оценке изучаемых эффектов. Более того, подобные аналитические методики почти всеми странами принципиально не обнародуются и имеют так называемый гриф ДСП – для служебного пользования. Так, можно отметить тот факт, что запросы российских уполномоченных представительств в адрес Южной Кореи о предоставлении имеющегося у нее отчета об ущербе от АЧС был проигнорирован. Фактически все материалы подобного рода имеют статус ноу-хау, используются в политике национальной безопасности и не подлежат разглашению. Аналогичная ситуация имеет место в европейских международных судах, у которых стенограммы по торговым спорам между странами имеются в открытом доступе, однако все аналитические приложения по экономическому обоснованию правительственных решений не выкладываются и де факто имеют статус коммерческой тайны.

В данной работе ставится задача оценить масштаб экономического ущерба от заноса АЧС в Россию из стран, где имели место случаи проявления инфекции. При этом качественная оценка всего набора рисков, использующихся в данной проблемной области, остается за рамками нашего исследования. В данном случае мы ограничиваемся только количественной оценкой рисков, причем каждый фактор (риск), в конечном счете, принимает свое максимально конкретное цифровое выражение – рублевое и долларовое.

Обозначенная задача предполагает ее декомпозицию на ряд более частных и локальных задач, каждая из которых предполагает свои методы решения, некоторых из которых до сегодняшнего дня не были апробированы в достаточной мере для того, чтобы их можно было использовать по простой и стандартной схеме. В связи с этим по мере необходимости оценка ущерба от АЧС сопровождается разработкой и апробацией новых методических подходов.

Важнейший принцип проводимой работы состоит в том, чтобы оцифровать объект исследования, т.е. перевести все качественные и плохо верифицируемые биоветеринарные факторы и угрозы АЧС в максимально ясные и конкретные цифровые экономические конструкции.

Авторы выражают искреннюю благодарность В. Евсееву и И. Геращенко за полезные советы, организационную помощь и моральную поддержку в ходе проводимой работы. Ответственность за возможные ошибки и недостатки работы целиком и полностью лежит на авторах исследования.

ГЛАВА 1. ОБЩАЯ СХЕМА МАКРОЭКОНОМИЧЕСКОГО УЩЕРБА ОТ АЧС

1.1. Три стадии моделирования ущерба от АЧС

Как уже отмечалось, задача, которая решается в данной работе, состоит в получении макроэкономической оценки того ущерба, который несет Россия в результате проникновения извне на ее территорию АЧС. При этом специфика задачи состоит в том, что рассматривается гипотетический ущерб, который может возникнуть при открытии границы страны для ввоза живых свиней, сырой свинины и свиных мясопродуктов в условиях существующего ненулевого риска заноса АЧС из-за наличия данного заболевания в странах-экспортерах.

Решение указанной общей задачи достигается за счет ее декомпозиции на три этапа и четыре относительно самостоятельные субзадачи. Три этапа представляют собой последовательность 1) проникновения зараженной продукции на территорию России, 2) распространения по регионам страны заболевания и нанесения им физического урона поголовью живых свиней и 3) возникновения финансового ущерба от гибели животных с учетом прямых и косвенных экономических последствий. При этом моделирование всех трех фаз процесса возникновения ущерба предполагает решение четырех взаимосвязанных задач. Первая – оценка риска и масштабов занесения АЧС на территорию России по линии завоза живых свиней (остальные факторы проникновения на данном этапе временно игнорируются); вторая – оценка общего масштаба заражения поголовья российских свиней, в том числе в результате действия помимо ввоза живых свиней прочих факторов распространения инфекции (ввоз зараженного сырого мяса и мясопродуктов, заражение свиней в результате контактов с кабанами и кормления зараженными продуктами, занос инфекции на ногах людей и колесах автотранспорта и т.д.); третья – определение физического ущерба (урона) в виде погибших и уничтоженных свиней в результате произошедшего заражения; четвертая – перевод физического урона в денежные единицы и получение стоимостной оценки возникшего прямого и косвенного ущерба.

Решение указанной общей задачи достигается за счет ее декомпозиции на три этапа и четыре относительно самостоятельные субзадачи. Три этапа представляют собой последовательность 1) проникновения зараженной продукции на территорию России, 2) распространения по регионам страны заболевания и нанесения им физического урона поголовью живых свиней и 3) возникновения финансового ущерба от гибели животных с учетом прямых и косвенных экономических последствий. При этом моделирование всех трех фаз процесса возникновения ущерба предполагает решение четырех взаимосвязанных задач. Первая – оценка риска и масштабов занесения АЧС на территорию России по линии завоза живых свиней[1] (остальные факторы проникновения на данном этапе временно игнорируются); вторая – оценка общего масштаба заражения поголовья российских свиней, в том числе в результате действия помимо ввоза живых свиней прочих факторов распространения инфекции (ввоз зараженного сырого мяса и мясопродуктов, заражение свиней в результате контактов с кабанами и кормления зараженными продуктами, занос инфекции на ногах людей и колесах автотранспорта и т.д.); третья – определение физического ущерба (урона) в виде погибших и уничтоженных свиней в результате произошедшего заражения; четвертая – перевод физического урона в денежные единицы и получение стоимостной оценки возникшего прямого и косвенного ущерба.

[1] Практика анализа риска заноса заболевания (блютанга) за счет фактора ввоза живого крупного рогатого скота была рассмотрена в работе (Караулов и др., 2008)

Каждая из названных задач не имеет простого и общепринятого решения. Это связано со спецификой исходной задачи, а именно с тем фактом, что она представляет собой разновидность открытого проекта, под которым мы понимаем наличие лишь самой цели оценочной процедуры на фоне нехватки многих статистических данных и отсутствия простых и общепризнанных методов их обработки. Данный момент означает, что многие теоретические подходы к решению поставленной задачи, как правило, не могут быть применены в силу отсутствия соответствующих данных или их несоответствия требованиям стандартных методов. В связи с этим решение искомой задачи достигается путем взаимного приспособления статистических данных и вычислительных алгоритмов друг к другу. При этом отсутствие тех или иных показателей продуцирует разработку специальных методов, позволяющих решить задачу на основе альтернативных статистических агрегатов, и наоборот, наличие некоторых удачных моделей и алгоритмов предполагает поиск специфической информации, позволяющей эффективно задействовать указанные методы. В связи с этим каждая из четырех обозначенных субзадач получает свое оригинальное инструментальное и статистическое решение, после чего все частные решения стыкуются между собой и интегрируются в общую схему прикладных расчетов.

Ниже будет раскрыта методика решения первой субзадачи (занос АЧС посредством ввоза живых свиней) за счет оценки риска и масштаба заноса АЧС в Россию на основе существующей международной статистики и информации о специфике заболевания. Вторая субзадача (оценка общего масштаба заражения АЧС в стране) основана на оригинальной процедуре вычисления мультипликатора заражения с учетом всех его источников с использованием общей статистики заражений. Третья субзадача (оцениваемый падеж живых свиней) предполагает нетрадиционный способ – построение эконометрической модели, увязывающей число заболевших и уничтоженных свиней с учетом хозяйственной специфики регионов России. И, наконец, четвертая субзадача представляет собой довольно подробную и тщательную пофакторную калькуляцию прямого и косвенного ущерба от падежа свиней из-за АЧС. На основе этих подходов оказывается возможной интегральная оценка стоимостного ущерба от АЧС. При этом все получаемые оценки выражены в годовых величинах (!), так как речь идет об ущербе от занесенной в страну АЧС, формирующемся в течение года.

1.2. Факторы распространения АЧС

Большинство источников в качестве основных факторов передачи вируса АЧС выделяют следующие (Пенрит и др., 2009; Санчес-Вискайно, 2010; Бельчихина и др., 2010; Гребенникова и др., 2013):

  • контакт между зараженными, выздоровевшими, бессимптомными животными и восприимчивыми к болезни животными (т.е. инфицированными животными и животными, подверженными инфицированию);
  • потребление зараженных продуктов;
  • инфицированные транспортные средства, использованные для доставки;
  • зараженные одежда и обувь обслуживающего персонала;
  • инфицированная навозная жижа;
  • укусы инфицированных клещей рода Ornithodoros;
  • хирургический инструмент и ветеринарные манипуляции (т.е. ятрогенный путь заражения).

Характерной чертой вируса АЧС является его устойчивость к факторам различной природы (физическим и химическим), в связи с чем его выживаемость чрезвычайна высока. При температуре 5°С он сохраняется до 7 лет, 18°С – до 18 мес., 37°С – 30 дней, 50°С – 60 мин., 60°С – 10 мин., при минусовых температурах – несколько лет (Африканская чума свиней: краткая справочная информация…, 2017). Так, он может сохраняться в трупах свиней до 10 недель, в фекалиях, мясе больных животных, копченой колбасе, навозе – 5 месяцев и более, в почве (в зависимости от сезона) – от 4 до 7 месяцев (Шевцов и др., 2009), в замороженных тушах – до 15 лет (Макаров, 2011). Вирусоносительство у переболевших животных может длиться до 2 лет и более (Африканская чума свиней: краткая справочная информация…, 2017). В среде клещей вирус может сохраняться в активном состоянии до 2–3 лет без контакта с больными животными из-за способности передаваться горизонтальным и вертикальным путем (Макаров, 2011). Наибольшую опасность клещи представляют для популяции диких свиней (бородавочников), обитающих в кустарниковых саваннах Африки. В местах обитания клещей рода Ornithodoros до 80% бородавочников оказываются заражёнными вирусом АЧС (Costard et al., 2009). Тем не менее, доказано, что влияние клещей на географическое распространение болезни практически отсутствует (EFSA, 2010).

Многочисленные исследования и эпидемиологические доказательства, полученные за годы исследования АЧС, свидетельствуют о высокой роли фактора, связанного с потреблением зараженных продуктов, в процессе заноса и распространения вируса АЧС. Так, в работе (Санчес-Вискайно, 2010) показано, что основной источник заноса АЧС в разные страны в период с 1960 по 1983 гг. связан с зараженными мясопродуктами (табл.1).


Таблица 1. Первоначальные источники очагов АЧС в разных странах

Год Страна Источник
1960 Португалия Импорт мясопродуктов
1978 Бразилия Нестерилизованные пищевые отходы из международного аэропорта
1978 Мальта Нестерилизованные пищевые отходы из порта
1978 Сардиния Нестерилизованные пищевые отходы из порта
1980 Куба Импорт живых свиней/свинопродуктов
1983 Италия Импорт свинопродуктов

Источник: (Санчес-Вискайно, 2010)


Высокий риск заноса и распространения вируса АЧС через зараженные пищевые отходы обоснован и в работе (Белянин, 2013). В ходе анализа 284 вспышек АЧС в личных и подсобных хозяйствах (ЛПХ) и свинофермах в 2008–2012 гг. были получены результаты, согласно которым наиболее распространёнными причинами вспышек послужили кормление свиней заражёнными пищевыми отходами и инфицированный транспорт (фомиты) (табл.2).


Таблица 2. Установленные источники и пути передачи вируса при вспышках АЧС в ЛПХ и свинофермах России в 2008–2012 гг.

Источники и передача вируса Всего:
Ед. %
Торговля инфицированными свиньями 1 0,3
Соседство (инфицированные АЧС свиньи в ЛПХ) 5 1,7
Прямой контакт с людьми (приём пищи на ферме) 1 0,3
Контакт с транспортными средствами, перевозки 108 38,0
Инфицированные АЧС дикие кабаны 4 1,4
Кормление пищевыми отходами 100 35,0
Не установлено 65 23,0
Всего: 284 100,0

Источник: (Белянин, 2013)


Данные, обобщенные ветеринарной службой Португалии по итогам 33-летнего неблагополучия по АЧС, свидетельствуют, что основными факторами риска возникновения являются: плотность ферм (60%), наличие животных-носителей (15%), нарушение санитарных барьеров (5%), контаминация самого персонала и оборудования (5%), резервуар инфекции в природе (5%) (Vieira, 1993).

При оценке угрозы заноса АЧС на территорию крупных и мелких свинокомплексов Владимирской области в качестве наиболее возможных источников были указаны нелегальный, в том числе бытовой (для собственного потребления), ввоз кормов, восприимчивых животных и продуктов их убоя из неблагополучных регионов, транспортные потоки с возможностью механического и бытового (остатки инфицированных продуктов свиноводства) распространения, нарушения ветеринарно-санитарных требований на свинокомплексах (Бельчихина и др., 2010).

Интересным с точки зрения оценки риска факторов заноса АЧС является исследование группы авторов (Mur et al., 2014), в котором анализируются и оцениваются по пятибалльной шкале возможные пути заноса АЧС в страны Евросоюза. Согласно полученным результатам 48% стран ЕС имеют относительно высокий риск (4 и 5 баллов) заноса АЧС одним из возможных путей, при этом четыре страны получили максимальную оценку риска: Болгария (легальный ввоз продуктов), Швеция и Словения (ввоз живых свиней), Финляндия (дикие кабаны). Однако интересны вероятностные оценки этих показателей, согласно которым шанс проникновения в страну вируса АЧС через легальный импорт живых свиней в 576 раз меньше, чем через легальный импорт свиной продукции. Так, максимальная вероятность заноса АЧС в страны ЕС (в Швецию) через импорт живых свиней составила 0,000393, которая в среднем соответствует 1 случаю в 2544 года, в то время как наибольшая вероятность проникновения вируса через импорт свинопродуктов (Болгария) равнялась 0,226 или 1 занос в 4,4 года (Mur et al.,2014). Более высокая вероятность риска заноса АЧС в страны Евросоюза через ввоз живых свиней была получена в работе (Mur et al., 2012с). В среднем для ЕС она составила 0,00522 при максимальном значении 0,0184. Сопоставляя эти цифры с результатами по заносу АЧС через свиные продукты (Mur et al., 2014), получаем, что риск заноса АЧС через свиные продукты в 14,5 раз превышает вероятность заноса АЧС через ввоз живых свиней.

В данном случае приведенные оценки важны для понимания порядка существующих угроз от различных групп факторов. Однако совершенно очевидно, что соотношение указанных рисков очень вариативно и зависит от специфики изучаемой страны и ее регионов. В связи с этим для России приведенные оценки служат лишь ориентировочным индикатором для проверки получаемых результатов на порядковом уровне. Для более точного понимания иерархии роли различных источников инфицирования в России необходимо формирование статистической группировки, основанной на максимально репрезентативных отчетных данных по всем регионам России. Забегая вперед, укажем, что данная работа была выполнена Министерством сельского хозяйства РФ по представленному в табл.2 шаблону.

1.3. Принцип интерференции эпизоотических волн

При построении модельных сценариев заноса и распространения АЧС нами будут рассмотрены разные сценарии, в том числе для отдельных стран – Эстония, Латвия, Литва, Румыния, Чехия и Польша – и для всего Европейского Союза. При этом будем исходить из такого понятия, как эпизоотическая (эпидемическая) волна, под которой мы понимаем процесс заноса и распространения АЧС по территории страны-реципиента; в качестве таковой в данном случае выступает Россия. Учитывая, что данная волна рождается в определенной стране, а таких стран оказывается много, то необходимо определиться с тем, как складывать данные эпизоотические волны.

Дело в том, что при рассмотрении общего процесса движения АЧС в масштабах нескольких стран возникает проблема агрегирования национальных (страновых) волн. Например, каждая страна порождает свой собственный риск и несет эпизоотическую волну со своими характеристиками, тогда как анализ Евросоюза в целом приводит к тому, что рассматривается некая территория, включающая зараженные и чистые от АЧС страны. Такое агрегирование ведет к получению усредненных оценок риска и рассмотрению некоей единой эпизоотической волны, которая за счет включения «чистых», т.е. благополучных, стран, имеющих развитое свиноводство, обладает пониженными характеристиками риска заноса АЧС. В связи с этим будем придерживаться принципа интерференции или суперпозиции эпизоотических волн, в соответствии с которым агрегирование риска в случае ЕС должно происходить путем сложения рисков отдельных стран. Данный принцип становится особенно наглядным и очевидным, если рассмотреть случай России, которая импортировала живых свиней и свинопродукты преимущественно из стран, в которых были зафиксированы случаи АЧС. Тем самым риск проникновения АЧС в Россию из Еврозоны складывается из суммы эпизоотических волн «инфицированных» шести стран и «нулевых» волн из «чистых» государств.

Данный принцип позволяет развести страновой риск и системный риск, связанный с открытием границ со всеми странами Евросоюза. Такой подход позволяет учитывать относительные страновые риски возникновения АЧС и абсолютный масштаб и интенсивность торговли продуктами свиноводства стран-экспортеров АЧС со страной-импортером. Опираясь на такой подход, предлагаемую схему расчета можно легко и оперативно дорабатывать с учетом появления новых данных о вспышках АЧС в странах ЕС. Подобные случаи периодически случаются, как, например, в 2017 г. в Чехии (African swine fever detected in…, 2017), и должны быть учтены в расчетных сценариях.

Резюмируя сказанное, подчеркнем, что общий эффект заноса АЧС в Россию из разных стран формируется в виде суммы страновых эффектов:

где IE – общий эффект заноса АЧС из стран Евросоюза; IiE – эффект заноса АЧС из i-ой страны ЕС; l – общее число стран, из которых осуществлялся ввоз в Россию инфицированных свиней.

Следует заметить, что эпизоотическая волна оправдывает свое название не только при оценке заноса АЧС извне, но и при распространении по территории страны-реципиента. В этом случае формируется множество региональных эпидемических волн, порождаемых инфицированными свиньями, завезенными из стран ЕС. Эти региональные волны формируют некий общий эпизоотический эффект как сумму региональных эффектов. В этом случае правило суперпозиции волн остается неизменным. Например, как будет показано далее, при наличии функциональной связи между инфицированными (IjE) и погибшими (Kj) особями в j-ом регионе в форме Kj=exp[α+βIjE] принцип интерференции волн распространения АЧС выражается формулой:

Однако особый случай представляет исходное наличие в регионе-реципиенте случаев АЧС (Ij0) при поступлении в него дополнительной порции инфицированных животных (I). В этом случае сумма двух волн переносится под функционал волновой функции, что, как правило, ведет к усилению итоговой эпидемической волны, распространяющейся по территории региона:

Таким образом, при оценке пространственных эффектов принцип суперпозиции волн действует одинаковым образом на стадиях заноса и распространения АЧС. Однако при оценке временных эффектов правило суперпозиции несколько видоизменяется. Если при рассмотрении пространственных эффектов общий эффект формируется в виде простой суммы страновых и региональных эффектов, то при оценке временных эффектов общий эффект образуется в результате действия функционала от суммы двух потоков инфицированных особей. Эта особенность действия принципа интерференции имеет самое непосредственное значение как при формировании сценарных расчетов, так и для получения конкретных оценок.

В основе различия в правиле пространственной и временной суперпозиции лежат простые факты. Так, в случае пространственного агрегирования происходит простое линейное суммирование источников (потенциала) заражения и тем самым определяется его потенциальный масштаб, тогда как в случае временного агрегирования определяется совокупный эффект (результат) заражения, который по определению носит нелинейную форму. Как правило, добавление к уже инфицированным особям дополнительного числа инфицированных свиней ведет к образованию новой популяции зараженных особей, падеж которой подчиняется общей для всех популяций закономерности.

Данные принципы имеют значение при рассмотрении перехода АЧС от стадии заноса в страну к стадии ее распространения. В этом случае пространственное правило суперпозиции (1) трансформируется во временное правило суперпозиции (3). Так, эффект распространения АЧС от инфицированных свиней из нескольких стран не равен сумме страновых эффектов распространения. В этом случае сумма импортируемых АЧС-свиней учитывается под функционалом в выражении (3). Таким образом, разрыв в стадиях учета АЧС логичным образом ведет к изменению правила суперпозиции эпизоотических волн.

ГЛАВА 2. ОЦЕНКА РИСКА ЗАНЕСЕНИЯ АЧС ИЗВНЕ

2.1. Традиционный подход к моделированию заноса АЧС и его недостатки

Методологически существует несколько вариантов оценки риска: качественные, полукачественные и количественные (Пенрит и др., 2009). Каждый метод имеет свои преимущества и недостатки. Так, основным преимуществом качественного подхода является возможность быстрого и доступного получения информации. Однако её субъективный характер может приводить к снижению достоверности результатов.

Количественный анализ позволяет получить более точные выводы, но является трудоёмким и сложно реализуемым из-за необходимости получения большого количества точной (цифровой) и достоверной информации. Кроме того, зачастую присвоение вероятностного показателя затруднительно в силу отсутствия исторических прецедентов.

Полуколичественный метод связан с попытками совместить количественный метод с качественными оценками риска экспертным сообществом. Уровни риска могут быть ранжированы как крайний, высокий, средний и низкий, а также могут оцениваться по простой балльной шкале. Для корректировки оценки риска используются оценочные значения потенциальных последствий угрозы, в связи с чем заболевание с низким риском привнесения может получить более высокий балл за счет высокого риска распространения и тяжелого социально-экономического ущерба, и наоборот (Пенрит и др., 2009).

Качественный метод. Данный подход осуществляется методами дескриптивного эпидемиологического исследования и представляет собой описательную оценку вероятной частоты риска и уровня его последствий. При оценке серьезности проникновения заболевания в страну учитывается целый ряд факторов, среди которых: статичность заболевания; наличие заболевания внутри страны и способы его распространения; близость очагов заболевания в соседних странах; наличие/отсутствие торговых связей со странами, в которых находятся очаги заболевания (импорт животных, мяса и иных продуктов); наличие/отсутствие нелегального импорта и др.

Аналогичным образом анализируется и серьезность социально-экономических последствий в случае проникновения заболевания, при оценке которой также учитывается целый ряд факторов, в том числе такие, как: готовность ветеринарной службы к быстрому обнаружению и предотвращению распространения инфекции (наличие оборудования и обученного персонала); место свиноводства в структуре национальной экономики и его важность для удовлетворения пищевых и прочих общественных потребностей; угроза продовольственной безопасности страны; возможная степень ущерба, нанесенная распространением заболевания в стране и т.п.

Ответы на эти вопросы позволяют аналитикам составить картину риска по АЧС и качественные представления о масштабах опасности с целью принятия решения об оптимальной стратегии борьбы с заболеванием (Пенрит и др., 2009).

Указанный метод анализа получил широкое распространение как в России, так и за рубежом. Так, одним из примеров применения качественного метода на практике является использование дерева решений с последующим определением результатов с помощью парной группировки полученных оценок и подстановкой их в комбинированную матрицу. В частности, данный подход был применен при оценке риска заноса АЧС на территорию Владимирской области (Бельчихина и др., 2010; Белик и др., 2009). В результате проведенного анализа были определены четыре наиболее вероятных фактора риска распространения АЧС для данного региона: антропогенный путь; поступление и скармливание контаминированных кормов; контакты свиней с инфицированными животными; ротация (обновление) поголовья свиней. Для каждого возможного пути заражения было построено дерево целей (рис.1), из которого полученные вероятностные оценки группируются и подставляются в комбинированную матрицу (табл.3).


Качественная оценка заноса АЧС на территорию крупного свинокомплекса М Владимирской области

Таблица 3. Комбинированная матрица риска

Результаты оценки первого параметра Результаты оценки второго параметра
Незначи-тельный Низкий Умерен-ный Высокий
Незначительный незначительный низкий низкий умеренный
Низкий низкий низкий умеренный умеренный
Умеренный низкий умеренный умеренный умеренный
Высокий умеренный умеренный высокий высокий

Источник: (Бельчихина и др., 2010)


Еще одним примером использования качественного метода в России является анализ риска и распространения АЧС на территории Республики Башкортостан, когда проводилась аналитическая оценка свиноводческого хозяйства (его местоположения, структуры и плотности поголовья скота, условий содержания, транспортировки и воспроизводства свиней, наличия или отсутствия квалифицированных ветеринарных врачей, обеспечения выполнения ветеринарно-санитарных мероприятий, кормовой базы, контактов с иными свиноводческими предприятиями и дикими животными, степени уровня биологической защиты свинофермы (компартмента) и т.п.) и на ее основе делалось экспертное заключение об уровне риска заноса АЧС на свиноводческие комплексы Республики Башкортостан (Буранбаев и др., 2011).

Достаточно широкое распространение получил качественный метод и в зарубежной практике. В частности, он был использован при проведении предварительного анализа риска проникновения АЧС в Китай в совместном исследовании, проведенном сотрудниками Центра ветеринарно-санитарного надзора (VISAVET) Мадридского университета Комплутенсе (Испания) и Центра моделирования болезней животных и надзора над ними (CADMS) Калифорнийского университета в Дэвисе (США) (Sánchez-Vizcaíno et al., 2014). В качестве основных факторов риска были рассмотрены такие, как импорт свиней и свинопродуктов, незаконный ввоз продуктов, транспортные формиты, дикие кабаны (Costard et al., 2013; De la Torre et al., 2015; Mur et al., 2012a; Mur et al., 2012b). Согласно полученным результатам наибольший риск заноса АЧС в 2014 году представлял импорт свинопродуктов (особенно, потрохов), незаконный ввоз продуктов и транспортные фомиты (корабли) (рис.2). На рис.2 используются обозначение X(Y), где X означает риск проникновения, а Y – неопределённость оценки; величины риска: В (высокий), С (средний), Н (низкий).

Количественный и полуколичественный методы. Как было отмечено выше использование количественной модели в чистом виде практически невозможно, прежде всего, из-за необходимости получения большого количества цифровой информации, которая зачастую вообще не существует в силу отсутствия исторических прецедентов. В связи с этим любые количественные оценки тесно связаны с полуколичественным методом, в котором присутствуют вероятностные оценки риска экспертным сообществом.


Схема рисков проникновения вируса АЧС в Китай

Рисунок 2. Схема рисков проникновения вируса АЧС в Китай

Источник: (Sánchez-Vizcaíno et al., 2014)


В качестве базового подхода, позволяющего количественно оценить риски, используется модель, предложенная Б.Мартинес-Лопес и её коллегами для оценки риска заноса классической чумы свиней (Martinez-Lopez et al., 2009). Различные модификации первоначальной модели позволили производить количественную оценку риска заноса АЧС как по отдельным факторам, так и по их совокупности.

В частности, модульная схема оценки риска проникновения АЧС в страны ЕС была рассмотрена в работе (Mur et al., 2014). Модульный подход позволил получить интегральную оценку риска по пяти основным факторам проникновения АЧС: легальный импорт живых свиней; легальный импорт свиной продукции; транспортные фомиты; дикие кабаны; нелегальный импорт (рис.3). Причем «чистый» количественный подход применялся только при оценке риска по первым двум направлениям, в остальных случаях риск оценивался полуколичественными методами. Итоговая оценка риска представляет средневзвешенные риски по каждому модулю, вес которых был определен экспертным путём.

