Неэргодическая экономика

Авторский аналитический Интернет-журнал

Изучение широкого спектра проблем экономики

Все средства хороши

Государственная Дума РФ приняла бюджет на 2017–2019 гг. с незначительными правками по сравнению с его изначальным вариантом. Чего удалось добиться в процессе дебатов и корректировки исходного бюджетного плана? И насколько полно утвержденный бюджет выполняет свои стратегические задачи? Что удалось учесть разработчику по сравнению с первоначальной версией бюджета?

Госдума приняла бюджет на 2017-2019 гг. с незначительными правками по сравнению с его изначальным вариантом. Чего удалось добиться в процессе дебатов и корректировки исходного бюджетного плана? И насколько полно утвержденный бюджет выполняет свои стратегические задачи? Что удалось учесть разработчику по сравнению с первоначальной версией бюджета?

Попытаемся ответить на эти вопросы, исходя из трех основополагающих задач бюджета.

Решение первой задачи бюджета – сохранения суверенности страны за счет обеспечения должного уровня ее обороноспособности – так и осталось под вопросом. В первом варианте предполагалось сокращение статьи «Национальная оборона» за период 2016-2019 на 27,6%. В окончательной редакции только в 2017 году планируемое сокращение оборонных и секретных расходов составит более 20%. Хотя структура бюджета всеми признается как «милитаристская», дальнейшее ослабление военного сектора в нем предрешено. Такого рода экономические парадоксы характерны для больших стран со слабой экономикой и, как следствие, с малым бюджетом. Россия попадает в число таких стран и в ближайшие годы будет оставаться в их рядах.

Решение второй задачи бюджета – предотвращения массового обнищания населения – в значительной мере обеспечено в «кризисном формате». Так, если в первом чтении затраты на социальную политику за три года предполагалось увеличить на 9,6%, то в окончательном чтении только в 2017 году они возрастут на 28,2% по сравнению с 2016 годом. При этом предусмотрена ускоренная индексация ассигнований на пенсии, пособии и социальные выплаты. Хотя эффект от таких затрат в плане сдерживания бедности в стране очень незначителен, крен в сторону социальной ориентированности бюджета налицо. Совершенно очевидно, что в ходе бюджетных дебатов состоялся серьезный пересмотр приоритетов правительства в пользу социальной стабильности.

Решение третьей задачи – обеспечения приемлемой работоспособности национальной экономики и всех ее звеньев – в бюджете приняло новую форму, а именно – акцент сделан не на свободное развитие отраслей, а на обеспечение минимальных производственных гарантий. В этих целях произошло перераспределение средств на увеличение кредитной поддержки субъектов РФ из федерального бюджета со 100 млрд до 200 млрд рублей. Данная мера призвана нейтрализовать возможное обнищание населения регионов