Количественная оценка вероятности риска возникновения АЧС в стране за счет импорта живых свиней представлена в работе (Mur et al., 2012c) и представляет собой расчет вероятности проникновения живых свиней при ввозе в страну, определяемой исходя из вероятностей того, что АЧС-инфицированная свинья покинет страну-экспортера, выживет при транспортировке и вступит в контакт с неинфицированными свиньями в стране-импортере (4).

где PI – вероятность проникновения зараженных свиней при ввозе из всех стран; nodm – количество живых свиней, ввозимых из страны происхождения o в страну назначения d в течение m месяцев; podm – вероятность того, что АЧС-инфицированная свинья из страны о проникнет в страну d в течение m месяцев.

В уравнении (4) фигурирует мультипликативная вероятность:

где P1 – вероятность вывоза АЧС-инфицированной свиньи из страны в месяц m до обнаружения АЧС инфекции; P2 – вероятность выживания АЧС-инфицированной свиньи; P3 – вероятность контакта АЧС-инфицированной свиньи с другими домашними свиньями в стране назначения.

В свою очередь каждая вероятность (P1, P2 и P3) зависит от целого ряда факторов, одни из которых представляют собой статистические показатели (количество вспышек АЧС, численность свиного поголовья, средний размер стада свиней, количество необнаруженных вспышек до официального уведомления об АЧС-эпидемии и т.п.), другие – вероятностные оценки, получаемые с помощью различных типов распределений (нормальное, биноминальное, бета-распределение) или методов моделирования (Монте-Карло, PERT-моделирование).


Модульная схема оценки риска проникновения АЧС

Модульная схема оценки риска проникновения АЧС
Источник: (Mur et al., 2014)


Аналогичным образом определяется и вероятность заноса вируса АЧС каналом легального ввоза свиной продукции с помощью таких характеристик, как: вероятность выбора АЧС-зараженной свинины на экспорт; вероятность того, что мясо принадлежит к экспортируемой продукции; вероятность выживания вируса АЧС в экспортируемой продукции во время транспортировки (рис.3).

В полуколичественных моделях использовались прокси-показатели, связанные с уровнем риска. Значения для каждого показателя были преобразованы в балльные оценки. Использование такой методологии создает риск-баллы от 0 до 5, отражающие вероятность: 0 – незначительная, 1 – очень низкая, 2 – низкая, 3 – средняя, 4 – высокая, 5 – очень высокая.

Нелегальный ввоз в страну свиней и свиной продукции был смоделирован полуколичественно на основе десяти социальных, экономических и географических факторов (Mur et al., 2014; Costard et al., 2013). Итоговый риск заноса АЧС через нелегальный ввоз определяется как средневзвешенная вероятностей заноса для личного потребления и в коммерческих целях (рис.3). В свою очередь, вероятность заноса АЧС через нелегальный импорт свиней и свиной продукции для личного потребления (P1) представляет собой сумму взвешенных баллов риска от въездного (P4) и выездного туризма (P3), а также от числа жителей из стран, в которых зарегистрировано АЧС, проживающих в анализируемой стране (P5):

где P1 – вероятность заноса риска АЧС в страну через нелегальный импорт свиней и свиной продукции для личного потребления; RViбалльные риски по трем показателям, указанным выше (въездной/выездной туризм, число жителей); fiвес каждого балльного риска.

Аналогичным образом определяется вероятность заноса риска АЧС в страну через нелегальный импорт живых свиней и свиной продукции в коммерческих целях (P2). Здесь в качестве определяющих факторов выступают среднегодовая стоимость свинины в стране-импортере (P6), учитываемый ранее показатель численности населения из АЧС-неблагоприятных стран (P5), географические положение (P7), при анализе которого учитывается количество портов и аэропортов, расстояние до границы с неблагополучными по АЧС странами и количество пограничных пунктов между странами.

Методика применения полуколичественного метода были использована и при определении риска заноса АЧС через фомиты, связанные с транспортными средствами (Mur et al., 2014; Mur et al., 2012d). В модели рассматриваются три транспортных средства, с которыми возможно проникновение АЧС в страну: грузовые автомобили, корабли, самолеты. В зависимости от ряда факторов (степень дезинфекции транспорта, количество транзитных грузовиков, количество пассажирских судов из АЧС-инфицированных стран, число круизных остановок в АЧС-инфицированных странах, численность пассажиров и т.п.) через систему балльных оценок, о которых говорилось выше, определяются вероятности проникновения вируса АЧС через транспортные фомиты, которые затем учитываются при расчете общего риска заноса АЧС в страну.

При расчете риска заноса АЧС посредством диких кабанов (R) рассматривались вероятности заражения диких кабанов через контакт с инфицированным диким кабаном (RWB) и через контакт с инфицированной домашней свиньей (RDP) (Mur et al., 2014; de la Torre et al., 2015). Для расчета этих двух вероятностей учитывались следующие показатели, выраженные через балльные оценки (7, 8):

где P4плотность вспышек АЧС среди диких кабанов в стране-экспортере; P5плотность популяции диких кабанов в стране-экспортере, P6плотность вспышек АЧС среди домашних свиней в стране-экспортере; P7плотность популяции домашних свиней в стране-экспортере; P8площадь вдоль национальных границ (±10 км), на которой обитают дикие кабаны; P9расстояние от национальной границы до ближайшей вспышки АЧС среди диких кабанов; P10расстояние от национальной границы до ближайшей вспышки АЧС среди домашних свиней.

Примеры использования количественных и полуколичественных методов при анализе заноса и распространения инфекционных заболеваний животных имеются и в отечественной практике (Шевцов и др., 2008; Караулов и др., 2008). Наряду с количественными оценками в работе (Шевцов и др., 2008) предпринята попытка проведения пространственно-географического анализа с использованием метода автокорреляций Морана для определения зон риска заноса и распространения инфекционного агента. Во второй работе для оценки риска заноса инфекционного заболевания блютанг в Россию при импорте крупного рогатого скота из Германии использовалась методология расчета оценки риска, основанная на базовых концепциях условной вероятности в комбинированном варианте стохастической и детерминированной моделей. Для расчета вероятностных значений использовался метод Latin Hypercube (Караулов и др., 2008).

Рассмотренные выше существующие методики оценки риска заноса АЧС позволяют сделать следующие выводы.

Во-первых, применение количественных методов оценки по существующим методикам является достаточно сложным и труднореализуемым процессом из-за недостаточности исходных данных и большого числа вероятностных оценок. В ряде случаев сами авторы методики довольно механистично используют полученные ранее расчетные значения вероятностей при их приложении к анализируемым новым условиям.

Во-вторых, несмотря на простоту и доступность качественных оценок, существует высокая вероятность их субъективности и не до конца понятная степень их достоверности.

В связи с этим практическая оценка рисков от заноса АЧС предполагает поиск альтернативных подходов, позволяющих использовать предельно простую, доступную и максимально достоверную информацию.

2.2. Альтернативный подход, основанный на оценке импортных потоков

В связи с отсутствием большинства данных, необходимых для оценки риска занесения АЧС из Европы в Россию традиционными методами, целесообразно воспользоваться альтернативным подходом, который, тем не менее, позволяет выйти на необходимые и вполне реалистичные цифры. Для этого введем в рассмотрение вероятность появления в импортируемой массе свиней зараженной особи – Е1. Данная вероятность совпадает с вероятностью возникновения зараженной особи в общем поголовье свиней для данной страны[2], которая в свою очередь равна:

[2] Данное положение предполагает случайное появление инфицированной особи в поголовье свиней, часть которого в свою очередь случайным образом отбирается в качестве импорта, в котором может присутствовать инфицированные свиньи. Нарушения, выявленные в ходе проведения проверок деятельности предприятий по производству продукции животного происхождения на соответствие ветеринарно-санитарным требованиям и нормам Таможенного союза и Российской Федерации, делают данное положение приемлемым (Приложение 1).

где I – число инфицированных АЧС свиней в стране; N – общее поголовье свиней в стране.

Дополнительно вводится вероятность дожития зараженной свиньи до момента пересечения границы с Россией – Е2. Данная вероятность определяется соотношением времени нахождения свиньи в пути и длительностью инкубационного периода:

где τ – время доставки груза (свиней) до границы плюс время, необходимое для пересечения границы; T – инкубационный период АЧС.

Тогда число особей, зараженных АЧС с ввозимыми живыми животными на территорию России (H), зависит от объема импорта свиней (W) из рассматриваемой страны в Россию и от вероятности проникновения зараженных особей за пределы границы государства происхождения:

Величина H показывает число зараженных свиней в общем потоке импорта, поступающего в Россию. Однако в данном случае предполагается равномерное перемешивание инфицированных свиней со здоровыми особями. В реальности же свиньи перевозятся партиями определенного размера, в которых нахождение хотя бы одной свиньи с АЧС автоматически означает заражение всей партии. Для учета этого обстоятельства и получения окончательного значения заболевших особей, попавших на территорию России (IE), значение (11) должно домножаться на средний размер партии животных (n):

В соответствии с логикой (12) инфицированные свиньи равномерно распределены по ввозимым в Россию дискретным партиям. Если m – число ввозимых в Россию партий свиней, то m=W/n. В случае, когда число партий велико (m>H), формула (12) автоматически выполняется; в противном случае (m<H) предполагается, что в каждой партии может быть больше одной инфицированной особи, а формула (12) уточняется в соответствии с правилом минимума, в соответствии с которым весь объем импортируемых свиней оказывается зараженным:

Аналогичным образом при достаточно больших величинах вероятностей дожития инфицированной особи до прохождения государственной границы и больших объемах импорта формула (11) работает автоматически (H>1); в противном случае (H<1) можно воспользоваться правилом максимума, согласно которому любое ненулевой значение приравнивается к единичной особи:

Таким образом, формула (12) позволяет на основе хорошо верифицируемых, понятных и проверяемых данных оценить масштаб инфицированных АЧС особей, поступающих в Россию по линии импорта живой продукции из стран-источников болезни.

Особого комментария заслуживает тот факт, что, строго говоря, ввоз свиней в страну предполагает ветеринарный контроль, включая пребывание стада в карантине в течение времени, достаточного для выявления АЧС. Согласно экспертным оценкам, при должной организации означенных процедур можно «выловить» почти все случаи инфицированных особей и снизить проникновение заболевшего животного на территорию страны до 0,5%. Однако опыт проведенных выборочных ревизий приграничных ветеринарных пунктов России с другими странами показал, что данные требования часто нарушаются. Например, в 2013–2015 гг. специалистами Россельхознадзора совместно со специалистами Департамента ветеринарного и продовольственного надзора Республики Беларусь была осуществлена инспекция предприятий Литвы, занимающихся свиноводством. В результате проверок были выявлены системные недостатки на базах по передержке и карантинированию животных.

Так, базы по передержке и карантинированию животных не обеспечивают режим работы закрытого типа. Ограждение территории вокруг не соответствует установленным требования по высоте около 1 метра из сетки рабицы, что не исключает доступ посторонних лиц и диких (бродячих) животных на территорию баз. Въезды и выезды на карантинных базах не оборудованы типовыми дезинфекционными барьерами, позволяющими проводить качественную обработку автотранспорта в любое время года. Имеющиеся на карантинных базах опилочные дезбарьеры при въезде на территорию по своим параметрам не способны обеспечить надлежащим образом обработку ходовой части автотранспорта, в том числе в зимнее время. На одной из баз не всегда соблюдались требования к карантинированию животных, а именно, в течение двух недель в помещение, где планируется проведение карантинных мероприятий, осуществлялся ввоз молодняка, после чего в этом же помещении проводился карантин. При этом в ходе формирования карантинируемой группы имели место случаи заболевания животных и их падежа. Лабораторные исследования по установлению причин падежа животных не проводились, документов, подтверждающих проведения дезинфекции мест содержания павших животных, не представлено. Отсутствовали отдельные оборудованные помещения для вскрытия павших животных, что не позволяло надлежащим образом проводить их вскрытие и соблюдать установленные требования безопасности. Отсутствовало оборудованное помещение для мойки и дезинфекции автотранспорта; имеющиеся приспособленные для этих целей места не обеспечивали надлежащую мойку и дезинфекцию автотранспорта, а также обеззараживание сточных вод. На всех проверенных базах отсутствовали отдельные помещения, оборудованные по типу санпропускника.

Таким образом, проведенная инспекция свидетельствует о недостаточном ветеринарном контроле со стороны государственной ветеринарной службы Литвы за проведением лабораторных исследований по установлению причин падежа животных; подробнее см. Прил.1.

Указанные недостатки в разной степени присущи всем рассматриваемым странам, в связи с чем использование модельной схемы конечного фильтра в виде карантина представляется проблематичным. При необходимости такой фильтр в модели может быть легко предусмотрен, однако на нынешнем этапе для этого пока нет достаточных оснований.

2.3. Оценка общего объема заноса АЧС и мультипликатор заражения

Анализ существующей специальной литературы и практики моделирования АЧС показывает, что реалистичные модели и количественные оценки возможны только для процесса проникновения АЧС посредством завоза в страну зараженных живых свиней. Остальные факторы, такие как нелегальный ввоз зараженного сырого мяса и мясопродуктов, занос инфекции на колесах транспортных средств и на ногах людей, контакты домашних свиней и диких кабанов и т.п., учесть корректно совершенно невозможно. Например, перевести тонны инфицированного мяса в число заболевших домашних свиней с учетом национальной специфики свиноводческих хозяйств чрезвычайно трудно. Как правило, для таких факторов используют технологию опроса экспертов, которые дают балльную оценку риска от указанных факторов. Впоследствии эти баллы переводят в вероятности, однако даже на этом пути имеются серьезные проблемы. Так, оценки разных факторов по 5-балльной шкале приводят к тому, что вероятности соответствующих факторов могут различаться максимум в 5 раз, тогда как выборочные данные говорят о том, что эти различия могут достигать сотен раз. Частично разница между вероятностями может быть повышена за счет весовых коэффициентов, однако в этом случае вся процедура становится слишком зависимой от субъективного расставления приоритетов между факторами заражения АЧС. В связи с этим, с одной стороны, игнорировать продуктовые факторы заноса АЧС нельзя в силу их доминирования в совокупном риске, а с другой стороны, для этого необходимо предложить некий альтернативный метод учета этой группы факторов, который дал бы реалистичные оценки, базировался бы на доступной информации и был бы не слишком сложен.

На сегодняшний день потенциально имеются два способа идентификации исходной географической точки зараженного мяса. Первый (прямой) основан на изотопном анализе углерода в составе аминокислот (Соловьев, Подколзин, 2017). Однако эксперименты показывают, что точность определения географического происхождения мяса не слишком высока – 65–75% (Соловьев, Подколзин, 2017). Хотя теоретически имеется возможность повышения точности идентификации изотопным методом за счет комбинации множества параметров в ходе покомпонентного анализа, его дороговизна и трудоемкость ставят серьезный барьер на пути его широкого применения. Второй подход (косвенный) предполагает восстановление географического пути мяса по юридическим документам, сопровождающим каждую легальную партию мясопродуктов. Однако и этот способ является чрезвычайно трудоемким и не гарантирует получения результата (документация может быть сфальсифицирована, утеряна, для нелегальных партий отсутствовать и т.д.).

В связи с этим необходим иной способ учета «прочих эффектов», который был бы, с одной стороны, относительно надежным, а с другой – простым. Мы предлагаем пойти по пути вычисления мультипликатора заражения АЧС, который бы учитывал базовый риск заноса АЧС по каналу ввоза живых свиней с соответствующей дооценкой на эффект от продуктовых и прочих факторов заноса инфекции. Для этого воспользуемся формой табл.2, данные которой формировались двумя способами. Первый способ связан с отсутствием отчетной статистики и основан на усредненных результатах экспертных опросов об относительных рисках заражения свиней каждого из существующих факторов. Однако опыт составления такой таблицы выявил, во-первых, сильное расхождение экспертных данных с имеющимися западными эмпирическими оценками факторов риска и выборочными данными по России (например, табл.2), а во-вторых, низкую конкордацию (согласованность) мнений экспертов по поводу каждого источника заражения. В связи с этим первый способ был отвергнут как неприемлемый, а Министерство сельского хозяйства РФ осуществило по запросу авторов систематический сбор необходимой информации для формирования агрегированной табл.4. В этих целях Минсельхоз России аккумулировал и обработал статистику по 18 субъектам федерации за период 2008–2016 гг., окончательные результаты которой представлены в табл.4.

Первые две строки табл.4 представляют собой фактор заражения от живых свиней, проникших на территорию страны, а остальные строки отражают факторы диких кабанов и продуктового риска, связанного с заносом АЧС всеми возможными способами. Если сумму первых двух строк обозначить как X, а сумму остальных строк, включая прочие (неучтенные) источники, как Y, то мультипликатор заражения АЧС k можно рассчитать в виде: k=Y/X.

Зная величину указанного мультипликатора, можно оценить совокупный объем заболевших свиней в России (I*) по формуле:

Из данной формулы видно, что общее число зараженных особей полностью определяется числом завезенных в Россию АЧС-свиней (IE) с учетом мультипликатора заражения (k). Для удобства величину k*=1+k можно называть обобщенным мультипликатором заражения, так как именно он участвует в окончательных расчетах масштаба занесенной в страну АЧС. Такой способ является предельно простым и вместе с тем вполне логичным с точки зрения учета всех факторов в условиях нехватки полевой информации.


Таблица 4. Относительные риски заноса АЧС разных групп факторов в России, 2008–2016 гг.

Источник (фактор) заражения АЧС Процент (доля зараженных свиней) от данного источника заражения, %
Торговля инфицированными свиньями 30,2
Соседство (инфицированные АЧС свиньи в ЛПХ) 5,9
Прямой контакт с людьми (приём пищи на ферме) 7,7
Контакт с транспортными средствами, перевозки 26,4
Инфицированные АЧС дикие кабаны 11,9
Кормление пищевыми отходами 15,7
Другие источники 2,2
Всего: 100,0

Источник: данные Министерства сельского хозяйства РФ


Особо подчеркнем, что в статистике табл.4 учитываются все случаи заражения, включая заражения внутри собственно страны. Это означает, что разделение числа заражений на внутренние и внешние остается актуальным в силу того факта, что Россия в настоящий момент не является благополучной страной по фактору АЧС, однако сами пропорции между источниками заражения для упрощения можно считать одинаковыми для обоих потоков.

2.4. Оценка риска занесения АЧС из Европы: исходные данные и сценарные расчеты

Для реализации прикладных расчетов по описанной в предыдущем разделе схеме воспользуемся информацией о численности популяции свиней в странах Евросоюза (табл.5), численности заболевших АЧС свиней (табл.6) и численности импортируемых в Россию свиней (табл.7).


Таблица 5. Численность популяции свиней (N), ед.

Страны 2014 2015 2016
Латвия 328857 327694 334000*
Литва 708861 606440 622803
Польша 16089908 13013987 10000000**
Эстония 374252 363596 284286
Румыния 4014335 4926900*** 4410939****
Чехия 1563286 1455874 1352994
ЕС 157566568 112332591 31547543

* Поголовье на начало года (Latvia…, 2016). ** См.: (Poland…, 2016). *** См.: (Romania…, 2016). **** См.: (Ciupescu, Apostu, 2017)

Источник: (Animal population, 2017)


Помимо Польши, Эстонии, Латвии и Литвы в состав стран, несущих для России потенциальный риск занесения АЧС, включены также Румыния и Чехия, в которых вспышка АЧС имела место летом 2017 г. Анализ эпидемиологической ситуации в данных странах основывается на еженедельных отчетах Всемирной организации по охране здоровья животных. По состоянию на сентябрь 2017 г. в Чехии зафиксировано несколько случаев заражения АЧС диких кабанов и ни одного случая заражения домашних свиней. В Румынии запротоколировано две заболевших АЧС домашних свиньи. Таким образом, исследование занесения заболевания из Румынии опирается только на данные 2017 г.


Таблица 6. Численность заболевших АЧС свиней (I), ед.

Страны 2014 2015 2016 2017
Латвия 68 37 0 н.д.
Литва 19418 15 39 н.д.
Польша 6 5 58 н.д.
Эстония 0 71 10 н.д.
Румыния 0 0 0 2*
Чехия 0 0 0 0
Итого 19492 128 107 н.д.

* См.: (Immediate notification, 2017)

Источник: (Summary of Immediate notifications…, 2017)


В период с 2010 по 2013 г. Румыния не экспортировала живых свиней в Россию. Однако румынские свиньи в этот период ежегодно поставлялись в Молдову (от 1000 до 5000 голов в год), производились крупные поставки в Грузию (более 4500 голов 2013 г.), Болгарию (более 1000 голов в 2010 г.) и другие страны (Extract data, 2017). Все эти государства находятся в непосредственной близости от границ Российской Федерации, т.е. существует угроза транзитного перенесения заболевания. С учетом ежегодного совокупного объема экспорта живых свиней из Румынии вводится предположение о возможности поставки в Россию 1000 инфицированных особей. Данное предположение является основой условного сценария расчетов занесения АЧС из Румынии в Россию. Данный сценарий направлен не столько на оценку истинного масштаба угрозы АЧС из Румынии, сколько для понимания порядка цифр ущерба в случае открытия импортной линии между Румынией и Россией.


Таблица 7. Объем импорта свиней в Россию (W), ед.

Страны 2010 2011 2012 2013
Латвия 110217 144008 46954 0
Литва 253787 104944 66 211
Польша 33930 30634 11693 78
Эстония 153464 211980 53240 0
Румыния 0 0 0 0
Чехия 52 6459 1167 177
ЕС (28 стран) 715025 659915 222457 25782

Источник: (Extract data, 2017)


В сценарных расчетах использовались усредненные за 2014–2016 годы данные N и I, а также усредненные за 2010–2011 годы данные W (начиная с 2012 г. поток импорта претерпевает резкое сокращение и становится невалидным); данные по I для Литвы за 2014 год изымаются из рассмотрения в связи с исключительностью зафиксированного события и его нерепрезентативностью.

Оценка времени доставки груза (свиней) до границы основана на учете расстояния от географического центра страны поставки продукции до границы России (без учета Калининградской области) автомобильным транспортом. При этом используются следующие данные: Польша – 15–17 часов (900–1000 км); Литва – 10 ч (400 км); Латвия – 5–6 ч (200–300 км); Эстония – 4–5 ч (300 км); Румыния – 20 ч (1300 км); Чехия – 23 ч (1600 км) (Карты, 2017). С учетом прохождения автомобилем границы приняты следующие значения параметра τ: Польша – 2 суток; Литва – 1 сутки; Латвия – 1 сутки; Эстония – 1 сутки; Румыния – 2 суток; Чехия – 2 суток.


Таблица 8. Объем импорта АЧС-зараженных свиней (IE) в зависимости от размера партии, ед.

Страны Размер партии свиней (n), ед
30 40 50 60
Латвия 390 520 650 780
Литва 240 320 400 480
Польша 30 40 50 60
Эстония 420 560 700 840
Румыния 20 30 40 50
Чехия 0 0 0 0
Итого 1110 1480 1850 2220

Для оценки инкубационного периода АЧС (Т) учитывалось, что его величина в природе обычно составляет 4–19 дней, в острой форме – 3–4 дня, а для целей проекта наиболее полно соответствуют рекомендации Кодекса здоровья наземных животных World Organisation for Animal Health, в соответствии с которыми его величина равна 15 дням (African swine fever, 2017).

Относительно размера партий свиней (n), доставляемых железнодорожным транспортом, в разных источниках имеются оценки в 20–60 голов (Перевозка железнодорожным…, 2017) и в 20–40 голов (Транспортировка животных, 2017). Размер партий свиней, доставляемых автомобильным транспортом, составляет 220 голов (Перевозка животных…, 2017). Учитывая довольно большой диапазон партий свиней, сценарные расчеты в целях эксперимента делались для достаточно скромных размеров партий, лежащих в интервале 30–60 голов. В табл.8 приведены результаты расчетов возможной численности ввозимых в Россию АЧС-инфицированных свиней (IE) из рассматриваемых стран; в связи с отсутствием в Чехии зараженных домашних свиней ее участие в расчетах ничего не меняет и носит номинальный характер. Полученные результаты показывают, что разные условия транспортировки свиней довольно сильно влияют на риск заноса в страну АЧС и в данном случае имеют иллюстративный характер.

При оценке риска заражения АЧС в результате поставок живых свиней из Евросоюза следует иметь в виду, что вспышки болезни в последние годы наблюдались только в четырех рассматриваемых странах, тогда как остальная часть пространства ЕС была чистой – в период 2012–2016 гг. не было зафиксировано ни одного случая АЧС. В связи с этим общая вероятность заноса АЧС из Евросоюза меньше, чем из нескольких «неблагополучных» стран. Тогда число инфицированных особей, проникающих в Россию из ЕС, определяется как сумма особей из каждой страны (принцип суперпозиции (1)). В связи с этим далее рассматриваем семь сценариев заноса АЧС в Россию: из Эстонии, Латвии, Литвы, Польши, Румынии, Чехии (номинально) и ЕС в целом.

Учитывая, что перевозка живых свиней осуществляется в основном автомобильным транспортом, то в окончательной версии указанные страновые сценарии разделяются на три субсценария в зависимости от емкости перевозимых фур. Первый сценарий в соответствии с международными стандартами является низкорисковым (Low Risk, далее L-сценарий) и предполагает перевозку свиней в относительно небольших фурах по 100 голов; второй сценарий задает среднюю степень риска (Middle Risk, далее M-сценарий) и в соответствии с ним емкость перевозимых фур составляет 150 голов свиней; третий сценарий относится к высокорисковому (High Risk, далее H-сценарий) и исходит из перевозимых контейнеров в 200 голов. Таким образом, чем больше емкость фуры для перевозки свиней, тем больше риск и масштаб возможного инфицирования; результаты расчетов по формулам (12) и (15) приведены в табл.9.


Таблица 9. Количество зараженных свиней, поступающих в Россию, ед.

Страны Сценарий
L-сценарий (n=100) M-сценарий (n=150) H-сценарий (n=200)
Без k* С k* Без k* С k* Без k* С k*
Латвия 1300 3601 1950 5402 2600 7202
Литва 800 2216 1200 3324 1600 4432
Польша 100 277 150 416 200 554
Эстония 1400 3878 2100 5817 2800 7756
Румыния 100 277 150 416 200 554
Чехия 0 0 0 0 0 0
ЕС 3700 10249 5550 15374 7400 20499

Особого комментария требует момент, связанный с оценкой ущерба в целом по Евросоюзу. В данном случае речь идет о ЕС в форме суммы ущерба от неблагополучных стран – Латвия, Литва, Эстония, Польша, Румыния, Чехия. Однако в случае оценки зараженных свиней, ввозимых в Россию, оценка ЕС представляет собой простую сумму страновых оценок (в соответствии с пространственным правилом интерференции эпизоотических волн).

Чтобы оценить объем зараженных свиней за счет всех факторов распространения АЧС, определим мультипликатор заражения на основе отчетных данных Минсельхоза России (табл.4). На основе имеющейся статистики была определена средняя величина мультипликатора заражения в k*=2,77 (k=Y/X=(100–X)/X, где X=30,2+5,9=36,1; k=(100–36,1)/36,1=63,9/36,1=1,77; k*=1+1,77=2,77).

Полученный результат показывает, что открытие границ России для свинопродукции из стран ЕС чревато проникновением в страну достаточно большого числа заболевших особей, которое еще больше возрастает за счет последующего заражения по линии прочих источников заражения. В соответствии с высокорисковым сценарием на территории России в итоге может оказаться более 20 тыс. голов зараженных свиней[3], что приведет к дальнейшему распространению заболевания и необходимости уничтожения и утилизации большого числа домашних и диких животных.

[3] Исходя из принятой схемы расчета все оценки носят точечный вероятностный характер и для них доверительные интервалы не вычисляются.

ГЛАВА 3. ОЦЕНКА ПОСЛЕДСТВИЙ РАСПРОСТРАНЕНИЯ АЧС

3.1. Традиционные методы моделирования распространения АЧС и их недостатки

Большинство подходов к оценке распространения АЧС во времени и пространстве опираются на несколько популярных программных продуктов (InterSpread, NAADSM и др.), кроме того, ряд исследований был проведен без специализированных инструментов с применением функций вероятности и метода Монте-Карло. В основу всех таких методов закладывается расчет вероятности вступления в контакт здоровых и зараженных особей. Соответственно, моделируются все возможные влияющие факторы (плотность поголовья, уровень защиты хозяйств, эффективность государственной политики по борьбе с АЧС и т.д.).

В Североамериканской модели распространения заболеваний животных (NAADSM) представлен программный функционал (модуль), позволяющий оценивать ход течения различных эпидемий, в частности АЧС (Harvey et al., 2007). К ключевым особенностям этой программы относятся:

  • групповой уровень (единицей является стадо, а не особь);
  • модель «состояние-переход» (SIR);
  • стохастический подход;
  • пространственно-временной аспект;
  • возможность оценки затрат.

В качестве точки отсчета берется выборка животных с разделением на группы: восприимчивые, латентные, инфицированные, иммунные, вакцинированные и уничтоженные. Каждому стаду присваиваются географические координаты, играющие ключевую роль в моделировании процесса распространения. Сама передача инфекции происходит посредством прямого и непрямого контактов или аэрогенно. Также разработчики NAADSM предусмотрели большой перечень экзогенных факторов: вероятность передачи инфекции при контакте; вероятность инфицирования восприимчивого стада на определенном расстоянии; вероятность наблюдения клинических признаков у инфицированного животного и т.д. Всего таких параметров более двух десятков. Кроме того, продолжительность латентного, субклинического, клинического и иммунного периодов задаётся в виде функции распределения.

Функционал программы действительно очень большой, однако потребность внесения такого значительного набора экзогенных факторов приводит к ограниченной сфере применения NAADSM. Если в пределах достаточно ограниченной территории (например, штата или области) сбор данных о географических координатах стад животных с динамикой их численности в рамках непродолжительного периода времени еще возможен, то на уровне всей страны оперативно получить такую информацию крайне проблематично. Вместе с тем, «белые пятна» на географической плоскости существенно снижают достоверность итоговых результатов из-за разрушения цепочек передачи инфекции. Один из способов получения недостающих данных – случайное распределение ферм в пределах относительно небольших территорий, причем размер поголовья также задается без использования фактических данных (Nigsch et al., 2013). Более того, большой перечень вводных вероятностей приводит к тому, что неверная оценка одной из них способна привести к искажению итоговых результатов, соответственно, существенно возрастают требования к качеству экспертной оценки.

Тем не менее, NAADSM многократно использовалась для оценки распространения различных заболеваний, в том числе классической чумы свиней (Yadav et al., 2016; Stanojevic et al., 2015). Однако эти симуляции относились к территориям куда меньшим, чем Российская Федерация.

Похожей популярной программой оценки распространения животных заболеваний является InterSpread Plus (ISP), которая впервые была использована в Великобритании в 2001 г. (Morris et al., 2001). В ISP предоставлен чуть более ограниченный функционал, хотя все базовые принципы моделирования NAADSM также присутствуют: геолокация ферм, пространственно-временной анализ, стохастический подход и т.д. (Stevenson et al., 2013). К дополнительным функциям ISP относятся разнообразные инструменты учета движения заболевания: хаотичное перемещение животных, учет фиксированных маршрутов распространения инфекции (например, ежедневное движение обслуживающего ферму транспорта) и т.д. В качестве итога моделирования ISP предлагает либо эпидемический статус ферм, отнесенный к различным временным отрезкам, либо динамику численности популяции животных с разбивкой по фермам.

Помимо указанных двух программных продуктов распространение инфекционных заболеваний моделируется и на других аналогичных платформах – Davis Animal Disease Simulation model (DADS) или AusSpread. Сравнительные исследования эффективности таких решений показывают, что при идентичных исходных данных разница в итоговых результатах не слишком велика. Так, несмотря на различные подходы к построению модели распространения и некоторые статистически значимые отличия промежуточных результатов моделирования в NAADSM, ISP и AusSpread, итоговые оценки были практически эквивалентны (Dube et al., 2007).

Кроме указанных технических трудностей, связанных с применением этого семейства программных решений, в литературе отмечаются еще и существенные недостатки в области исходных предпосылок, в том числе применительно к конкретным заболеваниям (Halasa et al., 2016). Укрупненная единица анализа – стадо – не всегда отвечает целям оценки распространения заболевания при учете больших ферм, обладающих несколькими площадками, разнесенных территориально и относящихся к разным категориям компартмента. Если в случае стремительно распространяющихся инфекций вроде ящура такой подход вполне уместен, то для АЧС, которая характеризуется более медленными темпами распространения, в большей степени подходит учет именно голов скота. В частности, распространение АЧС может варьироваться в зависимости от стадии инфекции. Таким образом, разные хозяйства должны описываться различными функциями вероятности распространения заболеваний, либо, наоборот, необходимо использовать более крупный уровень агрегирования в случае исследования больших территорий.

Как уже отмечалось, важным этапом оценки распространения заболеваний выступает определение вероятности каждого из этапов переноса инфекции. К таким вероятностям в первую очередь относятся:

  • вероятность смерти животного при заражении;
  • вероятность выживания инфицированного животного при перевозке;
  • вероятность заражения живых особей от мясопродуктов;
  • вероятность заражения живых особей от вируса, переносимого человеком (одежда, транспортные средства и т.д.);
  • др., в том числе фактор неопределенности.

Распространенным подходом установления этих величин считается заимствование информации из других исследований или рекомендаций компетентных организаций (как, например, в (Halasa et al., 2016)). Конечно, такой метод позволяет интегрировать в процесс оценки данные, которые собираются в полевых условиях квалифицированными специалистами, и учесть особенности распространения заболеваний в различных странах на базе усреднения различных вероятностей. Тем не менее, процессы, которые описываются вероятностями, зачастую имеют временную и географическую специфику, т.е. использование ретроспективных данных не всегда является корректным. Альтернативным способом установления вероятностей представляется экспертный опрос профильных специалистов, которые способны оцифровать риски при конкретных (текущих) условиях распространения АЧС.

Подводя итог, следует подчеркнуть ограниченную область применения существующих моделей оценки распространения АЧС. Невозможность получения данных о всех хозяйствах, а также различные закономерности распространения заболевания в зависимости от географической зоны диктуют потребность использования альтернативных моделей, дополненных экспертизой факторов, не имеющих количественного измерения.

3.2. Альтернативный метод, основанный на эконометрическом моделировании

Рассмотренные выше методы моделирования распространения АЧС являются по своей сути механистичными и не учитывают внутренних особенностей изучаемой территории. Во всех моделях фигурируют общие и достаточно абстрактные параметры (плотность хозяйств, расстояние между ними, уровень компартмента и т.п.), которые присущи любым странам и регионам. Однако при одних и тех же учитываемых характеристиках в разных странах будут наблюдаться совершенно разные эпизоотические эффекты. Так, на двух территориях при одной и той же плотности свиноферм, их удаленности друг от друга и при одинаковом уровне их компартмента (защиты) распространение АЧС может принимать совершенно разные формы и масштабы. Это зависит от эффективности национальной системы организации санитарно-ветеринарных мероприятий, от хозяйственной культуры и ответственности свиноводов, от климатических условий и пр. Тем самым более предпочтительным является построение контекстной модели, которая бы учитывала специфику конкретного моделируемого объекта.

Класс моделей, которые учитывают общие параметры территории распространения АЧС, можно назвать био-ветеринарными, тогда как класс моделей, учитывающих конкретные параметры территории, включая особенности производства и хозяйствования, можно назвать био-экономическими. Насколько нам известно, био-экономические модели пока не нашли широкого применения в описании АЧС. Между тем именно этот класс моделей представляется наиболее перспективным, и именно на нем мы и остановимся как на наиболее плодотворной альтернативе существующим подходам. При этом конкретизация данного положения означает, что мы будем строить эконометрическую зависимость между числом зараженных и числом уничтоженных свиней.

Заметим, что игнорирование специалистами по АЧС био-экономических моделей связано, по крайней мере, с двумя обстоятельствами. Во-первых, такие модели не всегда удается построить, ибо исходные данные могут не позволить установить удовлетворительную статистическую зависимость между двумя переменными, которая обладала бы необходимым уровнем надежности. Во-вторых, такого рода модели, будучи ориентированы на учет специфики конкретной страны и ее регионов, теряют свойство универсальности и не могут быть использованы в оценочных расчетах для других стран.

Первый из указанных недостатков часто может быть преодолен при достаточном количестве проб и ошибок в поиске спецификации эконометрической модели и проведении обширных вычислительных экспериментов. В связи с этим нашей задачей моделирования распространения АЧС будет установление оператора K=K(I*), который преобразует число заболевших (инфицированных) на территории России свиней (I*) в число уничтоженных (погибших) свиней (K) в году t. При этом входная переменная I* получена нами в результате моделирования заноса АЧС на территорию России из стран Евросоюза с учетом мультипликатора заражения. Отыскание функционального оператора K=K(I*) позволит перевести масштаб занесенной в страну АЧС в физический ущерб, выражаемый поголовьем погибших и уничтоженных свиней. Иными словами, мы устанавливаем контекстную связь «заражение свиней–падёж свиней». Наличие таковой позволяет перейти непосредственно к оценке стоимостного ущерба, нанесенного российской экономике со стороны «импортного» АЧС.

3.3. Исходные данные и эконометрическая модель

Как уже указывалось в предыдущем разделе, для построения искомой зависимости выбрана пара ключевых переменных – число заболевших свиней (I*) из-за импорта в Россию АЧС по всем каналам и число уничтоженных и погибших свиней (K) в регионе (субъекте федерации) России в году t. В данном случае задача состоит в отыскании зависимости между фактом заражения и заболевания свиней и их дальнейшей гибелью. Тем самым нами моделируется процесс влияния факта заражения свиней на величину ущерба для их общего поголовья, т.е. K=K(I*). При этом данный процесс анализируется применительно к конкретному региону страны с учетом его специфики.

В качестве исходной информации использовалась выборка субъектов Российской Федерации, в которых были зафиксированы вспышки АЧС в 2012–2016 гг. (всего 80 наблюдений). При этом недостаток статистических данных за каждый год потребовал их объединения в общий массив для удлинения исходного ряда с последующим построением так называемой полной регрессии, в которой используются данные разных регионов за разные годы. Предварительные расчеты по сформированному массиву позволили установить общий вид моделируемой зависимости: lnK=α+βI*, где α и β – статистически оцениваемые параметры. Полученная зависимость отвечает априорным представлениям о моделируемом процессе. Это связано с тем фактом, что искомая регрессия может быть представлена в форме экспоненциальной функции: K=exp[α+βI*]. Такая формула связи является естественным выражением процесса распространения эпидемии, когда заболевание ускоренно распространяется по зараженной популяции.

Однако у изначально полученной зависимости были неудовлетворительные с технической точки зрения статистические характеристики – слишком низкий коэффициент детерминации (0,23) и слишком большая ошибка аппроксимации (29,1%). В данном случае описывалась слишком малая часть дисперсии погибших и уничтоженных свиней и тем самым упускались важные факторы ее формирования, что вызывало большую погрешность в модельных расчетах.

Для устранения указанных недостатков исходный массив статистических данных был подвергнут дополнительной обработке. Так, из него были исключены субъекты, в которых либо количество уничтоженных живых свиней составляло менее 30 голов, либо количество заболевших живых свиней – менее 30 голов. Тем самым из модельных расчетов были исключены регионы, которые могут классифицироваться как условно благополучные с относительно низкой степенью угрозы, ибо в них эпидемия фактически не получила своего развития и распространения, следовательно, и использовать их для построения эпидемической зависимости не имеет смысла. В результате указанной фильтрации из 80 наблюдений осталось 33. Для учета специфики входящих в данный массив регионов была введена фиктивная переменная L, учитывающая уровень эпидемических проблем с АЧС: L=0 для умеренно неблагополучных регионов, когда число уничтоженных свиней превышает число заболевших менее чем в 10 раз; L=1 для откровенно неблагополучных регионов, когда отношение числа уничтоженных свиней к заболевшим находится в интервале от 10 до 50; L=2 для крайне неблагополучных регионов, когда отношение числа уничтоженных свиней к заболевшим превышает отметку в 50 раз. В результате был сформирован окончательный массив данных, приведенный в табл.10, который позволил получить следующую эконометрическую зависимость:

где N – число наблюдений; – коэффициент детерминации; F – F-статистика; под коэффициентами регрессий в скобках указаны значения стандартных ошибок. В соответствии с содержанием модели фиктивная переменная L аккумулирует в себе множество таких факторов, которые в явном виде учесть не удается: плотность свиноферм, вид свиноводства, тип компартмента, экстенсивные или интенсивные способы производства и т.п.


Таблица 10. Исходные данные для построения эконометрической модели

Регион Год наблю-дения Число уничтожен-ных свиней (K), ед. Число заболевших свиней (I*), ед. Статус региона (L)
Краснодарский край 2016 85170 3153 1
Липецкая область 2016 16442 1405 1
Кабардино-Балкарская Республика 2016 38053 690 2
Рязанская область 2016 27098 690 1
Саратовская область 2016 2008 500 0
Республика Крым 2016 1193 314 0
Воронежская область 2016 44317 260 2
Волгоградская область 2016 7128 241 1
Пензенская область 2016 895 79 1
Московская область 2016 12430 68 2
Смоленская область 2016 65 64 0
Владимирская область 2016 240 62 0
Тамбовская область 2016 135 60 0
Курская область 2016 18336 30 2
Орловская область 2015 90 60 0
Краснодарский край 2015 614 45 1
Волгоградская область 2015 1578 32 1
Тульская область 2014 57892 993 2
Воронежская область 2014 66276 729 2
Орловская область 2014 27268 664 1
Псковская область 2014 90499 196 2
Брянская область 2014 194 194 0
Калужская область 2014 97 87 0
Воронежская область 2013 39701 221 2
Ростовская область 2013 1960 125 1
Волгоградская область 2013 2491 79 1
Московская область 2013 385 64 0
Тверская область 2013 27692 54 2
Смоленская область 2013 83 49 0
Краснодарский край 2012 169447 3091 2
Ростовская область 2012 925 230 0
Волгоградская область 2012 2467 121 1
Тверская область 2012 33527 60 2

В модели (16) все коэффициенты имеют знаки, соответствующие априорным теоретическим представлениям, они значимы, а все статистические характеристики являются удовлетворительными. В частности, введение фактора степени неблагополучия региона (L) позволило существенно увеличить коэффициент детерминации – необъясненная доля дисперсии составляет лишь 13%. Одновременно с этим ошибка аппроксимации уменьшилась до 9,9%, что для подобных расчетов может считаться приемлемой величиной.

Дополнительные тесты также показывают пригодность построенной модели. Так, проверка предикторов (объясняющих переменных) на мультиколлинеарность с помощью фактора инфляции дисперсии (variance inflation factor) VIF дает следующие результаты: VIF(I)=1,057 и VIF(L)= 1,057. В настоящее время имеются разные мнения по поводу порогового значения VIF*, превышение которого свидетельствует о наличии мультиколлинеарности. Обычно критическим считают значение VIF*=5, а иногда даже VIF*=10. Однако в биологических исследованиях и, в частности, в экологии, где наблюдаемые сигналы слабы, даже небольшое значение VIF может свидетельствовать о мультиколлинеарности предикторов. В связи с этим некоторые исследователи для экологических систем используют усиленный VIF-тест, когда пороговое значение не превышает двух: VIF*=2 (Zuur, Ieno, Elphick, 2010, р.9). Для модели (16) даже этот усиленный тест выполняется, что позволяет говорить об отсутствии мультиколлинеарности.

Проверка модели (16) на наличие гетероскедастичности с помощью теста Бройша–Пагана (Breusch-Pagan test) дает оценки: BP=3,7251, df=2, p-value=0,1553. Тест Голдфелда–Куандта (Goldfeld-Quandt test) дает оценки: GQ=1,4567, df1=11, df2=10, p-value=0,2806. Тем самым оба теста свидетельствуют об отсутствии гетероскедастичности.

Попытки построения многофакторной модели, которая включала бы большее число предикторов, не дала положительного результата. Так, например, включение в число таких объясняющих переменных, как плотность поголовья свиней в регионе, доля промышленных свиноводческих хозяйств и затраты на профилактику АЧС показало их систематическую незначимость. Данный отрицательный результат может быть объяснен либо нехваткой данных, либо неадекватностью самих показателей. Например, плотность поголовья свиней в регионе сама по себе не может повлиять на интенсивность распространения АЧС без учета всей среды обитания животных; для этого необходим учет плотности свиней в самих хозяйствах, в также расстояния между ними и особенностей их географического расположения. Аналогичным образом затраты на АЧС требуют дополнительных сведений – нужны данные не столько о выделенных, сколько о реально освоенных финансах; кроме того, в ряде регионов средства не были израсходованы из-за отсутствия явной опасности. Также и данные о наличии промышленных свиноводческих хозяйств сами по себе не фиксируют риски заражения без учета степени их защищенности (уровень компартмента). Таких более детальных данных в современном статистическом обеспечении России нет, в связи с чем указанные показатели в дальнейшем не использовались при моделировании. Вместе с тем построенная модель учитывает указанные параметры в агрегированном виде через фиктивную переменную, в которой аккумулируются отмеченные особенности регионов. При этом следует отметить, что статус региона во времени может меняться, а вместе с ним и фиктивная переменная. Это как раз может быть объяснено сдвигами в финансировании и эффективности защитных мер, а также изменениями в структуре и качестве свиноводческих хозяйств.

Построенная модель (16) имеет вид обобщенной эпидемической волны в регионе K=exp[α+βI+γL] и позволяет проводить сценарные расчеты физического ущерба свиноводческой отрасли от вспышек заболеваний АЧС. Теоретически для этого можно рассмотреть два варианта событий. Первый вариант предполагает, что все заболевшие и инфицированные особи попадают в умеренно неблагополучные регионы с L=0; второй предполагает, что они попадают в крайне неблагополучные регионы с L=2. Тогда число свиней (I*), инфицированных АЧС, порождает падеж в интервале:

Тем самым попадание инфекции в более неблагополучные субъекты России (где L=1 или даже L=2) порождает дополнительный падеж скота и больший материальный ущерб. Формулы (17) и (18) позволяют провести ориентировочные расчеты для определения границ возможного физического ущерба от распространения АЧС.

Для более точной оценки ущерба от проникновения АЧС из-за рубежа можно учесть начальные условия эпидемической ситуации в России. Для этого достаточно опереться на упомянутый ранее принцип интерференции эпизоотических волн. В данном случае данный принцип означает следующее: уже имеющееся исходное заражение территории страны описывается волновой функцией K=exp[α+βI+γL], а ввозимые из-за рубежа инфицированные особи порождают дополнительный импульс к гибели поголовья свиней. Тем самым две волны АЧС – внутренняя и внешняя – накладываются друг на друга и вызывают эффект взаимоусиления. Причем проникновение инфекции в чистые зоны свиноводства и проникновение в уже зараженные регионы оказывает разное влияние на эпизоотическую обстановку. Данное различие связано с нелинейной (волновой) природой распространения эпидемии. В связи с этим физический ущерб от проникновения АЧС из-за рубежа (U), строго говоря, можно оценивать двумя способами в зависимости от начальных условий. Первый способ предполагает занос АЧС в чистые зоны и оценку масштабов гибели свиней по формуле:

Второй способ предполагает дополнительный занос АЧС в уже инфицированные зоны и оценку масштабов гибели свиней по иной формуле:

где II и I* – число «внутренних» (уже имеющихся в России) и «внешних» (проникающих из-за границы) зараженных свиней. Иными словами, физический ущерб от внешнего фактора АЧС равен разнице между общим ущербом от АЧС и ущербом от внутреннего фактора АЧС.

Такое обобщение метода с учетом начальных условий позволяет учитывать эпизоотическую ситуацию не только в странах-импортерах живых свиней, но и в принимающей стране – России. Однако в дальнейшем, апробируя оба предложенных подхода, предпочтение будем отдавать первому подходу, тогда как второй подход используем в основном для экспериментальных расчетов и уяснения общих закономерностей распространения АЧС.

3.4. Оценка последствий распространения АЧС: сценарные расчеты

Принципиальным моментом построенной модели (16) является то, что она описывает распространение эпидемии в регионе страны, а не во всей стране. Это означает, что данная функция, строго говоря, не может использоваться для агрегированных расчетов, так как это предполагало бы проникновение всех инфицированных свиней в один конкретный район страны, что маловероятно. Более реалистичным представляется проникновение в разные регионы определенных порций общего зараженного поголовья свиней.

Учитывая размер территории России, логично предположить, что импортная продукция поступит преимущественно в ближайшие регионы – центр и юг страны. Данное обстоятельство позволяет сформировать упрощенные сценарии распространения АЧС по стране. При этом имеется большая свобода выбора моделирования процесса «расползания» инфицированной массы свиней по регионам страны. При этом для оценки числа павших и уничтоженных животных в каждом регионе в зависимости от его статуса, задаваемого фиктивной переменной, можно пользоваться соответствующей регрессионной моделью (16). Более того, указанный подход позволяет осуществить уместную в данном случае «рандомизацию» расчетов на основе применения метода Монте-Карло для генерирования случайных зон поступления зараженных особей, равно как и размера поступающих в них порций инфицированного поголовья.

Для конкретизации предложенного подхода использовались две различные процедуры формирования ареалов распространения АЧС. Первую условно можно назвать производственной, а вторую – потребительской. Если первая исходит из того положения, что большие порции свиней поставляются в регионы с большим их поголовьем, т.е. новая продукция идет в центры ее производства, то вторая процедура исходит из того, что большие поставки свиней идут в регионы с большим населением, т.е. импортная продукция идет в центры ее максимально активного потребления.

Для определенности рассмотрим сначала «производственную» процедуру моделирования распространения свиней по регионам России.

  1. Выбираем регионы Центрального федерального округа (ЦФО), Северо-Западного федерального округа (СЗФО), Поволжского федерального округа (ПФО), Южного федерального округа (ЮФО) и Северо-Кавказского федерального округа (СКФО) в качестве зон, куда поступают инфицированные свиньи; предполагаем, что в остальных округах АЧС проявляется максимально слабо[4]. Это дает в итоге 58 субъектов РФ. Исключаем из списка города федерального значения (из-за отсутствия центров разведения свиней), в результате чего остается 55 субъектов РФ, из которых дополнительно исключаем регионы с поголовьем свиней меньше 1000 (считаем такой масштаб производства пренебрежимо малым в масштабах страны). Итого получаем 51 субъект РФ. Именно в эти регионы завозятся АЧС-свиньи.
  2. Вводим в рассмотрение четыре группы регионов по размеру поголовья с индикатором S, т.е. значением группы региона по размеру поголовья (от 1 до 4), где используется следующая градация: S=1 – менее 20 тыс. голов (7 субъектов); S=2 – 20–150 тыс. голов (13 субъектов); S=3 – 150–300 тыс. голов (16 субъектов); S=4 – более 300 тыс. голов (15 субъектов РФ).
  3. Используем формулу для рандомизации оценки числа инфицированных свиней (I*j), поступивших в j-й регион:

[4] В основе указанного предположения лежит идея о том, что инфицированные свиньи до регионов Сибири и Дальнего Востока просто не доедут: срок наземной доставки в эти регионы превышает инкубационный период АЧС.

где I* – общее количество АЧС-свиней, инфицированных в результате заноса болезни на территорию России из стран Евросоюза; Sj – масштабный индикатор j-го региона; Zj – случайное число, генерируемое методом Монте-Карло и заключенное в интервале от 1 до I* и нормируемое в соответствии с условием (22).

Правило (21) предполагает, что в регионы с большим поголовьем свиней поступают более крупные партии импорта свиней и свинопродукции, следовательно, и более крупные партии АЧС-особей. В данном случае мы исходим из принципа, что регионы с большим поголовьем свиней выступают в качестве своеобразных центров производства, переработки и продажи свинопродукции и за счет этого выступают в качестве центров притяжения импортных поставок. Возможно изменение правила моделирования, когда больший объем поставок импорта свиней идет в регионы с большей плотностью населения. Однако для пилотного варианта моделирования первое правило является более предпочтительным.

  1. Число погибших свиней для каждого региона (Kj) оценивается в соответствии с входной величиной I*j и региональной моделью (16). Общий урон (K) по стране оценивается как сумма падежа по всем регионам. Для повышения объективности получаемых оценок проводимые модельные прогоны повторяются 500 раз для разных распределений АЧС-свиней, генерируемых методом Монте-Карло, после чего результат всех модельных итераций усредняется.

Экспериментальные серии расчетов проводились как по первому (базовому), так и по второму (альтернативному) способам оценки падежа свиней по формулам (19) и (20). В дальнейшем будем рассматривать только первый (базовый) вариант оценки как наиболее интересный и репрезентативный; вычислительные эксперименты показали, что второй вариант дает результаты модельных прогонов с гораздо большей дисперсией, чем первый вариант. Тем самым базовый вариант обладает большей устойчивостью результата к случайным распределениям зараженных особей по изучаемым регионам. В рамках всех вариантов, как и ранее, рассматриваются три сценария для каждой страны отдельно и для всего Евросоюза (табл.11). Отметим, что второй вариант дает результаты, не противоречащие первому варианту (табл.12); по высокорисковому сценарию оценки по обоим способам расчета особенно близки. В дальнейшем второй способ мы используем в справочных целях для иллюстрации непротиворечивости и сходимости двух способов расчета.


Таблица 11. Модельные оценки числа погибших и уничтоженных свиней («производственный» подход; базовый вариант – формула (19))

Страны Сценарий
L-сценарий (n=100) M-сценарий (n=150) H-сценарий (n=200)
Латвия 158866 167221 176558
Литва 152657 157413 162703
Польша 144666 145243 145732
Эстония 160029 169421 179670
Румыния 144658 145193 145744
Чехия 0 0 0
ЕС 194275 226549 268889

Модельные расчеты показывают, что суммарный физический ущерб от АЧС, исходящей из неблагополучных стран ЕС, находится в интервале от 194 до 269 тыс. голов свиней, что представляет собой достаточно весомую цифру, однако отнюдь не разрушительную для существующего поголовья России.


Таблица 12. Модельные оценки числа погибших и уничтоженных свиней («производственный» подход; альтернативный вариант – формула (20))

Страны Сценарий
L-сценарий (n=100) M-сценарий (n=150) H-сценарий (n=200)
Латвия 27929 43776 60377
Литва 16978 25920 34962
Польша 2036 3024 4099
Эстония 30622 47566 65251
Румыния 2032 3056 4065
Чехия 0 0 0
Всего 93681 155529 227425

Примечательно, что подход, учитывающий исходную эпизоотическую ситуацию в регионах страны, при массированных поступлениях инфицированных особей ведет к мощной и плохо управляемой инфекционной волне. Учитывая наличие в России множества благополучных («чистых») регионов, расчет по формуле (20) служит в качестве своеобразного теста для проверки выхода ситуации из-под контроля.

Как и ранее, особо отметим, что оценка по Евросоюзу не является суммой страновых оценок в силу действия временного правила интерференции эпизоотических волн. В данном случае сумма страновых оценок подставляется в экспоненциальную модель, что ведет к уменьшению совокупного эффекта от изучаемых стран. Этот эффект связан с тем, что падеж свиней нелинейно зависит от числа инфицированных в регионе особей. Этим обстоятельством предопределяется наличие отдельного сценария по оценке экономического ущерба России от АЧС из стран ЕС.

Как и предполагалось ранее, для сравнения рассмотрим еще и «потребительскую» процедуру моделирования распространения свиней по регионам России. В этом случае добавляется статистика по оценке численности населения в 2016 г. по субъектам РФ.

«Потребительская» процедура оценки предусматривает также 4-шаговый алгоритм подготовки и обработки данных.

  1. Изначально берутся все 85 субъектов РФ. Однако затем отбрасываются 3 города федерального значения и 6 субъектов РФ с поголовьем менее 1000 голов. В результате остается 76 субъектов РФ. Тем самым в данном сценарии предполагается более широкий охват страны АЧС, включая Сибирь и Дальний Восток.
  2. Вводим коэффициенты по численности поголовья: S=1 – менее 20 тыс. голов (11 субъектов); S=2 – 20–150 тыс. голов (24 субъекта); S=3 – 150–300 тыс. голов (19 субъектов); S=4 – более 300 тыс. голов (22 субъекта РФ).
  3. Как и в «производственном» подходе используем переменную L, учитывающую уровень эпидемических проблем с АЧС: L=0 для регионов, когда число уничтоженных свиней превышает число заболевших менее чем в 10 раз; L=1 для регионов, когда отношение числа уничтоженных свиней к заболевшим находится в интервале от 10 до 50; L=2 для крайне неблагополучных регионов, когда отношение числа уничтоженных свиней к заболевшим превышает отметку в 50 раз.
  4. Рассчитывается доля субъекта Российской Федерации в общей численности населения. В итоге объем импорта в конкретный регион страны получается с учетом формулы для рандомизации оценки числа инфицированных свиней (I*j), поступивших в j-й регион:

где I* – общее количество АЧС-свиней, инфицированных в результате заноса болезни на территорию России из стран Евросоюза; Sj – масштабный индикатор j-го региона; Pj – доля региона в суммарной численности населения 76 субъектов РФ; Zj – случайное число, генерируемое методом Монте-Карло, заключенное в интервале от 1 до I* и нормируемое в соответствии с условием (24). В данном случае используется правило, в соответствии с которым большие поставки импорта поступают в регионы с большим числом потенциальных потребителей свинины. Именно потребительские свойства регионов превращают их в центры притяжения импорта свинопродукции.

Далее падеж свиней для каждого региона (Kj) оценивается в соответствии с входной величиной I*j и региональной моделью (16). Общий урон (K) по стране оценивается как сумма падежа по всем регионам. Как и в предыдущем случае, для повышения объективности получаемых оценок проводимые модельные прогоны повторяются 500 раз для разных распределений АЧС-свиней, генерируемых методом Монте-Карло, после чего результат всех модельных итераций усредняется (табл.13).


Таблица 13. Модельные оценки числа погибших и уничтоженных свиней («потребительский» подход; базовый вариант – формула (19))

Страны Сценарий
L-сценарий (n=100) M-сценарий (n=150) H-сценарий (n=200)
Латвия 167720 179440 192352
Литва 159925 166886 173534
Польша 150525 151173 151814
Эстония 169652 182488 197824
Румыния 150533 151150 151791
Чехия 0 0 0
Всего 219311 292575 396141

Несложно видеть, что потребительский принцип, заложенный в процедуру моделирования, и учет большего числа субъектов РФ дали более значительный ущерб погибших и уничтоженных свиней. Вместе с тем выявленные расхождения не являются качественными и в целом соответствуют друг другу с некоторым коэффициентом усиления/ослабления. На наш взгляд, предпочтение следует отдать «производственному» сценарию в силу двух обстоятельств: во-первых, центры разведения свиней являются более сильным фактором их дополнительного завоза, нежели простое число их потребителей; во-вторых, первый сценарий дает более скромные оценки физического ущерба от АЧС и тем самым не ведет к ангажированному завышению результата. В данном случае мы выбираем стратегию, в соответствии с которой в дальнейшем мы оцениваем минимальный экономический ущерб от заноса АЧС на территорию России.

ГЛАВА 4. ОЦЕНКА ЭКОНОМИЧЕСКОГО УЩЕРБА ОТ АЧС

4.1. Общие принципы оценки финансового ущерба от АЧС

Болезни животных в немалой степени представляют собой экономическую проблему, так как они влияют на нормальную производственную деятельность и вызывают непредвиденные траты и ущерб. Особенно весомый экономический ущерб наносят болезни, способные к быстрому распространению и вызывающие массовый падёж скота. К числу таких заболеваний относится и АЧС – болезнь, влекущая за собой большие прямые и косвенные экономические потери.

Расчет возможного экономического ущерба от заноса АЧС на территорию России в результате снятия ограничений на поставки свинины и свиноводческой продукции из Евросоюза является неотъемлемой частью анализа риска при импорте (Кодекс здоровья наземных животных, 2015, гл. 2.1). Схема расчета, предлагаемая в данном разделе, разработана с использованием общепринятых статистических методов, а также существующих в России методик по определению экономического ущерба ФГБУ «Федеральный центр охраны здоровья животных» (ФГБУ «ВНИИЗЖ») и ведущих сельскохозяйственных вузов страны (Шахотин и др., 1997; Гуленкин и др., 1996; Клиновицкая и др., 2014; Нехуров и др., 2005; Ладана, 1982) с учетом авторских доработок.

Полученные в предыдущем разделе оценки физического ущерба в виде падежа свиней из-за АЧС требуют того, чтобы эти цифры были переведены в стоимостную форму с учетом прямого и косвенного ущерба, вызываемого потерей части поголовья свиней. Для этого в ряде случаев вычисляются величины удельного ущерба на одну погибшую свинью, а иногда учитываются эффекты от неродившихся свиней. При этом нами используются два важных принципа: принцип минимизации оценок ущерба и принцип сопряжения ущерба с импортом АЧС.

Первый принцип важен в связи с тем обстоятельством, что многие экономические оценки (например, цены за кг свинины, цены на комбикорма и т.п.) обладают ярко выраженной вариативностью и могут принимать довольно сильно различающиеся количественные значения. Чтобы избежать лишних споров в отношении используемых исходных экономических данных, мы во всех случаях берем либо усредненные (например, за ряд лет) оценки, либо минимальные значения из существующих. Тем самым в итоге мы получаем некую минимальную, а потому гарантированную, оценку экономического ущерба от АЧС. Это означает, что при любой корректировке величины ущерба на основе иных исходных данных полученная оценка ущерба будет, скорее всего, увеличиваться.

Второй принцип состоит в том, что оценка всех статей ущерба от АЧС должна быть непосредственным образом связана с числом импортируемых в страну зараженных особей, а, следовательно, и погибших вследствие этого животных. Например, вспышка АЧС требует дополнительных затрат на улучшение контроля за заболеванием и повышение уровня компартмента многих свиноводческих предприятий, однако это необходимо делать независимо от наличия завезенных из других стран АЧС-свиней и уж тем более независимо от их числа. Кроме того, потребность в таких улучшениях может быть вызвана внутренними вспышками заболевания даже при отсутствии импорта АЧС-свиней. Такого рода затраты нами исключаются из рассмотрения по причине дискуссионности самого факта правомерности их включения в общую сумму ущерба.

На пересечении двух указанных принципов оказываются некоторые статьи косвенного ущерба, которые также носят дискуссионный характер. Например, в ряде случаев в состав косвенного ущерба включаются такие позиции, как перепрофилирование свиноводческих хозяйств из-за вспышек АЧС и ущерб от вынужденных простоев свиноферм и от безработицы высвобожденных работников свиноводческих организаций. В других случаях учитываются замороженные инвестиции в строительство и модернизацию свиноферм из-за обнаружения АЧС. Все эти явления, будучи достаточно масштабными, способны дать весьма солидные цифры экономического урона. Однако в дальнейшем мы их учитывать не будем по причине того, что они неоднозначно сопрягаются с фактом возникновения АЧС из-за ввоза импортной продукции, хотя само наличие связи с заболеванием очевидно. Игнорируя эти статьbя затрат в силу действия принципа сопряжения ущерба с импортом АЧС, мы тем самым действуем в согласии с принципом минимизации оценок ущерба. Иными словами, все получаемые нами оценки экономического урона являются предельно заниженными.

Ниже мы представим отдельно схемы расчета прямого и косвенного ущерба от импорта АЧС. В заключение мы приведем совокупные величины ущерба в рублевом и валютном выражении с учетом сформированных двух сценариев развития событий.

4.2. Калькуляция и оценка прямого ущерба от АЧС

В соответствии с рекомендациями Всемирной организации здоровья животных, приведенными в Кодексе здоровья наземных животных, была разработана схема расчета прямых последствий, непосредственно связанных с потерями, вызванными инфекцией и болезнью животных, и непрямых (косвенных) последствий, учитывающих затраты на компенсацию потерь, а также потенциальные коммерческие потери (Кодекс здоровья наземных животных, 2015, ст. 2.1.4). Ниже при расчете прямого ущерба от АЧС мы придерживаемся данных рекомендаций. Одновременно с этим при расчете принималось во внимание то, что в соответствии с приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 31 мая 2016 г. №213 «Об утверждении ветеринарных правил осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней» на инфицированной территории определяются эпизоотический очаг, первая угрожаемая зона (5–20 км от границы очага), вторая угрожаемая зона (до 100 км от границы эпизоотического очага).

Каждой зоне соответствуют свои ограничительные мероприятия. Так, в эпизоотическом очаге подлежат уничтожению все свиньи, продукты их убоя, остатки корма. В первой угрожаемой зоне действуют практически те же ограничения с некоторыми послаблениями для хозяйств, отнесенных к IV компартменту. Во второй угрожаемой зоне послабления относятся и к хозяйствам, отнесенным к III компартменту. Для них разрешается частичная реализация продуктов животноводства промышленного изготовления (прошедших промышленную тепловую обработку при температуре свыше 700С). Данные положения определяют возможный объем ущерба от гибели свиней, т.к. реализация продукции в первой и второй угрожаемой зонах осуществляется по сниженным ценам.

На основании сделанных ранее расчетов и используя данные Россельхознадзора (Прил.2), определим ту часть свиней, которую производитель сможет реализовать со значительным ценовым дисконтом (табл.14).

Считая, что всё количество восприимчивых свиней в неблагополучных пунктах представляет собой сумму павших, уничтоженных и вынужденно убитых (но при этом с возможной продажей), получаем, что доля последних составляет по сельскохозяйственным предприятиям 24,3%, по всем хозяйствам – 1,1%. Такое расхождение вполне логично, учитывая послабления хозяйствам III и IV компартмента в угрожаемых зонах. Однако доля таких предприятий в общем количестве хозяйствующих субъектов всех организационно-правовых форм, занятых в сфере свиноводства, ничтожно мала – 0,1% (рассчитано по таблице Прил.2). В результате этого доля вынужденно убитых в масштабах страны не превышает 1%.


Таблица 14. Данные по падежу, уничтожению и вынужденному убою свиней в России при возникновении очагов АЧС, 2007–2017 гг.

Объекты Воспри­имчивые домашние свиньи в неблаго-получных пунктах, голов Пало Уничтожено Вынужденно убито
голов доля (%) голов доля (%) голов доля (%)
Всего 1032127 17680 1,7 1003297 97,2 11150 1,1
АП* 837269 7892 0,9 626015 74,8 203362 24,3

* - аграрные предприятия

Источник: Данные Россельхознадзора


Исходя из полученных значений, определим количество павших и уничтоженных свиней, а также число вынужденно убитых с возможной дальнейшей продажей (табл.15).


Таблица 15. Расчетные значения уничтоженных и вынужденно убитых свиней в результате заноса АЧС из стран ЕС

Сценарные прогнозы Общее кол-во погибших свиней Кол-во павших свиней Кол-во уничтожен-ных свиней Кол-во вынужденно убитых свиней
Латвия
L-сценарий 158 866 2 701 154 418 1 748
M-сценарий 167 221 2 843 162 539 1 839
H-сценарий 176 558 3 001 171 614 1 942
Литва
L-сценарий 152 657 2 595 148 383 1 679
M-сценарий 157 413 2 676 153 005 1 732
H-сценарий 162 703 2 766 158 147 1 790
Польша
L-сценарий 144 666 2 459 140 615 1 591
M-сценарий 145 243 2 469 141 176 1 598
H-сценарий 145 732 2 477 141 652 1 603
Эстония
L-сценарий 160 029 2 720 155 548 1 760
M-сценарий 169 421 2 880 164 677 1 864
H-сценарий 179 670 3 054 174 639 1 976
Румыния
L-сценарий 144 658 2 459 140 608 1 591
M-сценарий 145 193 2 468 141 128 1 597
H-сценарий 145 744 2 478 141 663 1 603
Чехия
L-сценарий 0 0 0 0
M-сценарий 0 0 0 0
H-сценарий 0 0 0 0
ЕС
L-сценарий 194 275 3 303 188 835 2 137
M-сценарий 226 549 3 851 220 206 2 492
H-сценарий 268 889 4 571 261 360 2 958

Здесь и далее используется сценарий по Евросоюзу, который не является простой суммой страновых эффектов. Это напрямую связано с тем обстоятельством, что физический падеж свиней вследствие завоза инфицированных особей из каждой отдельной страны не равен падежу из всех вместе. Данная асимметрия возникает на стадии распространения АЧС и автоматически воспроизводится при оценке экономического ущерба.

Полученные результаты будем использовать для дальнейшего расчета прямого и косвенного экономического ущерба.

Состав прямого экономического ущерба определяется агрегатами У1, У2 и У3, которые оцениваются по нижеприведенным формулам.

  1. Ущерб от падежа и уничтожения животных (У1)

где N1 – количество павших и уничтоженных свиней; Ж – средняя живая масса одного животного, кг; Ц – средняя закупочная цена 1 кг живого веса здорового животного, руб.

Используя данные табл.15 произведем аналогичный расчет для всего ЕС (табл. 16) и отдельно по странам ЕС (табл.17).


Таблица 16. Расчет ущерба от падежа и уничтожения животных в субъектах РФ (весь ЕС) – У1

Показатели УО* L-сценарий M-сценарий H-сценарий Источник
1 Количество павших и уничтоженных свиней, голов N1 192 138 224 057 224 057 Табл.13
2 Средняя живая масса одного животного, кг Ж 100,8 100,8 100,8 Расчетное значение [5]
3 Средняя закупочная цена 1 кг живого веса здорового животного, руб./кг Ц 124,4 124,4 124,4 Росстат [6]
4 Ущерб от падежа и уничтожения свиней, млн. руб. У1 2 409,3 2 809,6 3 334,6

* - условное обозначение (здесь и далее)


[5] Согласно данным, приведенным в Письме Министра сельского хозяйства РФ заместителю Председателя Правительства РФ А.В.Дворковичу от 23.05.2014 №НФ 25-07/6369, средний вес 1 свиньи в живом весе (кг) для свиноводческих предприятий по России в целом в 2008-2014 гг. составил 101,18 кг. Аналогичный показатель для свиноводческих хозяйств (ЛПХ, КФХ и т.п.) – 100,33 кг. В расчете использовано усредненное значение этих двух показателей.

[6] http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/tariffs/#


Таблица 17. Расчет ущерба от падежа и уничтожения свиней (У1), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1 Латвия 1 970 196,8 2 073 810,9 2 189 588,3
2 Литва 1 893 191,7 1 952 165,0 2 017 771,8
3 Польша 1 794 079,3 1 801 239,4 1 807 308,5
4 Эстония 1 984 604,8 2 101 084,4 2 228 184,9
5 Румыния 1 793 991,5 1 800 624,9 1 807 459,0
6 Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 2 409 318,3 2 809 567,2 3 334 647,1

  1. Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2)

где N2 – количество вынужденно убитых свиней, голов; Ц2 – средняя закупочная цена 1 кг живого веса вынужденно убитого животного, руб.


Таблица 18. Расчет ущерба от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1 Латвия 6 575,7 6 918,1 7 305,5
2 Литва 6 316,2 6 515,5 6 733,7
3 Польша 5 985,1 6 011,4 6 030,3
4 Эстония 6 620,9 7 012,1 7 433,4
5 Румыния 5 985,1 6 007,7 6 030,3
6 Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 8 039,1 9 374,5 11 127,6

Таблица 19. Расчет ущерба от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (весь ЕС)

Показатели УО L-сценарий M-сцена-рий H-сценарий Источник
1 Количество вынужденно убитых свиней, голов N2 2 137 2 492 2 958 Табл.13
2 Средняя живая масса одного животного, кг Ж 100,8 100,8 100,8 Табл.14
3 Средняя закупочная цена 1 кг живого веса здорового животного, руб./кг Ц 124,4 124,4 124,4 Росстат
4 Средняя закупочная цена 1 кг живого веса вынужденно убитого животного, руб./кг Ц2 87,1 87,1 87,1 Расчетное значение [7]
5 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне, тыс. руб. У2 8 039,1 9 374,5 11 127,6

[7] При расчете использовались данные, приведенные в (Клиновицкая и др., 2014), согласно которым цена за килограмм свиньи, пошедшей на переработку после вынужденного убоя, в среднем на 30% ниже закупочной.

  1. Ущерб от недополучения приплода от свиноматок (У3)

где О – среднее число опоросов в год; По – средний выход поросят на одну свиноматку за опорос; d – доля свиноматок в структуре стада, %; К – общее количество уничтоженных свиней, голов; С – условная стоимость 1 головы приплода, определяемая из соотношения (Клиновицкая и др., 2014):

где значение 167 – прирост массы свиней, который можно получить за счет кормов, расходуемых на образование приплода за один опорос свиноматки, кг; Н – поправочный норматив дополнительного прироста живой массы свиней, который можно получить за счет кормов, расходуемых на образование приплода при условии получения от свиноматок более 1 опороса в год, кг.


Таблица 20. Расчет ущерба от недополучения приплода от свиноматок (весь ЕС)

Показатели УО L-сцена рий M-сценарий H-сценарий Источник
1 Среднее число опоросов в год О 1,8 1,8 1,8 Клиновицкая и др., 2014; Ладана, 1982
2 Средний выход поросят на одну свиноматку за опорос, голов По 11 11 11 Клиновицкая и др., 2014; Ладана, 1982
3 Доля свиноматок в структуре стада, % d 8,5-15,3 [8] 8,5-15,3 8,5-15,3 Клиновицкая и др., 2014; Ладана, 1982
4 Общее количество уничтоженных свиней, голов К 194 275,0 226 549,0 268 889,0 Табл.13
5 Средняя закупочная цена 1 кг живого веса здорового животного, руб./кг Ц 124,4 124,4 124,4 Росстат
6 Поправочный норматив дополнительного прироста живой массы свиней, кг Н 24 24 24 Клиновицкая и др., 2014
7 Условная стоимость 1 головы приплода, руб. С 2 160,0 2 160,0 2 160,0 Рассчитано по формуле (26)
8 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок, млн руб. У3 830,9 968,9 1 150,0

[8] Разброс значений связан с разными типами свиноводческих хозяйств. Так, для репродукторного товарного хозяйства доля свиноматок в структуре стада составляет 15,3%, для хозяйств с законченным циклом производства – 8,5% (Ладана, 1982). В расчетах будем использовать усредненное значение 10% (Клиновицкая и др., 2014)


Таблица 21. Расчет ущерба от недополучения приплода от свиноматок (У3), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1 Латвия 679 449,5 715 182,8 755 116,0
2 Литва 652 894,4 673 235,3 695 859,9
3 Польша 618 718,0 621 185,7 623 277,1
4 Эстония 684 423,5 724 591,9 768 425,6
5 Румыния 618 683,7 620 971,9 623 328,4
6 Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 830 889,3 968 921,1 1 150 003,8

В дальнейших сценарных расчетах прямой ущерб от АЧС рассчитывается как сумма частных ущербов У1, У2 и У3.

4.3. Калькуляция и оценка косвенного ущерба от АЧС

Вторым агрегатом оценки ущерба выступает косвенный экономический ущерб, расчет которого производился в виде суммы затрат и ущербов (З1, З2, З3, У4, У5 и У6), исчисляемых по нижеприведенным формулам.

  1. Затраты на проведение мониторинговых исследований на АЧС среди домашних свиней

Проведение лабораторных исследований являются неотъемлемой частью мониторинга эпизоотической ситуации по АЧС. Согласно приказу Министерства сельского хозяйства РФ от 31 мая 2016 г. № 213 «Об утверждении ветеринарных правил осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней» отбор проб для проведения диагностических исследований на АЧС осуществляется в определенном порядке, предусматривающем 100-процентную диагностику всех павших животных, животных с гипертермией, определенного количества проб от живых свиней в зависимости от размера стада свиней (ст. 16.1).

Затраты на проведение мониторинговых исследований (З1) рассчитаем по формуле:

где Nп – количество диагностических проб в год; Сп – средняя стоимость 1 пробы, руб.

Исходя из требования Минсельхоза России о проведении диагностики 100% павших животных, определим минимальное необходимое количество диагностических исследований на АЧС как равное количеству павших животных (табл.15). Данные по средней стоимости 1 пробы за 2012 год приведены в работе (Клиновицкая и др., 2014) и определены в размере 1500 рублей. С учетом корректировки на индекс инфляции за период 2013-2016 гг. (I=1,41[9]) среднюю стоимость 1 пробы примем в размере 2115 рублей. Рассчитанные затраты на проведение мониторинговых исследований приведены в табл.22.

[9] Данные Росстата


Таблица 22. Расчет затрат на проведение мониторинговых исследований (З1), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1 Латвия 5 712,6 6 012,9 6 347,1
2 Литва 5 488,4 5 659,7 5 850,1
3 Польша 5 200,8 5 221,9 5 238,9
4 Эстония 5 752,8 6 091,2 6 459,2
5 Румыния 5 200,8 5 219,8 5 241,0
6 Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 6 985,8 8 144,9 9 667,7

  1. Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия

Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия составляют значительную часть затрат в период борьбы с инфекционными болезнями животных. Они включают в себя затраты на проведение карантинных и ограничительных мероприятий, направленных на ликвидацию очагов АЧС и предотвращение распространения заболевания.

При моделировании распространения АЧС на территории России, рассматривались вспышки АЧС в 51 очаге. Используя данные, приведенные в (Клиновицкая и др., 2014), скорректированные с учетом инфляции (Iинф=1,41), и тот факт, что в зоне заражения организуется, как минимум, 2 карантинных поста в эпизоотическом очаге (на въезде и выезде) и 1–2 в первой угрожаемой зоне (Приказ Минсельхоза России от 31.05.16 № 213), рассчитаем затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2) по следующей формуле:

где Nо – число моделируемых эпизоотических очагов; Свм – средняя стоимость ветеринарных мероприятий в одном очаге, тыс. руб.; n – количество создаваемых карантинных постов; Скп – средняя стоимость одного карантинного поста, тыс. руб.


Таблица 23. Расчет затрат на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2)

Показатели УО L-сценарий=M-сценарий=H-сценарий Источник
1 Количество моделируемых эпизоотических очагов No 51 Модельное значение
2 Средняя стоимость ветеринарных мероприятий в одном очаге с учетом инфляции, тыс. руб. Свм 8200*1,41=11 562 Клиновицкая и др., 2014
3 Количество создаваемых карантинных постов n 4 Приказ Минсельхоза России от 31.05.16 № 213
4 Средняя стоимость одного карантинного поста с учетом инфляции, тыс. руб. Скп 650*1,41=916,5 Клиновицкая и др., 2014
5 Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия, тыс. руб. З2 776 628

  1. Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана

где Nк – число павших и уничтоженных диких кабанов, ед.; Свм – средние удельные затраты на отстрел и уничтожение кабанов, дезинфекцию территории и иные расходы, связанные с ветеринарными мероприятиями, руб.; Сд – средняя удельная стоимость диагностических исследований диких кабанов с учетом инфляции, руб.; 0,15 – норма отстрела кабанов от общего поголовья в охотничьих хозяйствах при благополучной эпизоотической ситуации[10]; Сл – средняя стоимость 1 лицензии на отстрел 1 кабана, руб.; Кк – численность диких кабанов в моделируемых эпизоотических очагах, ед. При этом Кк рассчитывается по формуле:

[10] Средняя норма, рассчитанная по данным Минприроды России (Письмо от 23.01.2017 №15-33/2077)

Число павших и уничтоженных диких кабанов определим, используя данные Минсельхоза. Так, за период с 2008–2016 гг. количество павших и уничтоженных домашних свиней составило 1 019 887 голов, а диких кабанов – 2 024 особи. В процентном соотношении численность умерших кабанов составляет 0,02% от числа мертвых домашних свиней. Данная пропорция является достаточно устойчивой во времени (не сильно колеблется по годам), что и позволяет ее использовать в расчетах. Воспользовавшись этим соотношением, определим число павших и уничтоженных диких кабанов в соответствии с определенным сценарием (табл.24).


Таблица 24. Расчет ущерба от падежа и уничтожения дикого кабана (весь ЕС)

Показатели УО L-сценарий M-сценарий H-сценарий Источник
1 Число павших и уничтоженных диких кабанов Nк 386 450 534 Расчетное значение
2 Средние удельные затраты на отстрел и уничтожение кабанов, дезинфекцию территории и иные расходы, связанные с ветеринарными мероприятиями с учетом инфляции, руб. Свм 40 000*1,41=56 400 40 000*1,41=56 400 40 000*1,41=56 400 Клиновицкая и др., 2014
3 Средняя удельная стоимость диагностических исследований диких кабанов с учетом инфляции, руб. Сд 5 000*1,41=7 050 5 000*1,41=7 050 5 000*1,41=7 050 Клиновицкая и др., 2014
4 Численность диких кабанов в моделируемых эпизоотических очагах К 143 410 143 410 143 410 Данные Минприроды России [11]
5 Стоимость 1 лицензии на отстрел 1 кабана, руб. Сл 10 000 – 70 000 [12] 10 000 – 70 000 10 000 – 70 000 Данные, с сайтов [13]
6 Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана, тыс. руб. У4 884922,8 888986,7 894318,1

[11] Письмо от 23.01.2017 №15-33/2077

[12] В расчетах используем среднее значение в размере 40 000 рублей

[13] Охотничье хозяйство «Белка» (http://ooobelka.ru/prise.html); Охотничье хозяйство «Талисман» (http://www.ohota68.ru/ceny.html)


Таблица 25. Расчет от падежа и уничтожения дикого кабана (У4), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1 Латвия 880 464,2 881 516,2 882 691,9
2 Литва 879 682,4 880 281,2 880 947,3
3 Польша 878 676,1 878 748,8 878 810,4
4 Эстония 880 610,6 881 793,3 883 083,8
5 Румыния 878 675,1 878 742,5 878 811,9
6 Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 884 922,8 888 986,7 894 318,1

  1. Потери смежных отраслей

Падеж и уничтожение свиней в результате АЧС приводит к серьёзным потерям и в отраслях, смежных со свиноводством. В частности, потери поставщиков кормов в свиные хозяйства могут достигать нескольких миллиардов рублей. При этом масштаб потерь связан не только с прямым падежом от уничтожения свиней, но и с недополучением приплода от свиноматок в течение вводимого карантинного периода (1 год). Для того, чтобы определить годовое количество откармливаемых свиней с учетом неродившихся особей (Nе), воспользуемся формулой (32):

где О – среднее число опоросов в год; По – средний выход поросят на одну свиноматку за опорос; d – доля свиноматок в структуре стада, %; К – общее количество уничтоженных свиней, голов.

Ущерб производителей-поставщиков кормов для свиней рассчитаем по формуле:

где Цкг – стоимость 1 кг корма для свиньи, руб.; Пг – норма потребления корма 1 свиньей[14], кг.

Исходя из существующих норм выкорма свиней и поросят[15] (Ладана, 1982) рассчитаем ущерб фирм-производителей корма для свиноводческих хозяйств по двум основным видам питания: сухой корм (комбикорм, сено), биокорма (картофель).

[14] В расчете будем исходить из того, что в среднем выращивание свиньи на убой составляет полгода, т.е. годовая норма потребления корма будет рассчитываться на 2 свиньи. Данные оценки являются достаточно условными и заниженными, поскольку откормочное поголовье составляет около 50% стада, а следовательно, срок жизни его второй половины будет превышать полгода

[15] Сайт «Село мое» URL: http://selomoe.ru/svini/korm-dlya-bystrogo-rosta.html. Сайт ZOOHOZ.ru URL: http://zoohoz.ru/svini-i-kaban/kak-pravilno-kormit-8277/


Таблица 26. Расчет ущерба производителей корма для свиней (весь ЕС)

Показатели УО L-сценарий M-сценарий H-сценарий Источник
1 Годовое количество откармливаемых свиней, голов Nе 578 939,5 675 116,0 801 289,2 Рассчитано по формуле (30)
2 Средняя стоимость 1 кг комбикорма, руб. ЦККГ 12 12 12 Усредненные данные по поставщикам комбикорма [16]
3 Норма потребления комбикорма 1 свиньей, кг ПКГ 335 335 335 Рассчитано по (Ладана, 1982) и по данным сайта «СелоМоё»
4 Средняя стоимость 1 кг картофеля, руб. ЦКАРКГ 10,2 10,2 10,2 Росстат
5 Норма потребления картофеля 1 свиньей, кг ПКАРГ 450 [17] 450 450 Рассчитано по (Ладана, 1982; сайт «СелоМоё»)
6 Средняя стоимость 1 кг сена, руб. ЦСКГ 10 10 10 Сайт «Пульс цен» [18]
7 Норма потребления сена 1 свиньей, кг ПСГ 18 18 18 Рассчитано по (Ладана, 1982) и по данным сайта «СелоМоё»
8 Потери поставщиков корма свиньям, млн руб. У5 5 088,9 5 934,3 7 043,3

[16] Данные взяты на сайте ОАО «Раменский комбинат хлебопродуктов», являющегося одним из поставщиков комбикормов для всех видов сельскохозяйственных животных, птицы и рыбы (http://ramkhp.ru/katalog/kombikorma/kombikorm-dlya-svinej.html). Следует отметить, что усредненные стоимостные оценки, используемые в расчетах, являются заниженными, т.к. стоимость на комбикорма у разных производителей может существенно варьироваться в зависимости от возраста свиньи, состава комбикорма, условий покупки/продажи и т.п. Например, стоимость комбикорма “Purina” в ООО «Инкубаторий» доходит до 64 руб./кг (для молодняка) и 28 руб./кг (для взрослых свиней) (http://korm-purina.ru/prays-kombikormov). В анализе будем ориентироваться на цены ОАО «Раменский комбинат хлебопродуктов», поскольку данная организация является компанией-производителем, а не дилером.

[17] Учитывалось, что кормление картофелем свиней рекомендовано только в зимний период

[18] http://www.pulscen.ru/price/410303-seno


Таблица 27. Расчет ущерба производителей корма для свиней (У5), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1 Латвия 4 161 367,8 4 380 220,3 4 624 795,6
2 Литва 3 998 728,0 4 123 307,6 4 261 874,9
3 Польша 3 789 410,1 3 804 524,2 3 817 333,2
4 Эстония 4 191 831,6 4 437 847,6 4 706 311,9
5 Румыния 3 789 200,6 3 803 214,5 3 817 647,5
6 Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 5 088 878,2 5 934 269,8 7 043 332,2

Затраты на компенсационные выплаты населению

В соответствии с действующими «Ветеринарными правилами осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней» (приказ Минсельхоза России от 31.05.2016 №213), предусматривается полное изъятие всех свиней и полученной от них продукции животноводства у населения. Рассчитаем затраты на компенсационные выплаты населению по формуле:

где К – общее число уничтоженных свиней, голов; dлпх – доля свиней, уничтоженных в ЛПХ; КВ – среднее значение компенсационных выплат в России, руб.


Таблица 28. Расчет затрат на компенсационные выплаты населению (весь ЕС)

Показатели УО L-сценарий M-сценарий H-сценарий Источник
1 Общее количество уничтоженных свиней, голов К 194275,0 226549,0 268889,0 Табл.13
2 Доля погибших от АЧС свиней в ЛПХ за период 2007-2017 гг. dлпх 0,38 0,38 0,38 Рассчитано по данным Прил.2
3 Среднее значение компенсационных выплат, рублей КВ 6 500,0 6 500,0 6 500,0 Данные Минсельхоза России [19]
4 Затраты на компенсационные выплаты, тыс. руб. З3 479 859,3 559 576,0 664 155,8

[19] Письмо от 23.05.2014 №НФ-25-07/6369 "О перепрофилировании свиноводческих хозяйств"


Таблица 29. Расчет затрат на компенсационные выплаты населению (З3), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1 Латвия 392 399,0 413 035,9 436 098,3
2 Литва 377 062,8 388 810,1 401 876,4
3 Польша 357 325,0 358 750,2 359 958,0
4 Эстония 395 271,6 418 469,9 443 784,9
5 Румыния 357 305,3 358 626,7 359 987,7
6 Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 479 859,3 559 576,0 664 155,8

Потери бюджета, связанные с сокращением поступлений налогов

Немалые потери от последствий АЧС несет и бюджет. Они связаны с сокращением поступлений налогов не только от свиноводческих хозяйств, но и смежных предприятий, в частности, поставщиков корма для свиней. Исходя из сделанных ранее расчетов, определим потери бюджета от недопоступления налоговых выплат по формуле:

где Пс – общие потери свиноводческих хозяйств и смежных с ними предприятий; dсх – доля налогов в общем выпуске продукции.

     При оценке параметра dсх использовались данные системы национальных счетов (СНС) Росстата о валовом выпуске, добавленной стоимости и налоговых поступлениях в бюджет.


Таблица 30. Расчет потерь бюджета РФ, связанных с сокращением поступлений налогов (весь ЕС)

Показатели УО L-сценарий M-сценарий H-сценарий Источник
1 Ущерб от падежа и уничтожения свиней, млн руб. У1 2 409,3 2 809,6 3 334,6 Табл. 14
2 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне, тыс. руб. У2 8 039,1 9 374,5 11 127,6 Табл. 16
3 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок, млн руб. У3 830,9 968,9 1 150,0 Табл. 18
4 Потери производителей корма, млн руб. У5 5 088,9 5 934,3 7 043,3 Табл. 24
5 Суммарные потери, млн руб. П 8 337,1 9 722, 1 11 539,1
6 Доля налогов в общем выпуске продукции dсх 0,104 0,104 0,104 Рассчитано по данным Росстата [20]
7 Потери бюджета, млн руб. У6 867,1 1 011,1 1 200,1

[20] Расчет производился исходя о данных Росстата о выпуске товаров и услуг и сумме собранных налогов. При этом из суммы налогов удалены акцизы по подакцизным товарам (продукции), налоги, сборы и регулярные платежи за пользование природными ресурсами (т.к. почти 99% их составляют налоги на добычу полезных ископаемых) как нехарактерные для производителей сельхозпродукции. Полученный результат (10,4%) представляет собой усредненные данные за 2011-2015 гг.


Таблица 31. Расчет потерь бюджета РФ, связанных с сокращением поступлений налогов (У6), тыс. руб.

Страна L-сценарий M-сценарий H-сценарий
1. Латвия 709 029,3 746 317,7 787 987,8
2. Литва 681 317,6 702 543,2 726 153,0
3. Польша 645 652,0 648 227,9 650 410,7
4. Эстония 714 218,0 756 135,7 801 877,0
5. Румыния 645 617,5 648 005,2 650 464,4
6. Чехия 0,0 0,0 0,0
ЕС 867 061,0 1 011 101,8 1 200 067,5

Итоговые оценки косвенного ущерба в виде суммы рассмотренных выше статей могут быть сведены в итоговую табл.31.

4.4. Суммарная оценка ущерба от АЧС: сценарные расчеты

Для интегральной оценки ущерба от АЧС ниже будут использоваться две величины – в национальной валюте (в рублях) и в иностранной валюте (долларах). При этом перевод рублевых величин в долларовые будет производиться не по текущему валютному курсу, а по паритету покупательной способности (ППС), как это делается в международных сопоставлениях ВВП разных стран[21].

Помимо оценок прямого и косвенного ущерба в соответствии с построенными сценариями, нами дается суммарная оценка ущерба, представляющая собой сумму этих двух величин. Итоговые результаты представлены в табл.32.

[21] Пересчет производился по ППС=25,07 (данные за 2016 год)


Таблица 32. Оценка прямого и косвенного ущерба от заноса АЧС извне и последующего его распространения на территории России

Наименование статей ущерба и затрат Величина ущерба, тыс. руб.
L-сценарий M-сценарий H-сценарий
ЕС
ПРЯМОЙ УЩЕРБ
1 Ущерб от падежа и уничтожения животных (У1) 2 409 318,3 2 809 567,2 3 334 647,1
2 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2) 8 039,1 9 374,5 11 127,6
3 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок (У3) 830 889,3 968 921,1 968 921,1
СУММА ПРЯМОГО УЩЕРБА 3 248 246,7 3 787 862,8 4 495 778,5
КОСВЕННЫЙ УЩЕРБ
1 Затраты на проведение мониторинговых исследований (З1) 6 985,8 8 144,9 9 667,7
2 Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2) 776 628,0 776 628,0 776 628,03
3 Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана (У4) 884 922,80 888 986,70 894 318,10
4 Потери смежных отраслей (У5) 5 088 878,2 5 934 269,8 7 043 332,2
5 Затраты на компенсационные выплаты населению (З3) 867 061,0 1 011 101,8 1 200 067,5
6 Потери бюджета от недопоступления налогов (У6) 479 859,3 559 576,0 664 155,8
СУММА КОСВЕННОГО УЩЕРБА 8 104 335,1 9 178 707,2 10 588 169,3
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. руб. 11 352 581,8 12 966 570,0 15 083 947,8
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. долл. 452 835,3 517 214,6 601 673,2
ЛАТВИЯ
ПРЯМОЙ УЩЕРБ
1 Ущерб от падежа и уничтожения животных (У1) 1 970 196,8 2 073 810,9 2 189 588,3
2 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2) 6 575,7 6 918,1 7 305,5
3 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок (У3) 679 449,5 715 182,8 755 116,0
СУММА ПРЯМОГО УЩЕРБА 2 656 222,0 2 795 911,8 2 952 009,8
КОСВЕННЫЙ УЩЕРБ
1 Затраты на проведение мониторинговых исследований (З1) 5 712,6 6 012,9 6 347,1
2 Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2) 776 628,0 776 628,0 776 628,0
3 Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана (У4) 880 464,20 881 516,20 882 691,90
4 Потери смежных отраслей (У5) 4 161 367,8 4 380 220,3 4 624 795,6
5 Затраты на компенсационные выплаты населению (З3) 392 399,0 413 035,9 436 098,3
6 Потери бюджета от недопоступления налогов (У6) 709 029,3 746 317,7 787 987,8
СУММА КОСВЕННОГО УЩЕРБА 6 925 600,9 7 203 731,0 7 514 548,7
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. руб. 9 581 822,9 9 999 642,8 10 466 558,5
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. долл. 382 202,7 398 868,9 417 493,4
ЛИТВА
ПРЯМОЙ УЩЕРБ
1 Ущерб от падежа и уничтожения животных (У1) 1 893 191,7 1 952 165,0 2 017 771,8
2 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2) 6 316,2 6 515,5 6 733,7
3 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок (У3) 652 894,4 673 235,3 695 859,9
СУММА ПРЯМОГО УЩЕРБА 2 552 402,3 2 631 915,8 2 720 365,4
КОСВЕННЫЙ УЩЕРБ
1 Затраты на проведение мониторинговых исследований (З1) 5 488,4 5 659,7 5 850,1
2 Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2) 776 628,0 776 628,0 776 628,0
3 Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана (У4) 879 682,40 880 281,20 880 947,30
4 Потери смежных отраслей (У5) 3 998 728,0 4 123 307,6 4 261 874,9
5 Затраты на компенсационные выплаты населению (З3) 377 062,8 388 810,1 401 876,4
6 Потери бюджета от недопоступления налогов (У6) 681 317,6 702 543,2 726 153,0
СУММА КОСВЕННОГО УЩЕРБА 6 718 907,2 6 877 229,8 7 053 329,7
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. руб. 9 271 309,5 9 509 145,6 9 773 695,1
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. долл. 369 816,9 379 303,8 389 856,2
ПОЛЬША
ПРЯМОЙ УЩЕРБ
1 Ущерб от падежа и уничтожения животных (У1) 1 794 079,3 1 801 239,4 1 807 308,5
2 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2) 5 985,1 6 011,4 6 030,3
3 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок (У3) 618 718,0 621 185,7 623 277,1
СУММА ПРЯМОГО УЩЕРБА 2 418 782,4 2 428 436,5 2 436 615,9
КОСВЕННЫЙ УЩЕРБ
1 Затраты на проведение мониторинговых исследований (З1) 5 200,8 5 221,9 5 238,9
2 Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2) 776 628,0 776 628,0 776 628,0
3 Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана (У4) 878 676,10 878 748,80 878 810,40
4 Потери смежных отраслей (У5) 3 789 410,1 3 804 524,2 3 817 333,2
5 Затраты на компенсационные выплаты населению (З3) 357 325,0 358 750,2 359 958,0
6 Потери бюджета от недопоступления налогов (У6) 645 652,0 648 227,9 650 410,7
СУММА КОСВЕННОГО УЩЕРБА 6 452 892,0 6 472 101,0 6 488 379,2
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. руб. 8 871 674,4 8 900 537,5 8 924 995,1
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. долл. 353 876,1 355 027,4 356 003,0
ЭСТОНИЯ
ПРЯМОЙ УЩЕРБ
1 Ущерб от падежа и уничтожения животных (У1) 1 984 604,8 2 101 084,4 2 228 184,9
2 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2) 6 620,9 7 012,1 7 433,4
3 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок (У3) 684 423,5 724 591,9 768 425,6
СУММА ПРЯМОГО УЩЕРБА 2 675 649,2 2 832 688,4 3 004 043,9
КОСВЕННЫЙ УЩЕРБ
1 Затраты на проведение мониторинговых исследований (З1) 5 752,8 6 091,2 6 459,2
2 Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2) 776 628,0 776 628,0 776 628,0
3 Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана (У4) 880 610,60 881 793,30 883 083,80
4 Потери смежных отраслей (У5) 4 191 831,6 4 437 847,6 4 706 311,9
5 Затраты на компенсационные выплаты населению (З3) 395 271,6 418 469,9 443 784,9
6 Потери бюджета от недопоступления налогов (У6) 714 218,0 756 135,7 801 877,0
СУММА КОСВЕННОГО УЩЕРБА 6 964 312,6 7 276 965,7 7 618 144,8
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. руб. 9 639 961,8 10 109 654,1 10 622 188,7
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. долл. 384 521,8 403 257,0 423 701,2
РУМЫНИЯ
ПРЯМОЙ УЩЕРБ
1 Ущерб от падежа и уничтожения животных (У1) 1 793 991,5 1 800 624,9 1 807 459,0
2 Ущерб от вынужденного убоя свиней в угрожаемой зоне (У2) 5 985,1 6 007,7 6 030,3
3 Ущерб от недополучения приплода от свиноматок (У3) 618 683,7 620 971,9 623 328,4
СУММА ПРЯМОГО УЩЕРБА 2 418 660,3 2 427 604,5 2 436 817,7
КОСВЕННЫЙ УЩЕРБ
1 Затраты на проведение мониторинговых исследований (З1) 5 200,8 5 219,8 5 241,0
2 Затраты на ветеринарно-карантинные мероприятия (З2) 776 628,0 776 628,0 776 628,0
3 Ущерб от падежа и уничтожения дикого кабана (У4) 878 675,10 878 742,50 878 811,90
4 Потери смежных отраслей (У5) 3 789 200,6 3 803 214,5 3 817 647,5
5 Затраты на компенсационные выплаты населению (З3) 357 305,3 358 626,7 359 987,7
6 Потери бюджета от недопоступления налогов (У6) 645 617,5 648 005,2 650 464,4
СУММА КОСВЕННОГО УЩЕРБА 6 452 627,3 6 470 436,7 6 488 780,5
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. руб. 8 871 287,6 8 898 041,2 8 925 598,2
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. долл. 353 860,7 354 927,9 356 027,1
ЧЕХИЯ
СУММА ПРЯМОГО УЩЕРБА 0 0 0
СУММА КОСВЕННОГО УЩЕРБА 0 0 0
ОБЩАЯ СУММА УЩЕРБА, тыс. руб. 0 0 0

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

  1. Проведенные расчеты показали, что даже незначительные вспышки АЧС в странах Евросоюза сопряжены с серьезными рисками для России в смысле заноса инфекции на территорию регионов страны. Так, в зависимости от сценария развития событий при открытии границ России для свиноводческой отрасли ЕС на ее территории может оказаться от 3,7 до 7,4 тыс. инфицированных свиней, которые в дальнейшем статут распространителями АЧС.
  2. Наибольшая угроза для России по линии АЧС исходит из Эстонии, Латвии и Литвы; на порядок меньшую угрозу представляют Польша и Румыния, тогда как Чехия пока может рассматриваться лишь в качестве потенциальной опасности из-за возникшей в ней эпидемии среди диких кабанов.
  3. Особенности территории России и организации санитарно-ветеринарной защиты животных позволяют говорить о физическом уроне для отечественного поголовья свиней от заноса АЧС в форме погибших и уничтоженных животных в пределах от 194 до 269 тыс. голов в зависимости от рассматриваемого сценария. Данный урон не является катастрофическим для страны, однако сопряжен со значительным экономическим ущербом.
  4. Проведенные расчеты показали, что при самом минимальном учете только самых важных статей экономических потерь величина прямого ущерба в зависимости от сценария составляет от 3,2 до 4,5 млрд. руб., а величина косвенного ущерба – от 8,1 до 10,6 млрд. руб. Соответственно общий ущерб составляет от 11,3 до 15,0 млрд. руб. или от 452 до 601 млн. долл. США.
  5. Полученные оценки риска заноса АЧС в Россию, масштаба ее распространения и величины экономического ущерба от нее позволяют говорить об обоснованности ввода Россией защитных мер в форме запрета импорта продукции свиноводства из стран Евросоюза. В настоящее время открытие российского рынка для европейских товаров по-прежнему сопряжено с большим ущербом для национальной экономики.

БИБЛИОГРАФИЯ

African swine fever/ World Organisation for Animal Health. URL: https://www.oie.int/fileadmin/Home/eng/Animal_Health_in_the_World/docs/pdf/Disease_cards/AFRICAN_SWINE_FEVER.pdf.

African swine fever detected in wild boars in Czech Republic// Reuters, 27.06.2017. URL: https://www.reuters.com/article/us-czech-swinefever-idUSKBN19I143.

Animal population/ World Animal Health Information Database (WAHIS). URL: http://www.oie.int/wahis_2/public/wahid.php/Countryinformation/Animalpo pulation.

Ciupescu L., Apostu S. National reference laboratory for parasites, Romania: 2016 activity on trichinosis / Institute for hygiene and veterinary public health Romania. URL: http://www.iss.it/binary/crlp/cont/Romania_2017.pdf

Costard S., Jones B.A., Martínez-López B., Mur L., de la Torre A., Martínez M., Sánchez-Vizcaíno F., Sánchez-Vizcaíno J.-M., Pfeiffer D.U. & Wieland B. (2013). Introduction of African Swine Fever into the European Union through Illegal Importation of Pork and Pork Products// PLoS ONE 8(4):e61104.

Costard S., Wieland B., de Glanville W., Jori F., Rowlands R., Vosloo W., Roger F., Pfeiffer D.U., Dixon L.K. (2009). African swine fever: how can global spread be prevented? Philos. Trans. R.Soc.Lond.B.Biol.Sci. 27; 364(1530): 2683-2696.

Dube C., Stevenson M.A., Garner M.G., Sanson R.L., Corso B.A., Harvey N., Griffin J., Wilesmith J.W., Estrada C. (2007). A comparison of predictions made by three simulation models of foot-and-mouth disease/ submitted for publication.

EFSA (2010). Scientific opinion on the role of tick vectors on the epidemiology of Crimean-Congo hemorrhagic fever and African swine fever in Eurasia. EFSA panel on animal health and welfare (AHAW). European Food Safety Authority, Parma Italy. EFSA Journal 8(8): 1703.

Extract data/ UN Comtrade Database. URL: https://comtrade.un.org/data/.

Harvey N., Reeves A., Schoenbaum M.A., Zagmutt-Vergara F.J., Dubé C., Hill A.E., ... & Salman M.D. (2007). The North American Animal Disease Spread Model: A simulation model to assist decision making in evaluating animal disease incursions// Preventive veterinary medicine, 82(3), Р. 176–197.

Halasa T., Boklund A., Bøtner A., Toft N., Thulke H.H. (2016). Simulation of spread of African swine fever, including the effects of residues from dead animals// Frontiers in veterinary science, 3.

Immediate notification. African swine fever, Romania / OIE, 11.08.2017. URL: http://www.oie.int/wahis_2/public/wahid.php/Reviewreport/Review?reportid=24456

Latvia. Livestock and Products Report/ GAIN Report, 09.12.2016. URL: https://gain.fas.usda.gov/Recent%20GAIN%20Publications/Livestock%20and%20Products%20Report_Warsaw_Latvia_12-9-2016.pdf.

Martınez-Lopez B., Perez A.M., Sanchez-Vizcaıno J.-M. (2009). A stochastic model to quantify the risk of introduction of classical swine fever virus through import of domestic and wild boars// Epidemiol. Infect. 137, 1505–1515.

Morris R., Wilesmith J., Stern M., Sanson R., Stevenson M. (2001). Predictive spatial modelling of alternative control strategies for the foot-and-mouth disease epidemic in Great Britain// Vet. Record, 149, Р. 137–144.

Mur L., Martínez-López B., Costard S., de la Torre A., Jones B.A., Martínez M., Sánchez-Vizcaíno F., Muñoz M.J., Pfeiffer D.U., Sánchez-Vizcaíno J.-M., Wieland B. (2014). Modular framework to assess the risk of African swine fever virus entry into the European Union// BMC Veterinary Research. DOI: 10.1186/1746-6148-10-145

Mur L., Martinez-Lopez B., Martinez-Aviles M., Costard S., Wieland B., Pfeiffer D.U. & Sanchez-Vizcaino J.-M. (2012a). Quantitative risk assessment for the introduction of African swine fever virus into the European Union by legal import of live pigs// Transb. Emerg. Dis., 59(2):134-144.

Mur L., Martinez-Lopez B. & Sanchez-Vizcaino J.-M. (2012b). Risk of African swine fever introduction into the European Union through transport-associated routes: returning trucks and waste from international ships and planes// BMC Vet. Res., 8(1):149.

Mur L., Martinez-Lopez B., Martinez-Aviles M., Costard S., Wieland B., Pfeiffer D.U., Sanchez-Vizcaino J.-M. (2012c). Quantitative risk assessment for the introduction of African swine fever virus into the European Union by legal import of live pigs// Transbound Emerg Dis., 59 (2): 134-144. 10.1111/j.1865-1682.2011.01253.x.

Mur L., Martínez-López B., Sánchez-Vizcaíno J. M. (2012d). Risk of African swine fever introduction into the European Union through transport-associated routes: returning trucks and waste from international ships and planes// BMC veterinary research8(1), 149.

Nigsch A., Costard S., Jones B.A., Pfeiffer D.U., Wieland B. (2013). Stochastic spatio-temporal modelling of African swine fever spread in the European Union during the high risk period// Preventive veterinary medicine, 108(4), Р. 262–275.

Poland. Livestock and Products Report/ GAIN Report, 17.11.2016. URL: https://gain.fas.usda.gov/Recent%20GAIN%20Publications/Livestock%20and%20Products%20Report_Warsaw_Poland_11-17-2016.pdf.

Romania. Livestock and Products Report / GAIN Report, 17.11.2016. URL: https://gain.fas.usda.gov/Recent%20GAIN%20Publications/Romania%20Livestock%20Annual%20Report%202016_Bucharest_Romania_11-17-2016.pdf

Sánchez-Vizcaíno J.M., Mur L., Sánchez-Matamoros A., Martínez-López B. (2014). African swine fever: new challenges and measures to prevent its spread// 82nd General Session World Assembly OIE, Paris, 25-30 May. (82 SG/10). URL: http://www.oie.int/doc/ged/D13790.PDF

Torre A. de la, Bosch J., Iglesias I., Muñoz M.J., Mur L., Martínez‐López B., Martínez M., Sánchez‐Vizcaíno J. M. (2015). Assessing the risk of African swine fever introduction into the European Union by wild boar// Transboundary and emerging diseases62(3), 272-279.

Stanojevic S., Valcic M., Radojicic S., Avramov S., Tambur Z. (2015). Simulation of a classical swine fever outbreak in rural areas of the Republic of Serbia// Veterinarni Medicina, 60(10).

Stevenson M.A., Sanson R.L., Stern M.W., O’Leary B.D., Sujau M., Moles-Benfell N., Morris R.S. (2013). InterSpread Plus: a spatial and stochastic simulation model of disease in animal populations// Preventive veterinary medicine, 109(1), Р. 10–24.

Summary of Immediate notifications and Follow-ups – 2016/ World Animal Health Information Database (WAHIS). URL: http://www.oie.int/wahis_2/public/ wahid.php/Diseaseinformation/Immsummary.

Vieira P.R. (1993). Evolutions of african swine fever in Portugal// African Swine Fever: Rep. Comiss. Europ. Comm. – Lisbon. P. 43–51.

 

Yadav S., Widmar N.J.O., Weng H.Y. (2016). Modeling classical swine fever outbreak-related outcomes// Frontiers in veterinary science, 3.

Zuur Alain F., Ieno Elena N., Elphick Chris S. (2010). A protocol for data exploration to avoid common statistical problems// Methods in Ecology & Evolution, Vol. 1, p. 3–14. URL: http://www.ievbras.ru/ecostat/Kiril/R/Biblio/R_eng/Z uur%20Protocol%202010.pdf.

Африканская чума свиней: краткая справочная информация для руководителей и работников свиноводческих предприятий, а также граждан, содержащих свиней на личных подворьях (2017)/ Управление Россельхознадзора по Республике Коми. URL: http://www.rsnkomi.ru/informatsiya/pamyatki/pamyatka_po_achs/

Белик Е.В., Дудников С.А., Лядский М.М., Бельчихина А.В., Гуленкин В.М., Караулов А.К., Дудорова М.В. (2009). Анализ риска заноса и распространения африканской чумы свиней на территории Владимирской области: информационно-аналитический обзор. – Владимир: ФГУ «ВНИИЗЖ». – 97 с.

Белянин С.А. (2013). Динамика распространения и мониторинг эпизоотического процесса африканской чумы свиней/ Автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата ветеринарных наук. URL: http://disus.ru/r-selskohozyaistvo/338232-1-dinamika-rasprostraneniya-monitoring-epizootich-skogo-processa-afrikanskoy-chumi-sviney-rossiysko-federacii.php

Бельчихина А.В., Дудников С.А., Караулов А.К., Титов М.А. (2010). Оценка риска заноса африканской чумы свиней на территорию Владимирской области: качественный подход / Ветеринарная патология, №3.

Буранбаев В.С., Галимов Б.А., Хузин Д.А. (2011). Анализ риска и распространения африканской чумы свиней на территории Республики Башкортостан / Информационный бюллетень, №1. Уфа: Управление ветеринарии РБ. - 46 с.

Карты/ Яндекс.Карты. URL: https://yandex.ru/maps.

Караулов А.К., Гуленкин В.М., Титов М.А. Захаров В.М., Дудникова Н.С., Дудников С.А. (2008). Анализ риска заноса блютанга (катаральной лихорадки овец) со скотом, импортируемым в Россию из стран Западной Европы // Российский ветеринарный журнал. Сельскохозяйственные животные. Спец. вып., посвященный 50-летию ФГУ «ВНИИЗЖ». С. 33-35

Клиновицкая И.М., Гуленкин В.М. (2014). Африканская чума свиней в Краснодарском крае и ее экономические последствия/ Ветеринарный врач, №4. С. 23–28.

Кодекс здоровья наземных животных/ МЭБ. Двадцать четвёртое издание, 2015 г.

Ладана Е.П. (1982). Книга свиновода. Ростов-на-Дону: Ростовское книжное издательство. – 132 с.

Макаров В.В. (2011). Вирус африканской чумы свиней/ Ветеринарная практика, №3(54). – с. 10-16. URL: http://www.fsvps.ru/fsvps-docs/ru/news/asf/asf_makarov/public3.pdf

Методика определения экономической эффективности ветеринарных мероприятий/ Составители: Ю.Е.Шатохин, И.Н.Никитин, П.А.Чулков, В.Ф.Воскобойник. М: МГАВМиБ им. К.И.Скрябина, 1997. 36 с.

Методическое руководство по определению экономического    ущерба и эффективности противоэпизоотических мероприятий при особо опасных болезнях животных (группа А)// В.М.Гуленкин и др. Владимир, ВНИИЗЖ. 1996. – 86 с.

Нехуров Л.Б., Бурталкин Б.В. (2005). Экономика ветеринарного дела. Улан-Удэ: Изд-во БГСХА. – 55 с.

Пенрит М.-Л., Губерти В., Депнер К., Луброт Х. (2009). Пособие по подготовке чрезвычайных планов действий на случай эпидемии африканской чумы свиней / Пособие ФАО по здравоохранению и воспроизводству животных, № 8. Рим. – 19 с.

Перевозка железнодорожным транспортом/ Meatinfo (Дата обращения – 15.06.2017). URL: http://meatinfo.ru/info/show?id=54.

Перевозка животных – транспортировка скота специализированным автотранспортом/ Algatransagro (Дата обращения – 15.06.2017). URL: http://www.algatransagro.ru/.

Приказ Министерства сельского хозяйства РФ от 31 мая 2016 г. № 213 «Об утверждении ветеринарных правил осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней».

Соловьев А.И., Подколзин И.В. (2017). Оценка возможности применения изотопных отношений углерода в составе аминокислот при установлении геграфического происхождения мясных продуктов// Ветеринария сегодня, №2(21). С.6–9.

Санчес-Вискайно Х.М. (2010). Африканская чума свиней: ранее выявление и планы срочного реагирования/ Conf. OIE.: 159-168. URL: http://www.oie.int/doc/ged/D11833.PDF  

Транспортировка животных/ Библиотека специализированной литературы (Дата обращения – 15.06.2017). URL: http://www.spec-kniga.ru/tehnohimicheski-kontrol/veterinarno-sanitarnaya-ekspertiza-produktov-zh ivotnovodstva/transportirovka-skota-ptici-i-produktov-zhivotnogo-proishozhdenija -transportirovka-zhivotnih.html.

Шевцов А.А., Караулов А.К., Дудников С.А., Титов М.А., Усов А.В., Коренной Ф.И., Бардина Н.С. (2008). Анализ риска заноса и распространения африканской чумы свиней (АЧС) на территорию Российской Федерации из Закавказья: информационно-аналитический обзор. – Владимир: ФГУ «ВНИИЗЖ». – 72 с.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

Выдержки из «Окончательного отчета о служебной командировке специалистов Россельхознадзора в Латвийскую Республику 18.05.2015 – 22.05.2017», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору[22]

[22] Здесь и далее данные взяты с официального портала Россельхознадзора (http://portal.fsvps.ru/index.htm)

В период с 18 по 22 мая 2015 года специалисты Россельхознадзора провели инспекцию предприятий Латвии, заинтересованных в экспорте своей продукции на территорию Евразийского экономического союза (ЕАЭС), для оценки их соответствия ветеринарно-санитарным требованиям и нормам ЕАЭС и Российской Федерации.

Представители уполномоченных органов республик Армения, Беларусь и Казахстан от участия в указанной проверке отказались, делегировав свои полномочия российской стороне.

В ходе инспекции специалисты Россельхознадзора посетили 5 предприятий Латвии, а также Научный институт пищевой безопасности, здоровья животных и окружающей среды (BIOR) в г. Рига, осуществляющий исследование продукции из водных биологических ресурсов, и морской порт г. Рига (свободный рижский порт).

В результате инспекции были выявлены системные нарушения ветеринарно-санитарных требований и норм Евразийского экономического союза и Российской Федерации, на основании чего были сделаны следующие выводы и предложения.

  1. Выявленные в ходе инспекции нарушения свидетельствуют о недостаточности контроля со стороны Продовольственно-ветеринарной службы Латвийской Республики для обеспечения гарантий выполнения ветеринарно-санитарных требований и норм ЕАЭС и Российской Федерации при поставках рыбопродукции в Россию. В связи с этим ветеринарной службе Латвии необходимо принять меры по устранению имеющихся нарушений, в том числе системных.
  2. Продовольственно-ветеринарной службе Латвийской Республики необходимо продолжить работу по устранению нарушений, выявленных в ходе инспекции, и обеспечить функционирование системы, гарантирующей выполнение требований при экспорте продукции на территорию ЕАЭС.
  3. В настоящее время система прослеживаемости рыбопродукции на территории Латвийской Республики не может быть признана в должной мере разработанной. Продовольственно-ветеринарной службе Латвийской Республики необходимо разработать и внедрить эффективную и прозрачную систему прослеживаемости, которая бы обеспечивала возможность отследить конкретную партию поступившей рыбопродукции до предприятия/судна – поставщика сырья. При этом необходимо обеспечить гарантии того, что для изготовления предназначенной для экспорта в Россию продукции используется сырье исключительно с предприятий/судов, ввоз продукции которых в Россию не запрещен.
  4. Исходя из полученных фактов, что ни одно из проинспектированных предприятий, а также курирующие предприятия государственные ветеринарные врачи не смогли в ходе инспекции представить инспекторам Россельхознадзора информацию о выявлениях (письма об уведомлении, документальные свидетельства принятия корректирующих мероприятий, осуществление контроля их эффективности), установленных в продукции предприятий ветеринарными службами стран-членов ЕС, согласно данным RASFF, следует, что информация о таких выявлениях не была доведена до предприятий. Фактически не проведены необходимые мероприятия по отзыву небезопасной продукции, приостановка деятельности предприятий до выявления причин и устранения несоответствий. Кроме того, информация о выявлениях не предоставлялась в компетентные ведомства стран, в которые осуществлялись поставки продукции предприятия, для принятия мер по усилению контроля по соответствующему показателю в целях недопущения попадания на рынок небезопасной продукции. Учитывая изложенное, Продовольственно-ветеринарной службе Латвийской Республики необходимо обеспечить своевременное доведение такой информации до предприятий и компетеных органов третьих стран, с которыми осуществляется торговля. На постоянной основе осуществлять контроль за отзывом и непопаданием небезопасной продукции из/в свободной/ую реализации/ю и эффективностью принятыми предприятиями мерами.
  5. Значительное количество случаев выявления опасной в ветеринарно-санитарном отношении латвийской рыбопродукции, сделанных как Россельхознадзором, так и ветеринарными службами третьих стран, по показателям бензо(а)пирен, ПАУ, промышленная стерильность, указывает на то, что контроль за предприятиями со стороны компетентного органа недостаточно эффективен. Продовольственно-ветеринарной службе Латвийской Республики необходимо увеличить количество исследований на промышленную стерильность, содержание бензо(а)пирена и ПАУ в рыбной продукции, а также обязать рыбоперерабатывающие предприятия, экспортирующие продукцию на территорию ЕАЭС, проводить указанные исследования, принимая во внимание мощность предприятия.
  6. Согласно представленным данным, в рамках мониторинга соблюдения требований ЕАЭС бензо(а)пирен выявляется в 1150 раз реже, чем при проведении аналогичных исследований в рамках госмониторинга, что указывает на формальность проводимых исследований. Продовольственно-ветеринарной службе Латвийской Республики необходимо обеспечить эффективность и репрезентативность контроля рыбопродукции, предназначенной для экспорта на территорию ЕАЭС, в рамках соответствующего плана лабораторного контроля.
  7. Программа HACCP (Hazard Analyssis and Critical Control Points) на проинспектированных предприятиях не предусматривает все возможные риски, в том числе риски превышения содержания бензо(а)пирена и ПАУ в продукции. Продовольственно-ветеринарной службе Латвийской Республики необходимо осуществлять регулярный контроль за разработанностью и внедрением на предприятиях программы HACCP, а также возможностью контроля в рамках указанной программы показателей безопасности в соответствии с требованиями ЕС и ЕАЭС.
  8. Поскольку от ветеринарной службы Латвии не поступила информация о предприятиях, которые провели модернизацию после их инспектирования специалистами Россельхознадзора Продовольственно-ветеринарной службе Латвийской Республики необходимо провести проверки всех предприятий Латвии, включенных в Реестр предприятий третьих стран на предмет соблюдения ими требований и норм Евразийского экономического (Таможенного) союза и Российской Федерации, и составить актуализированный список таких предприятий, которые фактически способны выполнять соответствующие требования, с учётом списка выявленных нарушений.

По результатам проверки было принято решение о сохранении временных ограничений на ввоз в Российскую Федерацию рыбопродукции со всех предприятий Латвии.

Выдержки из «Окончательного отчета о проведении начального этапа изучения официальной системы ветеринарного надзора в Литовской Республике по обеспечению здоровья животных и инспекции предприятий, поставляющих продукцию животного происхождения в государства – члены Таможенного союза, по обеспечению выполнения гарантий соблюдения ветеринарных требований при экспорте продукции животного происхождения из Литовской Республики на таможенную территорию Таможенного союза (19 - 25 мая 2013 года)», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

С 19 по 25 мая 2013 года специалистами Россельхознадзора совместно с представителями компетентных органов республик Беларусь и Казахстан проведены начальный этап изучения официальной системы ветеринарного надзора в Литовской Республике по обеспечению здоровья животных и инспекция предприятий, поставляющих продукцию животного происхождения в государства – члены Таможенного союза, по обеспечению выполнения  гарантий соблюдения ветеринарных требований при экспорте продукции животного происхождения из Литовской Республики на таможенную территорию Таможенного союза.

В рамках изучения официальной системы ветеринарного надзора в Литовской Республике по обеспечению здоровья животных были посещены:

- 5 свиноводческих хозяйств по разведению и выращиванию свиней (№ LT 40614400625, № LT 40570600562, № LT 40552800042, № LT 41408600094, № LT 41185900021);

2 базы по передержке и карантинированию молодняка крупного рогатого скота (№ LT 51-101, № LT 51-501);

1 предприятие по производству мясокостной муки, муки из пера птицы и жира (корм) (№ LT 31-001);

 1 предприятие по производству комбикормов в ассортименте, кормов для кошек и собак (№ LT 67-102);

В рамках инспекции предприятий по производству продукции животного происхождения были посещены три предприятия, имеющие право поставок на территорию государств-членов Таможенного союза:

2 предприятия по разделке свинины, говядины, изготовлению готовой продукции (№ LT 55-05 EB, № LT 87-16 EB);

 1 предприятие по убою свиней, КРС, разделке свинины, говядины, производству мясных полуфабрикатов (№ LT 53-02 EB).

Два новых предприятия:

1 предприятие по производству полуфабрикатов из рыбы и морепродуктов (№ LТ 68-06 ЕB);

1 предприятие по производству полуфабрикатов из говядины, свинины, мяса птицы (№ LТ 68-05 ЕB).

В рамках проверки сырьевой базы было посещено одно предприятие по убою свиней и КРС (говядина) (№ LT 55-04 EB), имеющее право поставок на территорию государств-членов Таможенного союза, которое является поставщиком сырья для предприятия № LT 55-05 EB.

Таким образом, было проверено 6 литовских предприятий по производству продукции животного происхождения.

В ходе проведения проверок и инспекций были выявлены следующие нарушения.

При инспекции двух баз по передержке и карантинированию молодняка крупного рогатого скота установлено, что указанными объектами не выполняются в полном объеме требования ветеринарного законодательства.

Основными нарушениями, отмеченными при изучении системы ветеринарного контроля на фермах по разведению и выращиванию свиней, являются недостаточный контроль за соблюдением требований при утилизации биологических отходов, проведением лабораторных исследований по установлению причин падежа животных, соблюдением санитарно-гигиенических требований.

Установлен факт поступления убойных свиней из хозяйств Литвы в сопровождении транспортных документов, оформленных оператором фермы, подтверждающих удовлетворительное клиническое состояние животных, благополучие местности их происхождения, соблюдение сроков выведения лекарственных средств. При этом оформление ветеринарных документов не проводится.

Указанные факты подтверждают формальный подход госветслужбы Литвы к проведению контроля (надзора) с целью обеспечения гарантий безопасности при выращивании убойных свиней и их поставках на территорию государств-членов Таможенного союза, а также обоснованность введения Россельхознадзором временных ограничений на экспорт живых свиней из стран – членов ЕС в Российскую Федерацию.

Указанные нарушения свидетельствуют о недостаточном контроле со стороны ветеринарной службы Литвы по обеспечению гарантий выполнения ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного союза и Российской Федерации.

Действующая система прослеживаемости перемещения и использования мясосырья, в том числе полученного от животных, поступивших из других стран ЕС, не позволяет гарантировать, что при производстве мяса и готовой мясной продукции, предназначенной для экспорта на территорию Таможенного союза, используется исключительно мясное сырье с предприятий, включенных в Реестр предприятий третьих стран, соответствующее ветеринарно-санитарным требованиям Таможенного союза.

Проинспектированными предприятиями осуществляется убой животных и переработка мясного сырья не только литовского происхождения, но и поступающего из других стран ЕС (в том числе из Латвии, Эстонии, Польши) в том числе с предприятий, не имеющих права поставок своей продукции в государства-члены Таможенного союза.

Таким образом, ветеринарная служба Литвы при сертификации экспортируемой в Таможенный союз продукции животного происхождения, не может гарантировать ее безопасность в соответствии с ветеринарно-санитарными требованиями и нормами Таможенного союза.

Выводы, полученные по отдельным предприятиям:

Для производства готовой мясной продукции допускается использование мясного сырья, полученного от убоя свиней, поступивших из Латвии. При этом уполномоченными органами Республики Беларусь и Российской Федерации с ноября 2012 года введены временные ограничения на ввоз живых свиней и продукции свиноводства из Латвии, в связи со вспышкой КЧС на территории Латвии.

Для производства готовой мясной продукции допускается использование мясного сырья, произведенного предприятиями ЕС, однако документов, подтверждающих соответствие этого сырья ветеринарно-санитарным требованиям Таможенного союза, не представлено.

Отмечены недостаточные организация и проведение контроля со стороны официальных компетентных органов и соответствующей службы предприятия за ветеринарно-санитарным состоянием производственных помещений и организацией производственных процессов:

- на складе хранения допускается хранение мясной продукции, на маркировке которой не указаны условия хранения.

- не осуществляется должная мойка тары, не смываются старые этикетки.

- неудовлетворительное санитарное состояние камер хранения охлажденного мясного сырья, отмечено неэффективное проведение их мойки и дезинфекции.

- допускается хранение дезинфицирующих средств в цехе разделки.

Не представлено документального подтверждения проведения лабораторных исследований продукции, экспортируемой в Таможенный союз на показатели безопасности (химико-токсикологические и радиологические показатели), предусмотренные ветеринарно-санитарными требованиями и нормами Таможенного союза и Российской Федерации.

Система прослеживаемости мясного сырья на предприятии не может гарантировать, что при производстве мясной продукции, предназначенной для экспорта на таможенную территорию Таможенного союза, используется исключительно мясное сырье, изготовленное предприятиями, имеющими право экспорта на таможенную территорию Таможенного союза. На предприятии используется система прослеживаемости поступления сырья и использования его в технологическом процессе, предусматривающая неоднократную замену номера партии, что затрудняет процесс отслеживания сырья, использованного для производства продукции, экспортируемой в государства-члены Таможенного союза, что в свою очередь не позволяет госветинспектору, сертифицирующему такую продукцию для экспорта в государства-члены Таможенного союза убедиться в том, что она выработана на предприятиях, имеющих право экспорта на таможенную территорию Таможенного союза, и соответствует ветеринарно-санитарным требованиям Таможенного союза.

Животные, поступающие на предприятие для убоя, не сопровождаются ветеринарными сопроводительными документами. Входящие документы на некоторые партии животных представлены не в полном объеме.

В учетных системах предприятия (электронная форма) допускаются ошибки по датам отбора проб в рамках самоконтроля предприятия, которые могут влиять на полученные результаты исследований.

Системные недостатки, выявленные на фермах по разведению и выращиванию свиней.

Большинство свиноводческих хозяйств, в том числе, где содержатся от 300 до тысячи голов свиней и более, имеют низкий уровень биологической защиты, что не исключает возможность заноса и распространения в них опасных заразных болезней.

При анализе актов проверок свиноводческих хозяйств госветслужбой Литвы установлено, что представленные ветслужбой Литвы акты обследования носят формальный характер – выявляются незначительные нарушения, в основном связанные с санитарией, а не с обеспечением работы предприятий в режиме закрытого типа, в том числе функционированием всех ветеринарных объектов.

На большинстве ферм помещения для содержания животных не оборудованы специальными емкостями для сбора биологических отходов (трупов животных, абортированных плодов, последов).

Со стороны госветслужбы и администрации фермы не обеспечивается должный контроль во время хранения и транспортировки биологических отходов для дальнейшей их утилизации. Контейнеры не оборудованы запирающимися устройствами и до момента их транспортировки к месту утилизации хранятся без контроля со стороны предприятия.

Санитарное состояние помещений, где содержатся животные, неудовлетворительное, требуют ремонта полы, стены, потолочные перекрытия.

Не соблюдаются установленные требования при вскрытии павших животных, отсутствуют отдельные оборудованные помещения для этих целей. Вскрытие павших животных осуществляется непосредственно в холодильной камере по хранению биологических отходов. Специально оборудованное помещение для этих целей на ферме отсутствует.

Представителями ветеринарной службы Литвы и ветеринарными специалистами фермы производится недостаточный контроль по установлению причин падежа животных при отборе патматериала от павших животных для последующих патологоанатомических и лабораторных исследований.

Системные недостатки, выявленные на базах по передержке и карантинированию животных.

Базы по передержке и карантинированию животных не обеспечивают режим работы закрытого типа. Ограждение территории вокруг не соответствует установленным требования по высоте около 1 метра из сетки рабицы, что не исключает доступ посторонних лиц и диких (бродячих) животных на территорию баз.

Въезды и выезды на карантинных базах не оборудованы типовыми дезинфекционными барьерами, позволяющими проводить качественную обработку автотранспорта в любое время года.

Имеющиеся на карантинных базах опилочные дезбарьеры при въезде на территорию по своим параметрам не способны обеспечить надлежащим образом обработку ходовой части автотранспорта, в том числе в зимнее время.

На одной из баз не всегда соблюдаются требования к карантинированию животных, а именно в течение двух недель в помещение, где планируется проведение карантинных мероприятий осуществляется ввоз молодняка КРС, и затем по завершению ввоза в этом же помещении проводится карантин.

Однако в ходе формирования карантинируемой группы имеют место случаи заболевания животных и их падежа.

Лабораторные исследования по установлению причин падежа животных не проводятся, документов, подтверждающих проведения дезинфекции мест содержания павших животных не представлено.

Отсутствуют отдельные оборудованные помещения для вскрытия павших животных, что не позволяет надлежащим образом проводить их вскрытие и соблюдать установленные требования безопасности.

Указанное свидетельствует о недостаточном ветеринарном контроле со стороны государственной ветеринарной службы Литвы за проведением лабораторных исследований по установлению причин падежа животных.

Отсутствует оборудованное помещение для мойки и дезинфекции автотранспорта. Имеющееся приспособленные для этих целей места не обеспечивают надлежащую мойку и дезинфекцию автотранспорта и обеззараживание сточных вод.

На всех проверенных базах отсутствуют отдельные помещения, оборудованные по типу санпропускника.   

Представителями ветеринарной службы Литвы и руководства баз по передержке и карантинированию молодняка крупного рогатого скота не представлены документы, подтверждающие проведение лабораторного контроля показателей безопасности кормов для животных.

По результатам проведения проверок и инспекций были сделаны следующие выводы и предложения.

  1. В ходе инспекции специалистами уполномоченных органов государств-членов Таможенного союза предприятий Литовской Республики выявлены указанные выше нарушения.
  2. Указанные нарушения свидетельствуют о недостаточном контроле со стороны ветеринарной службы Литвы по обеспечению гарантий выполнения ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного союза и Российской Федерации.
  3. Ветеринарной службе Литвы необходимо продолжить принимать меры по выполнению законодательства Таможенного союза и Российской Федерации при экспорте продукции животного происхождения на территорию государств-членов Таможенного союза.
  4. Ветеринарной службе Литвы необходимо организовать подготовку специалистов государственной ветеринарной службы Литовской Республики для возможности эффективного контроля за выполнением требований Таможенного союза и Российской Федерации предприятиями, экспортирующими продукцию животного происхождения на территорию Таможенного союза.
  5. Ветеринарной службе Литовской Республики необходимо продолжить проверки предприятий, поставляющих продукцию животного происхождения в государства-члены Таможенного союза, на выполнение ими ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного союза и Российской Федерации и в случаях выявления нарушений принимать меры по недопущению экспорта в государства-члены Таможенного союза продукции таких предприятий, о чем незамедлительно информировать Россельхознадзор.
  6. В свою очередь Россельхознадзором будет продолжена работа по изучению официальной системы ветеринарного надзора Литовской Республики по обеспечению здоровья животных и выполнению гарантий соблюдения ветеринарных требований при экспорте продукции животного происхождения из Литовской Республики на таможенную территорию Таможенного союза.

Выдержки из «Окончательного отчета о служебной командировке специалистов ветеринарных служб государств-членов Таможенного союза в Литовскую Республику 15.06.2014 – 21.06.2014», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

В соответствии с Планом зарубежных командировок на 2014 год
в период с 15 по 21 июня 2014 года специалистами Россельхознадзора совместно с представителями компетентных органов республик Беларусь и Казахстан, сотрудником Евразийской экономической комиссии, проведена инспекция 4-х мясоперерабатывающих предприятий Литвовской Республики, а также изучена официальная система обеспечения здоровья животных и гарантий безопасности продукции животного происхождения при поставках на территорию государств - членов Таможенного союза.

В рамках инспекции специалистами Таможенного союза были изучены эпизоотическая обстановка в Литве, в частности, по АЧС, а также меры, принимаемые ветеринарной службой Литовской Республики по борьбе и профилактике АЧС.

Также в ходе инспекции специалистами Таможенного союза были посещены следующие объекты:

- Государственная служба продовольствия и ветеринарии Литовской Республики,

- Институт оценки риска продовольствия и ветеринарии Литовской Республики (Литва, Вильнюс),

- ГСВП Алитусского района,

- охотничьи угодья («территория охоткружка») Алитусского р-на,

- 2 предприятия по выращиванию убойных свиней,

- Международный (пограничный) контрольно-пропускной пункт на границе с Белоруссией.

В ходе проведения проверок и инспекций были выявлены следующие нарушения.

Большинство проинспектированных предприятий используют сырье для производства готовой продукции от большого количества поставщиков стран ЕС, а программа производственного лабораторного контроля не предусматривает проведение исследований сырья от каждого поставщика в течение года, что не позволяет обеспечить безопасность вырабатываемой продукции.

Вывоз биологических отходов с территорий двух предприятий осуществляется по договору с утилизационным заводом. Автотранспорт утильзавода, связанный с предприятиями низшего зоосанитарного статуса, въезжает на территорию предприятия через ворота, не оборудованные дезинфекционными барьерами. Документального подтверждения обработки транспорта после использования третьими лицами, на предприятии не представлено. Дезинфекция данного транспорта на предприятии не проводится. Данные факты являются грубейшими нарушениями, в связи с неблагополучной эпизоотической обстановкой по АЧС на территории Литвы и могут служить дополнительными рисками распространения заболеваний, в том числе АЧС. Кроме того, предприятия высшего зоосанитарного статуса не должны быть связаны с предприятиями низшего зоосанитарного статуса технологически (транспорт, персонал, тара), однако вышеуказанное этого не исключает.

Выводы, полученные по отдельным предприятиям:

На момент инспекции территория предприятия была огорожена таким образом, что не была исключена возможность проникновения на территорию предприятия бездомных животных и посторонних лиц.

На момент инспекции на территории предприятия не было предусмотрено место для мойки и дезинфекции автотранспорта. Подтверждающие документы о мойке и дезинфекции автотранспорта на момент инспекции представлены не были.

Наличие на момент инспекции одних ворот, расположения зданий, сооружений и устройств на территории предприятия, свидетельствовали о возможности пересечения путей перевозки автотранспортом сырья, готовой продукции, биологических отходов, образующихся в процессе производства, сопутствующих материалов.

На момент инспекции при въезде на территорию предприятия отсутствовал дезбарьер.

На предприятии для производства готовой продукции используют сырье от нескольких поставщиков стран ЕС, в том числе с литовских предприятий, при этом программа производственного лабораторного контроля не предусматривает проведение исследований сырья от каждого поставщика в течение года, что не позволяет обеспечить безопасность вырабатываемой продукции.

Сырье, поступающее на предприятие, сопровождается внутренними документами (товарными накладными), которые не содержат информации, необходимой для подтверждения требований экспортных сертификатов (сырье животного происхождения, содержащееся в произведенных продуктах, получено от клинически здоровых животных, а также по результатам ветеринарно-санитарной экспертизы признано пригодным в пищу людям).

На территории предприятия находится автотранспорт работников предприятия, не связанный с непосредственным обслуживанием предприятия.

На предприятии для производства готовой продукции используют сырье от нескольких поставщиков стран ЕС, в том числе с литовских предприятий, при этом программа производственного лабораторного контроля не предусматривает проведение исследований сырья от каждого поставщика в течение года, что не позволяет обеспечить безопасность вырабатываемой продукции. Кроме того, на предприятие поступают животные от большого количества ферм-поставщиков, а программа производственного лабораторного контроля также не предусматривает проведение исследований сырья от каждого поставщика в течение года.

В цехе приготовления фарша имеется отдельная камера, предназначенная для хранения биологических отходов, что не исключает возможности пересечения технологических потоков (готовая продукция - биологические отходы).

По результатам проведения проверок и инспекций были сделаны следующие выводы и предложения.

  1. В ходе инспекции специалистами Таможенного союза выявлены указанные выше нарушения.
  2. Указанные нарушения свидетельствуют о недостаточном контроле со стороны ветеринарной службы Литвы по обеспечению гарантий выполнения ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного союза и Российской Федерации.
  3. Ветеринарной службе Литвы необходимо продолжать работу по устранению нарушений законодательства Таможенного союза и Российской Федерации, выявленных в ходе инспекции, и обеспечить функционирование системы, гарантирующей выполнение требований при экспорте продукции на территорию Таможенного союза.
  4. Ветеринарной службе Литвы необходимо провести проверки предприятий на соответствие требованиям и нормам Таможенного союза и Российской Федерации и предоставить в Россельхознадзор акты указанных проверок для проведения их анализа.

Выдержки из «Окончательного отчета о служебной командировке специалистов ветеринарных служб государств-членов Таможенного союза в Литовскую Республику 31.03.2014 – 04.04.2014», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

В период с 31 марта по 4 апреля 2014 года специалистами Россельхознадзора совместно с представителями компетентных органов республик Беларусь и Казахстан проведена инспекция 7 литовских холодильных предприятий, включенных в Реестр организаций и лиц, осуществляющих производство, переработку и (или) хранение подконтрольных товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза (далее – Реестр предприятий третьих стран).

Специалисты Таможенного союза провели проверку 7 предприятий (холодильники) Литовской Республики:

- UAB «Terminal LT» LT 41-01 EB (производственная мощность 4776 тонн),

- LKAB «Klaipėdos Smeltė» LT 21-22 EB (производственная мощность 24713 тонн),

- UAB «VPA Logistics» LT 21-21 EB (производственная мощность 26000 тонн),

- UAB «Kaminatrans» LT 21-12 EB (производственная мощность 12000 тонн),

- UAB «Vingės transsphere logistika» LT 79-02 EB,

- UAB «Vilniaus tranzitas» LT 01-30 EB,

- UAB «Vilniaus bakalėja» LT 01-08 EB,

а также посетили 4 пограничных ветеринарных поста:

- Пограничный Ветеринарный Пост Пилиес;

- Пограничный Ветеринарный Пост Малку;

- Пограничный Ветеринарный Пост Моло;

- Пограничный ветеринарный пост «Кибартай».

В ходе инспекции установлено следующее:

  1. Специалистами компетентного ведомства Литвы осуществляется недостоверная ветеринарная сертификация продукции, предназначенной для экспорта на территорию Таможенного союза и Российской Федерации.

Выявлены факты, указывающие на то, что оформление ветеринарных сопроводительных документов осуществляется без осмотра ветеринарным специалистом отправляемых грузов.

Например, на холодильном предприятии UAB «Vilniaus bakalėja» LT 01-08 EB, установлен факт оформления ветеринарного сертификата с неправильным номером транспортного средства, что говорит о проведении сертификации без непосредственного присутствия ветеринарного врача при отправке груза.

Указанное может быть также обусловлено недостаточным количеством специалистов, осуществляющих контроль за перемещением продукции.  Например, в зоне деятельности госветслужбы по г.Вильнюс входит более 12 000 подконтрольных объектов, при этом штатная численность сотрудников в том числе с обслуживающим персоналом составляет 76 единиц.

  1. Отсутствует единый порядок оформления ветеринарных сопроводительных документов на продукцию, следующую в Таможенный союз транзитом через Литовскую Республику.

В некоторых случаях на продукцию оформляется литовский ветеринарный сертификат взамен сертификата страны происхождения товара оформленного для конкретного получателя на территории Таможенного союза. Необходимость и конкретные поводы для проведения переоформления ветеринарного сертификата, литовской стороной не представлены, что свидетельствует об отсутствии единообразного подхода к сертификации продукции и как следствие может использоваться недобросовестными участниками внешнеэкономической деятельности при контрабандных поставках животноводческой продукции.

В других случаях оформляется перегрузочный ветеринарный сертификат в дополнение к имеющемуся ветеринарному сертификату, выданному страной происхождением товара.

Также установлены случаи, когда груз сопровождается только ветеринарным сертификатом страны-экспортера с проставлением соответствующих штампов на нем (при отправке продукции в Республику Беларусь).

  1. На территории Литовской Республики таможенное оформление поднадзорной продукции проводится, в том числе на таможенных терминалах, в которых отсутствуют ветеринарные инспектора Литвы и которые не находятся под их контролем.

При этом ветеринарная служба Литвы не имеет информации о проведении литовской таможенной службой оформления продукции, следующей на территорию Таможенного союза, а также в третьи страны.

  1. Водные биологические ресурсы, поставляемые с государств, входящих в общее экономическое пространство Евросоюза (Норвегия, Исландия, Фарерские острова), при поставках на территорию Литвы не подвергаются ветеринарному контролю, а сразу направляются для хранения в холодильники морского порта.
  2. При посещении автомобильного пункта пропуска на государственной российско-литовской границе «Чернышевское-Кибартай» проведена рабочая встреча с представителями госвеслужбы Литвы, на которой в том числе обсуждались вопросы организации проведении контроля в отношении продукции, следующей транзитом через Р. Литва в Российскую Федерацию. По полученной информации можно сделать выводы о формальном проведении пограничного ветеринарного контроля в отношении указанных грузов. По информации представителей госветслужбы Литвы это обусловлено значительным грузопотоком через указанный пункт пропуска (более 20000 партий в год).
  3. Отдельно следует обратить внимание, что самыми основными предприятиями, осуществляющими хранение продукции животного происхождения, предназначенной для ввоза на территорию Таможенного союза, являются:

- LKAB «Klaipėdos Smeltė»LT 21-22 EB ,

-  UAB «VPA Logistics» LT 21-21 EB,

- UAB «Terminal LT» LT 41-01 EB.

К примеру, на предприятии LT 21-22 «Klaipėdos Smeltė» на момент инспекции находилось всего 18 037 тонн, из них:

- рыбы – 8320 тонн (происхождение 19 стран).

- мясо птицы 9373 тонн (СЩА, Аргентина)

- баранина 184 тонны (Австралия)

- говядина 160 тонн (Бразилия, Аргентина)

На предприятии LT 21-12 «Kaminatrans» хранится только рыба и рыбопродукция в количестве 10440 тонн (Норвегия, Исландия, Вьетнам и другие).

  1. Поступление подконтрольной продукции учитывается автоматизированной электронной системой.

Основными объемами продукции животного происхождения на холодильниках являются грузы, предназначенные для республик Казахстан и Беларусь. В ходе инспектирования была выявлена продукция предприятий, ввоз продукции которых в Россию временно ограничен (Норвегия предприятия №№ Т-212, R-150, М-94, Вьетнам предприятия DL 308, DL 183, DL 252), и которая поступила на склад до момента введения ограничений.

Также в камерах находилась продукция, выработанная на не включенных в Реестр предприятий третьих стран зарубежных предприятиях (рыбопродукция: Китай, предприятие 3300/02238, Великобритания UK GG 314 EG, мясопродукция: Германия DE NI 10152, Испания 10/00018/SA).

  1. При проведении анализа учета поступления и хранения продукции инспектора обратили внимание на достаточно долгие сроки нахождения продукции на холодильниках, так, к примеру, мясное сырье, предназначенное для ввоза в Республику Беларусь, поступило в мае 2013 года, а было отправлено только в декабре 2013 г.
  2. Также инспектора обратили внимание на использование логистических схем, подразумевающих длительные перевозки продукции по территории страны. Так продукция из порта Клайпеда направляется для хранения на UAB «Terminal LT» LT 41-01 EB расположенный в близи
    г. Вильнюс, что составляет около 300 км, а потом после хранения в Калининградскую область, что составляет около 200 км. При этом расстояние от порта Клайпеды до Калининграда всего около 160 км.

Использование таких логистических схем по информации представителей холодильного предприятия обусловлено разницей в цене за хранение продукции (до 15 евро центов за одно паллетное место в сутки).

Однако указанное также может использоваться в «серых схемах» при поставках контрабандной продукции.

  1. Вышеуказанные ветеринарные посты расположены непосредственно в пределах морского пункта пропуска порта г. Клайпеда. Руководствуясь приказом директора Государственной службы продовольствия и ветеринарии от 3 августа 2011 г. № B1-497 «О пограничном контроле продовольствия и ветеринарии“, ветеринарным врачам пограничных ветеринарных постов (подотделов) Пилес, Малку иланкос, Моло ОПКПВ, предоставлено право сертифицировать импортируемые, перевозимые транзитом, экспортируемые грузы товаров животного происхождения, подконтрольные ГСПВ.
  2. Государственные ветеринарные врачи данных подразделений осуществляют ветеринарный контроль и оформление грузов при импорте, транзите и экспорте продукции при их поступлении в порт Клайпеда. Все холодильные предприятия, расположенные на территории порта, входят в зону ответственности вышеуказанных пограничных ветеринарных постов (далее - ПВП).

Ветеринарные врачи ПВП Пилиес обслуживают холодильники (склады): LKAB «Klaipėdos Smeltė» (LT 21-22 EB) и (LT 21-23 EB), UAB «Klaipėdos šaldytuvų terminalas» (LT 21-06 EB).

Ветеринарные врачи ПВП Малку Иланко обслуживают холодильник (склад): UAB «VPA Logistics» (LT 21-21 EB);

Ветеринарные врачи ПВП Моло обслуживают холодильники (склады): UAB «VPA Logistics» (LT 21-20 EB), UAB «Kaminatrans» (LT 21-12 EB), UAB «Green terminal» (LT 21-25 EB);

  1. Также в рамках инспекции 04.04.2014 специалисты Россельхознадзора также посетили ПВП Кибартай, расположенный в автомобильном пункте пропуска на границе Литовской Республики и Калининградской области Российской Федерации.

Все пограничные ветеринарные посты оборудованы инспекционными постами (фотоматериалы прилагаются), предназначенными для проведения ветеринарных проверок подконтрольных продуктов прибывающих из третьих стран. Деятельность ПВП основана на гарантиях ветеринарных органов третьих стран. Задача ПВП – ветеринарный контроль подконтрольных ветеринарному надзору грузов, поступающих или убывающих в (из) Литовскую республику, а также следующих транзитом через Литву.

  1. В ходе инспекции проводился анализ по каждому конкретному случаю ранее выявленных Россельхознадзором нарушений, при поставках продукции третьих стран через холодильные предприятия Республики Литвы:

- 19 августа 2013 г. не допущена к ввозу партия шпика свиного, произведенная, согласно ветеринарному сертификату, на предприятии Польши. Фактически при проведении пограничного ветеринарного контроля было установлено, что указанная партия произведена на предприятии Испании, которое не имеет права поставок подконтрольных товаров на территорию Таможенного союза.

- 29 ноября 2013 г. на СВХ ООО «Альфа Транс Терминал» (Смоленская обл.) было приостановлено движение трех партий мясопродукции из Германии. Согласно ветеринарным и товаротранспортным документам, в автомашинах должны были находиться сердца свиные и обрезь свиная подъязычная. Фактически при проведении пограничного ветеринарного контроля помимо сердец свиных и обрези свиной подъязычной была выявлена свинина неизвестного происхождения (не имеющая маркировки).

По указанным случаям в рамках визита была проведена встреча с представителями Таможенного департамента Литовской Республики (начальник отдела таможенных процедур Департамента Таможни при министерстве финансов Литовской Республики – Неринга Мотеюнайте, старший инспектор Дарюс Валицкас), в ходе которой были обсуждены вопросы взаимодействия таможенных органов и уполномоченного ведомства в области ветеринарного надзора.

На встрече обсуждался вопрос по факту выявления в 2013 года контрабандной продукции германского происхождения, в отношении которой проводилось таможенное оформление в Республике Литва.

Таможенное оформление указанной продукции проводилось на предприятии, не включенном в Реестр предприятий третьих стран; кроме того, на этом предприятии отсутствует ветеринарный контроль со стороны госветслужбы Литвы.

Получена следующая информация.

Представители Таможенной службы Литвы сообщили, что все действия проводились в строгом соответствии с директивами ЕС.

По факту выявления в течение февраля 2014 года поступления в адрес компании ООО «Регион Бизнес» (Челябинская обл.) из Литвы 16 партий (более 200 тонн) водных биологических ресурсов происхождением из Вьетнама, с предприятий, на которые указанием Россельхознадзора с 1 февраля 2014 года введены временные ограничения.

Указанная продукция ввозилась в Российскую Федерацию с литовского холодильника в сопровождении только ветеринарного сертификата Литвы, при этом продукция не подвергалась переработке на территории Литовской Республики и должна была сопровождаться оригиналом ветеринарного сертификата страны происхождения, гарантирующим выполнение требований и норм Таможенного союза. Таким образом, были грубо нарушены правила сертификации при международной торговле, рекомендованные МЭБ.

Установлено, что данная продукция поступила в порт Клайпеда из Вьетнама только в сопровождении сертификата здоровья, оформленного на поставку продукции на территорию ЕС, на основании которых ветеринарной службой Литвы были оформлены ветеринарные сертификаты. При сравнении в месте оформления продукции информации, указанной в вьетнамских сертификатах здоровья, и литовских сертификатов, оформленных на поставку продукции в Российскую Федерацию, установлено соответствие указанных в них данных.

Получена следующая информация.

По факту нарушения ветеринарными специалистами сертификации поднадзорной продукции, отправляемой на территорию Российской Федерации, госветслужбой Литвы приняты меры административного воздействия, и непосредственные должностные лица отстранены от сертификации продукции, предназначенной для Таможенного союза.

По факту приостановки 3 марта 2014 года движение двух автомашин, следовавших с рыбопродукцией замороженной происхождения Эквадор.

Движение автомашин было приостановлено по причинам отсутствия на части рыбопродукции маркировочных этикеток на русском языке, выявления рыбопродукции, выработанной предприятием Эквадора, не заявленным в ветеринарном сертификате Эквадора; с маркировочными этикетками, на которых отсутствовала информация о производителе товара; без указания вида рыбы, производителя, со сроком годности, истекшим в июле 2013 года, а также признаками дефростации части продукции.

Получена следующая информация.

По информации представителей госветслужбы Литвы и предприятия, прием и хранение продукции осуществляется на паллетах, упакованных производителем, и при приемке каждой паллете присваивается личный номер холодильного предприятия с занесением всех данных в компьютерную программу.

Досмотр каждой коробки, находящейся на паллете, не проводится, сверка фактически поступившей продукции и заявленной в ветеринарном сертификате проводится на основании информации указанной в паллетном листе производителя.

Температурный контроль осуществляется на предприятии во время всего хранения продукции посредством имеющейся комплексной системы охлаждения.

По результатам инспекции Россельхознадзором приняты следующие решения:

  1. Сохранены временные ограничения на поставки в Российскую Федерацию продукции, животного происхождения с 3 холодильных предприятий Литвы:

- UAB «VPA Logistics» LT 21-21 EB.

- UAB «Terminal LT» LT 41-01 EB,

- LKAB «Klaipėdos Smeltė» LT 21-22 EB,

  1. Статус 4 предприятий остается без изменений:

- UAB «Kaminatrans» LT 21-12 EB,

- UAB «Vingės transsphere logistika» LT 79-02 EB,

- UAB «Vilniaus tranzitas» LT 01-30 EB,

- UAB «Vilniaus bakalėja» LT 01-08 EB.

Выдержки из «Предварительного отчета о служебной командировке специалистов ветеринарных служб государств-членов ЕАЭС в Литовскую Республику 14.09.-18.09.2015», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

В период с 14 по 18 сентября 2015 года специалистами Россельхознадзора совместно со специалистами Департамента ветеринарного и продовольственного надзора Республики Беларусь проведена инспекция 9 литовских предприятий, заинтересованных в поставках своей продукции на территорию государств-членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и включенных в Реестр организаций и лиц, осуществляющих производство, переработку и хранение подконтрольных товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза (Реестр предприятий третьих стран).

В ходе проведения инспекции был установлен перечень несоответствий ветеринарно-санитарным требованиями и нормам ЕАЭС, а также выявлен ряд нарушений указанных требований и норм. В частности, было установлено, что лабораторные исследования сырья и готовой продукции в рамках государственного мониторинга проводятся не на всех предприятиях; система прослеживаемости на ряде предприятий функционирует недостаточно прозрачно и эффективно; были выявлены факты, указывающие на проведение недостоверной ветеринарной сертификации и оформление документов на продукцию, которая не была выработана указанными в сертификате предприятиями-производителями; и др.

Указанные факты свидетельствуют о том, что контроль за оформлением ветеринарных сопроводительных документов на рыбопродукцию, как литовского производства, так и произведенную в третьих странах и временно хранимую на территории Литвы, недостаточен. При этом литовская ветеринарная служба оформляет ветеринарные сертификаты, не имея для этого достаточных оснований, так как при оформлении ветеринарного сертификата у ветеринарного врача ГСПВ во многих случаях отсутствует возможность убедиться в месте происхождения продукции.

По результатам проведенных проверок были приняты решения о:

- введении временных ограничений на ввоз продукции с 4 рыбоперерабатывающих предприятий;

- введении запрета на ввоз в Россию рыбопродукции третьих стран, выгруженной и временно хранимой в Литве, за исключением той продукции, которая следовала из страны-производителя без вскрытия контейнера транзитом по территории Литовской Республики.

Выдержки из «Окончательного отчета о проведении уполномоченными органами государств-членов Таможенного союза работы по изучению эффективности инспекционной системы ветеринарной службы Республики Польша и обеспечению гарантий безопасности продукции животного происхождения, предназначенной для поставок на территорию государств-членов Таможенного союза», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

В ходе проведения мероприятия специалисты уполномоченных органов государств-членов Таможенного союза ознакомились со структурой и полномочиями государственной ветеринарной службы Польши, с порядком проведения ветеринарного контроля (надзора) за соблюдением требований ветеринарного законодательства при выращивании животных и птицы, их убое и переработке продукции животного происхождения и с системой Европейского союза «TRACES» по контролю и информированию о перемещении животных и продукции животного происхождения пересекающих территорию Польши. Также были посещены две районные ветеринарные станции, два учреждения, осуществляющие проведение исследований в области защиты здоровья животных и безопасности продукции животного происхождения, расположенных в Познани и Пулавах и две базы по передержке и отдыху животных, следующих транзитом через Республику Польша в государства-члены Таможенного союза.

В ходе инспекции проверено 15 предприятий:

- 1 предприятие по убою свиней, разделке свинины и хранению,

- 1 предприятие по разделке свинины и хранению свинины,

- 1 предприятие по убою свиней, разделке свинины и говядины, производству готовой мясной продукции и пищевого жира,

- 1 предприятие по хранению мяса крупного рогатого скота, свиней,

птицы,

- 1 предприятие по разделке свинины, мяса птицы, производству готовой мясной продукции,

- 1 предприятие по убою КРС, свиней, разделке свинины и говядины, хранению,

- 1 предприятие по убою свиней, разделке свинины, производству пищевого жира,

- 1 предприятие по убою лошадей, разделке конины,

- 1 предприятие по разделке свинины,

- 1 предприятие по разделке свинины и говядины, производству готовой мясной продукции,

-1 предприятие по убою свиней, разделке свинины и говядины, производству готовой мясной продукции.

- 1 предприятие по убою птицы, разделке мяса птицы, переработке мяса птицы и свинины,

- 1 предприятие по убою птицы, разделке мяса птицы,

-1 предприятие по производству кормов и кормовых добавок для животных,

- 1 предприятие по производству готовой молочной продукции.

В ходе инспекции на предприятиях по убою свиней, разделке свинины и хранению свинины, говядины, производству готовой мясной продукции и пищевого жира выявлены следующие нарушения:

На въездах отсутствовали дезбарьеры, позволяющие проводить дезинфекцию ходовой части автотранспорта в теплое и холодное время года. На момент инспекции имелись дезинфекционные маты. Однако ветеринарной службой не были представлены документы по заправке этих матов дезрастворами (вид раствора, концентрация, время заправки).

Помещения для содержания животных находились в неудовлетворительном санитарном состоянии, а также требовали ремонта.

Не были представлены документы о проведении мероприятий по дезинфекции, дезинсекции и дератизации.

Отмечено наличие помещения для хранения трупов павших животных. Ветеринарной службой не были представлены документы, подтверждающие вскрытие и отбор патматериала от павших животных, установления причин падежа, а также утилизации трупов павших животных.

Не надлежащим образом осуществлялся ветеринарный контроль за клиническим состоянием животных, находящихся на отдыхе.

Не осуществлялся контроль за хранением кормов. Хранение кормов осуществлялось на открытых площадках, на земле, что не исключало их порчу вследствие попадания атмосферных осадков. Документов, подтверждающих проведение контроля качества и безопасности кормов, представлено не было.

Не осуществлялся надлежащий контроль за мойкой и дезинфекцией автотранспорта для перевозки животных

Был сделан вывод, о неэффективности системы ветеринарного контроля при прибытии животных на отдых и во время нахождения животных на осмотренных базах.

Недостаточная организация и проведение контроля со стороны официальных компетентных органов и соответствующей службы отдельных предприятий за ветеринарно-санитарным состоянием производственных помещений и организацией производственных процессов, в ряде случаев отмечено:

- наличие продукции с истекшими сроками годности и обезличенной мясной продукции в камерах хранения;

-  пересечение технологических потоков готовой продукции и сырья.

- не проводится периодический микробиологический контроль холодильных камер для своевременного выявления зараженности плесневыми грибами.

- не представлено документальное подтверждение проведения дезинфекции на некоторых предприятиях, и контроля ее эффективности.

- отсутствует надлежащий контроль за соблюдением персоналом предприятия общих ветеринарно-санитарных требований при перемещениях между чистыми и грязными зонами.

- в камерах хранения мясной продукции некоторых предприятиях отмечено наличие на полу остатков мясосырья и мусора.

Ветеринарно-санитарная экспертиза продуктов убоя животных не осуществляется в соответствии с действующими правилами ветеринарного осмотра животных и ветеринарно-санитарной экспертизы мяса и мясных продуктов государств-членов Таможенного союза в полном объеме.

Не представлено документальное подтверждение о проведении патологоанатомического вскрытия и лабораторного исследования патологического материала от трупов павших животных, для исключения инфекционных заболеваний и установления причин падежа.

Недостаточная организация и проведение контроля со стороны официальных компетентных органов и соответствующей службы предприятия за ветеринарно-санитарным состоянием производственных помещений и организацией производственных процессов.

неудовлетворительное санитарное состояние места сбора биологических отходов

Неэффективный контроль технологических процессов (во время перемещения мясной продукции по конвейеру допускается ее контакт с мостиком для перехода персонала), вследствие чего допускается риск микробиологического загрязнения мясной продукции.

В камерах хранения отмечено наличие продукции с истекшими сроками годности и обезличенной мясной продукции.

Не представлены лабораторные исследования показателей безопасности продукции в аккредитованной лаборатории.

При обнаружении патологических изменений туш свиней не проводятся дополнительные лабораторные исследования.

Отсутствует система идентификации мясной продукции в процессе созревания, что не позволяет провести прослеживаемость от сырья до готовой продукции.

Отмечен формальный подход к проведению дезинфекции холодильных камер (по представленным документам во время проведения дезинфекции не проводились освобождение камер от продукции, размораживание и предварительная очистка камер).

Не представлено документальное подтверждение проведения контроля эффективности дезинфекции на предприятии.

В холодильной камере допускается хранение неупакованной готовой мясной продукции.

Принцип лабораторных исследований на содержание остатков запрещенных и вредных веществ в готовой продукции (в том числе микробиологических показателей) не гарантирует безопасность конкретной партии (исследуется средняя проба готовой продукции, выработанной за неделю).

Отмечено совместное хранение сырья и готовой мясной продукции.

Отсутствует надлежащий контроль за соблюдением персоналом предприятия общих ветеринарно-санитарных требований при перемещениях между чистыми и грязными зонами.

В камерах охлаждения полутуши свиней хранятся без соблюдения технологического расстояния между ними.

На предприятии по разделке свинины в производственных помещениях отсутствуют обозначения критических контрольных точек (ХАССП).

Выдержки из «Окончательного отчета о проведенной инспекции предприятий Республики Польша по производству продукции животного происхождения на соответствие ветеринарно-санитарным требованиям и нормам Таможенного союза (11-23 ноября 2013 года)», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

В период с 11 по 23 ноября 2013 года специалистами Россельхознадзора совместно со специалистами компетентного органа Республики Беларусь проведена инспекция 18 предприятий Республики Польша по производству продукции животного происхождения, на соответствие ветеринарно-санитарным требованиям и нормам Таможенного союза.

В ходе инспекции специалисты Таможенного союза ознакомились с организацией и проведением ветеринарного контроля на 2-х фермах по производству сырого молока, 5-ти фермах по разведению и выращиванию свиней и крупного рогатого скота, а также системой контроля за безопасностью продукции в региональной государственной лаборатории в городе Ольштын.

Кроме того, специалистами Таможенного союза осуществлено посещение пункта пропуска на государственной границе Польши (Карошин) и ознакомление с порядком организации работы данного пункта пропуска в части ветеринарного контроля.

В ходе проведения проверки был выявлен целый ряд нарушений, связанных с убоем свиней, разделкой свинины и говядины, хранением свинины. В частности, установлено, что качество проводимых государственной ветеринарной службой Польши плановых и внеплановых проверок предприятий, поставляющих продукцию животного происхождения на территорию Таможенного союза, не может в полном объеме гарантировать безопасность выпускаемой продукции. На отдельных инспектируемых предприятиях не было представлено документального подтверждения проведения в полном объеме лабораторных исследований сырья и готовой продукции по показателям безопасности, предусмотренным ветеринарно-санитарными требованиями и нормами Таможенного союза и Российской Федерации. На ряде предприятий выявлены факты использования сырья, выработанного предприятиями, не аттестованными на право экспорта продукции на территорию Таможенного союза, а также в отношении которых Россельхознадзором введены временные ограничения. В ходе инспекции отмечено необеспечение должного контроля за предприятиями по убою животных со стороны официальных компетентных органов и соответствующих служб за проведением ветеринарно-санитарной экспертизы. Целый ряд нарушений был выявлен по отдельным инспектируемым предприятиям.

Выявленные в ходе проверки специалистами Таможенного союза нарушения свидетельствуют о том, что несмотря на принятые государственной ветеринарной службой Польши меры, организация системы контроля не во всех случаях способна обеспечить безопасность при экспорте продукции животного происхождения в государства-члены Таможенного союза в соответствии с ветеринарно-санитарными требованиями и нормами Таможенного союза и Российской Федерации.

Выдержки из «Окончательного отчета о проведенной специалистами Таможенного союза инспекции предприятий по производству продукции животного происхождения Республики Польша (22.06.2014 – 28.06.2014 г.)», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

В период с 22 по 28 июня 2014 года специалистами Россельхознадзора по согласованию с компетентными органами государств-членов Таможенного союза была проведена инспекция 3 предприятий Республики Польша по производству продукции животного происхождения на соответствие ветеринарно-санитарным требованиям и нормам Таможенного союза и Российской Федерации.

Кроме того, специалисты Россельхознадзора ознакомились с организацией работы и проведением ветеринарного контроля на бойне в одном хозяйстве по выращиванию и одном по откорму свиней, в пункте скупки туш диких животных и на холодильниках по их хранению, на предприятии по утилизации биологических отходов, а также с системой лабораторного контроля за безопасностью производимой продукции и благополучием животных в Государственном исследовательском институте в г. Пулавы.

В ходе проведения проверок были выявлены следующие нарушения.

Меры, предпринимаемые со стороны ветслужбы Польши, по борьбе с африканской чумой свиней свидетельствуют о неэффективности проводимых в Польше ветеринарно-санитарных мероприятий и могут способствовать дальнейшему распространению возбудителя африканской чумы свиней (далее – АЧС) в странах Евросоюза, о чем свидетельствует нарастающее количество случаев возникновения новых очагов АЧС как среди диких кабанов, так и домашних свиней. Имеются факты грубого нарушения законодательства: несанкционированное захоронение трупов, павших от АЧС свиней; неполный охват диагностическими исследованиями поголовья свиней из красной зоны на АЧС; планируемое разрешение подворного убоя свиней. 

Отсутствие в Польше и странах-членах ЕС правовых урегулирований в отношении термообработки кормов для свиней свидетельствует о недостаточности этого законодательства для использования в неблагополучной зоне по АЧС с наличием мелкотоварного производства свинины.

Указанные нарушения свидетельствуют о необходимости дальнейшего усиления контроля со стороны ветеринарной службы Польши по обеспечению гарантий выполнения ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного союза и Российской Федерации.

Ветеринарной службе Польши необходимо проанализировать количество запланированных и проведенных лабораторных исследований по показателям безопасности и их результаты, с учетом имеющегося количества поставщиков животных и сырья, а также объёма производимой продукции.

Ветеринарной службе Польши необходимо усилить проведение и контроль за противоэпизоотическими мероприятиями, организованными на территории Польши в красной, желтой и чистой зонах (1А Красная зона – зона ограничений; 1В Желтая зона - буферная зона; II Свободная зона - чистая зона.)

Ветеринарной службе Польши необходимо усилить контроль за функционированием системы HACCP на предприятиях.

Применяемые на территории Республики Польша противоэпизоотические мероприятия носят формальный декларативный характер. Биологическая безопасность частных свиноферм не выдерживает никакой критики: отсутствуют ограждения, места складирования навоза; отсутствуют соответствующие дезковрики и дезбарьеры на въезде, санпропускники, подъездные пути, места для дезинфекции транспорта и др.). По заявлению ветеринарного инспектора, свиней на свинофермах вакцинируют против рожи свиней и цирковируса. Корма изготавливаются самостоятельно на свинофермах и не подвергаются термической обработке.

Разрешено перемещение свиней из красной зоны на убой в любую зону страны после 100% проведения исследования на АЧС методом ПЦР, по факту 100% исследование не осуществляется. Из желтой зоны, свиньи на убой могут перемещаться без ограничений в любую зону (красную, чистую зоны).

На утилизационные предприятия, расположенные в желтой и чистой зонах, поступают трупы домашних свиней и диких кабанов, а также боенские отходы, как из желтой, так и из красной зон. На утилизационные предприятия биологические отходы поступают без каких-либо ограничений.

Учет кабана недостаточен. Методики подсчета требуют совершенствования. У ветеринарной службы нет учета иностранных охотников. Польская сторона не предоставила статистических данных о количестве кабанов и изъятии кабана в целом по стране, а также в красной и желтых зонах. Кабанов, отстрелянных в красной зоне, доставляют к холодильникам охотничьих кружков, также находящихся в красной зоне. Охотники осуществляют потрошение непосредственно перед холодильником, покрыв землю одноразовой полиэтиленовой пленкой. Туши помещают в холодильник до получения результатов исследований на АЧС и трихинеллез. Вскрытие кабанов и отбор крови на АЧС производят охотники. Пробы исследуются в аттестованной лаборатории.

В желтой зоне отбор крови и потрошение осуществляется также охотниками на месте отстрела без присутствия и контроля ветеринарных специалистов. Охотники доставляют туши, органы и отобранную пробу крови на место скупки туш диких животных, находящееся в чистой зоне.

На территории пункта скупки и переработки дичи располагаются пекарня и кондитерская. Учитывая торговлю мясом убитых кабанов, это следует считать дополнительным риском распространения АЧС. Ветеринарно-санитарная экспертиза проводится не в полном объеме.

Все вышеперечисленные и установленные факты, полученные в ходе инспекции, свидетельствуют о неадекватности проводимых мероприятий и могут способствовать дальнейшему распространению возбудителя АЧС в странах Евросоюза.

  1. Отмечен формальный подход ветеринарной службы Польши (повятового и воеводского уровня) к проведению проверок польских предприятий по производству продукции животного происхождения на выполнение ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного союза и Российской Федерации. Анализ представленных актов показал, что в ходе таких проверок выявляются только незначительные нарушения санитарного состояния производства.
  2. Не анализируется количество запланированных и проведенных лабораторных исследований по показателям безопасности и их результаты, с учетом имеющегося количества поставщиков животных и сырья, а также объёма производимой продукции.
  3. При лабораторном контроле используются неаккредитованные методы исследования продукции животного происхождения на показатели безопасности (тетрациклин, бацитрацин).
  4. Планом государственного мониторинга безопасности производимой продукции предусмотрены и проведены исследования на момент инспекции на остаточное количество химических загрязнителей в объёме 1-2 исследования в год по видам продукции, также независимо от количества поставщиков животных и производства продукции.

Таким образом, количество проводимых исследований со стороны государственной ветеринарной службы не может подтвердить её безопасность в полном объёме.

  1. Проводимые на территории Республики Польша противоэпизоотические мероприятия носят формальный характер. Со стороны компетентных органов не ведется учет численности миграций дикого кабана, а также не проводится эпизоотический мониторинг. Не представлены статистические данные о количестве отстрелянных и павших кабанов в целом по стране. В красной и желтых зонах со стороны компетентной службы Польши отсутствует должный контроль при вскрытии, отборе крови от отстреленных или павших диких кабанов. Не налажен мониторинг обнаружения павших животных на территории страны и контроль за перемещением и реализацией животных из желтой зоны.

В частных свинофермах отмечаются грубые нарушения ветеринарно-санитарных правил (отсутствуют ограждения территорий хозяйств, дезбарьеры в местах въезда-выезда автотранспорта, места складирования навоза, санпропускники и т.д.).

Разрешено перемещение свиней из красной зоны на убой в любую зону страны при проведении обязательных исследований на АЧС методом ПЦР (но, тем не менее, 100% исследование не осуществляется). Из желтой зоны свиньи на убой могут перемещаться без ограничений в любую зону, в обоих направлениях.

Нарушения, выявленные по отдельным предприятиям.

Животные, поступающие на убой, сопровождаются документами, в которых указывается информация о гарантиях фермера о соблюдении сроков выведения фармакологических веществ из организма животных, предназначенных для убоя, но не указывается информация об эпизоотическом благополучии местности происхождения животных.

На предприятии используется сырье (свинина, говядина, мясо птицы), выработанное предприятиями, не включенными в Реестр организаций и лиц, осуществляющих производство, переработку и (или) хранение подконтрольных товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза (далее - Реестр предприятий третьих стан), что не исключает возможности экспорта такой продукции либо продукции, выработанной из такого сырья, в государства-члены Таможенного союза.

Мясо, полученное при убое животных в санитарной бойне, не подвергается дополнительным лабораторным исследованиям и по результатам ветеринарно-санитарной экспертизы направляется на переработку (в нарушение п. 3.6.1. Правил ветеринарного осмотра убойных животных и ветеринарно-санитарной экспертизы мяса).

Имеющийся при въезде на территорию предприятия дезинфекционный барьер для обработки автотранспорта, доставляющего животных на убой, не соответствует ветеринарно-санитарным требованиям (отсутствует навес, не соответствует длина, глубина, не оборудован подогревом, заправка дезраствором осуществляется сторонней фирмой 1 раз в месяц).

Специалисты Россельхознадзора посетили частную ферму Zdzislaw Alewicz, (годовой оборот свинофермы составляет 1560 голов), которая расположена в красной зоне. Проверка показала:

  1. Организация территории фермы не может обеспечить защиту содержащихся на ферме животных от заноса возбудителей заразных болезней животных, в том числе АЧС:

1.1. Территория фермы ограждена метровым деревянным забором, что не исключает возможности проникновения бездомных животных и посторонних лиц на территорию фермы.

1.2. При въезде на ферму отсутствуют шлагбаум, твердое покрытие, дезбарьер, санпропускники, на территории отсутствуют дезинфекционные площадки, что может привести к заносу возбудителя на ферму вместе с въезжающим транспортом.

1.4. Разделение на производственную и хозяйственную зону не предусмотрено, что может привести к контаминации инвентаря и перекрестному заражению животных.

  1. Ветеринарный контроль недостаточен и не может гарантировать благополучие фермы по заразным болезням животных, в том числе АЧС, а также их своевременную диагностику.

2.1. Осмотр ветеринарным врачом павших животных не проводится (в 2014 году падеж составил 6 голов), что может привести к тому, что АЧС, а также другие болезни животных, не будут своевременно диагностированы.

При приеме животных на убой ветеринарный врач бойни:

- проверяет сопроводительные документы;

- проводит клинический осмотр (термометрия проводится только при подозрениях на заболевание, при этом документального подтверждения проведения термометрии представлено не было);

- во время послеубойного осмотра врач делает разрезы только подчелюстных лимфатических узлов, продольный разрез сердца, визуальный осмотр и пальпацию внутренних органов, т.е. ветеринарно-санитарная экспертиза проводится не в полном объеме.

Изложенное может привести к невыявлению туш больных животных.

На территории холодильника отсутствует оборудованное место вскрытия (потрошения) животных, туши потрошатся непосредственно около холодильника на земле, покрываемой одноразовой полиэтиленовой пленкой. При разрыве пленки место вскрытия может быть контаминировано патологическим материалом.

Ветеринарно-санитарная экспертиза туш и внутренних органов не проводится, что может привести к невыявлению или несвоевременному выявлению случаев АЧС.

Пункт скупки и переработки дичи расположен в чистой зоне. В пункте принимают следующие виды дичи: кабаны, косули и олени. Принимают диких животных только из желтой и чистой зоны, и только в потрошеном виде.

  1. При приеме дичи ветеринарные документы не требуются, что свидетельствует о формальном контроле со стороны государственной ветеринарной службы Польши.
  2. Потрошение проводится охотниками непосредственно на месте отстрела, там же охотники проводят отбор проб крови. Это может привести к контаминации окружающей среды патологическим материалом и способствовать дальнейшему распространению вируса АЧС.
  3. Ветеринарно-санитарная экспертиза не проводится, кроме отбора проб крови на АЧС и трихинеллоскопии, что может привести к невыявлению или несвоевременному выявлению случаев АЧС.
  4. Транспортировка туш осуществляется охотниками на своих автомобилях в специальных кюветах, что может привести к их контаминации и заносу возбудителя в другие зоны.

Утилизационный завод ЕКО STOK расположен в чистой зоне и имеет договор с 400 предприятиями.

ЕКО STOK принимает трупы свиней и кабанов из чистой, красной и желтой зон, что может привести к быстрому распространению вируса АЧС с транспортом и говорит о формальном контроле со стороны ветеринарной службы Польши.

Таким образом, установленные факты свидетельствуют о неадекватности проводимых по профилактике и борьбе с АЧС мероприятий и могут способствовать распространению возбудителя АЧС как в странах Евросоюза, так и в странах, в которые поставляется животноводческая продукция из Польши.

Выдержки из «Окончательного отчета о проведении Россельхознадзором проверки предприятий Румынии по производству продукции животного происхождения, заинтересованных в ее поставках в государства-члены Таможенного союза»

В период с 5 по 16 ноября 2012 года ветеринарными специалистами Россельхознадзора по согласованию с уполномоченными органами государств-членов Таможенного союза проведена совместная проверка румынских предприятий по производству продукции животного происхождения, заинтересованных в ее поставках в государства-члены Таможенного союза.

В рамках указанной проверки специалисты Россельхознадзора ознакомились с работой государственной ветеринарной службы Румынии – Национальной службы по ветеринарии, санитарии и продовольственной безопасности Румынии (NSVFSA), 2 подведомственными институтами (I.I.S.P.V. - Институт гигиены и ветеринарной санитарии; I.D.S.A.- Институт диагностики и здоровья животных), 4 уездными государственными лабораториями, 3 свиноводческими фермами, 1 фермой по откорму крупного рогатого скота, с 2 автомобильными пунктами пропуска, расположенными на границе с Болгарией и Республикой Молдова, и 1 морским пунктом пропуска Румынии.

Кроме того, специалисты Россельхознадзора ознакомились с   процедурой осуществления румынской стороной контроля перемещения живых животных из Румынии на территорию других стран-членов ЕС.

В ходе инспекции установлено, что пограничный ветеринарный контроль при экспорте из Румынии в Молдову осуществляется только в отношении живых животных, в отношении другой животноводческой продукции, отправляемой на экспорт из Румынии в третьи страны, пограничный ветеринарный контроль не проводится, документальной регистрации данных не ведется.

На большинстве мясоперерабатывающих предприятиях ветеринарно-санитарная экспертиза продуктов убоя не осуществляется в соответствие с действующими правилами ветеринарного осмотра животных и ветеринарно- санитарной экспертизы мяса и мясных продуктов Российской Федерации: не пальпируется селезенка, не разрезаются жевательные мышцы, сердце, печень, подчелюстные, околоушные, заглоточные, бронхиальные лимфоузлы.

На некоторых предприятиях отмечена недостаточная организация и проведение контроля со стороны официальных компетентных органов Румынии и соответствующей службы предприятий за ветеринарно-санитарным состоянием производственных помещений и организацией производственных процессов.

Не представлено документальное подтверждение о проведении госветслужбой Румынии проверки предприятия в целях установления возможности выполнения ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного Союза и Российской Федерации.

Указанные нарушения свидетельствуют о недостаточном контроле со стороны ветеринарной службы Румынии по обеспечению гарантий выполнения ветеринарно-санитарных требований и норм Таможенного союза и Российской Федерации.

Выдержки из «Предварительного отчета о служебной командировке специалистов Россельхознадзора в Эстонскую Республику (17-23.05.2015 г.)», подготовленного Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору

В период с 17 по 23 мая 2015 года специалистами Россельхознадзора проведена инспекция 4 рыбоперерабатывающих предприятий Эстонской Республики, включенных в Реестр предприятий третьих стран и заинтересованных в поставках в государства – члены Евразийского экономического союза.

В ходе инспекции специалисты Россельхознадзора ознакомились с работой компетентного органа Эстонской Республики, осуществляющего контроль продукции из водных биологических ресурсов и объектов аквакультуры, с его структурой и полномочиями.

Также специалисты Россельхознадзора посетили две лаборатории, осуществляющие исследования продукции из водных биологических ресурсов в рамках официального контроля Ветеринарной и продовольственной службой Эстонской Республики (ВПС):

- Ветеринарно-Пищевая лаборатория (ВПЛ) – государственная лаборатория (осуществляет микробиологические и химические исследования);

- Лаборатория инфекционных болезней при Департаменте здоровья Эстонии (осуществляет эпидемиологические, микробиологические, химические исследования).

Кроме того, в ходе инспекции специалисты Россельхознадзора посетили два ветеринарных центра, которые расположены в уездах Сааремаа и Ида-Вирумаа.

В ходе проведения проверки были выявлены следующие факты несоответствия ветеринарно-санитарным требованиям и нормам Евразийского экономического союза и Российской Федерации.

  1. Лабораторный контроль не может обеспечить безопасность выпускаемой продукции в полном объеме и по всем показателям, предусмотренным как требованиями ЕАЭС, так и ЕС.
  2. Недостаточно эффективная и прозрачная работа системы прослеживаемости.
  3. Недостатки во внедрении и функционировании на предприятиях системы ХАССП.
  4. Отмечены случаи поступления в Россию рыбопродукции в сопровождении фальсифицированных ветеринарных сопроводительных документов.

При анализе актов проверок проинспектированных предприятий отмечен формальный подход и недейственный контроль со стороны государственной ветеринарной службы Эстонии, так как в течение длительного периода не отмечено и не зафиксировано ни одного нарушения и замечания. Кроме этого, не все недостатки, выявленные специалистами Россельхознадзора в ходе проведения настоящей инспекции, были указаны в актах официальных проверок государственной ветеринарной службы Эстонии ни на одном предприятии.

Учитывая серьезность выявленных нарушений, по результатам анализа информации, полученной в ходе инспекции, введены временные ограничения в отношении 4 проинспектированных предприятий и сохранены временные ограничения в отношении предприятия, отказавшегося от инспекции.

Кроме того, в связи с системностью выявленных нарушений, в частности не эффективной работой системы оперативного реагирования в Эстонии по предупреждению попадания в свободную реализацию (включая экспорт в Российскую Федерацию) небезопасной рыбопродукции, приостановлены поставки рыбопродукции из Эстонии в Российскую Федерацию до устранения выявленных нарушений и разработки эстонской стороной эффективной системы предупреждения попадания небезопасной продукции в свободную реализацию.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

Количество домашних свиней и диких кабанов, пострадавших от АЧС в России за 20017-2017 гг.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Балацкий Евгений Всеволодович - доктор экономических наук, профессор, директор Центра макроэкономических исследований Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, главный научный сотрудник Центрального экономико-математического института Российской академии наук (ЦЭМИ РАН).

e-mail: evbalatsky@inbox.ru

 

Екимова Наталья Александровна - кандидат экономических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Центра макроэкономических исследований Финансового университета при Правительстве Российской Федерации.

e-mail: n.ekimova@bk.ru

 

Юревич Максим Андреевич – младший научный сотрудник Центра макроэкономических исследований Финансового университета при Правительстве Российской Федерации.

e-mail: maksjuve@gmail.com

Научное издание

 

 

Е. Балацкий

Н. Екимова

М. Юревич

 

 

МАКРОЭКОНОМИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА УЩЕРБА РОССИИ ОТ АЧС

 

Рецензенты

доктор экономических наук, профессор В.В.Лебедев

доктор экономических наук, профессор А.В.Руднев

 

 

Официальная ссылка на монографию:

 

Балацкий Е.В., Екимова Н.А., Юревич М.А. Макроэкономическая оценка ущерба России от АЧС. М.: «Перо», 2018. – 208 стр.

223
6
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
В статье рассматриваются результаты двух волн идентификации университетов мирового класса за 2017 и 2019 гг., которые позволяют дать геополитическую «фотографию» рынка передовых университетов мира. Показано, что Объединенная Европа вырывается в лидеры, тогда как Азия и США ухудшили свои позиции. В основе успеха разных государств по построению глобальных университетов лежат экономические и культурные предпосылки. В качестве экономической предпосылки выступает факт наличия в стране глобальных высокотехнологичных компаний, число и сила которых определяют число и силу создаваемых университетов мирового класса. В качестве культурной предпосылки выступает широкое распространение «философии сотрудничества», которая предполагает интенсивный обмен опытом между университетами как внутри страны, так и между странами посредством создания многочисленных форм коллаборации – международных лиг и союзов, региональных консорциумов и групп, профессиональных ассоциаций и альянсов.
В статье предлагается модификация инновационно-технологических матриц, построенных для широкой выборки стран мира на основе индекса относительной производительности труда и индекса относительных удельных затрат на исследования и разработки, путем введения в них дополнительного элемента для сверхвысоких показателей указанных индексов. В итоге традиционная матрица размерностью 3x3 получила размерность 4x4. Такой методический прием позволил выявить страны, придерживающиеся нетрадиционной инновационной стратегии, для которой характерно опережающее развитие сферы исследований и разработок по сравнению с производственной сферой. К числу таких стран относятся Южная Корея, Израиль и Сингапур, которые продемонстрировали в последние десятилетия наиболее впечатляющие результаты в области экономического и технологического развития. Анализ положения России в инновационно-технологических матрицах за 2000–2015 гг. показал, что, стремясь сократить свое технологическое отставание от развитых стран, она отстала от самой себя – ее инновационная активность не соответствует ее технологическому уровню.
В статье рассматриваются наиболее популярные концепции социального развития зарубежных исследователей (Дж.Даймонда; Д.Норта, Дж.Уоллиса и Б.Вайнгаста; Д.Асемоглу (Аджемоглу) и Дж.Робинсона; К.Вельцеля; Э.Фромма; Л.Харрисона) в контексте последних работ российских ученых (В.Полтеровича; С.Кирдиной–Чэндлер; Н.Плискевич). Показано, что данные теоретические схемы в значительной степени дополняют друг друга, давая основу для построения общей теории развития. Реконструируется цивилизационный цикл принуждения, охватывающий временной период, начиная с палеолита и кончая современностью. Предлагается рассматривать постоянные и переменные факторы развития; показано, что по мере развития цивилизации значение географического и биологического факторов уменьшается, а роль технологий, институтов, культуры и богатства возрастает. Обсуждается проблема сохранения института сотрудничества в отдаленной перспективе.
Яндекс.Метрика



Loading...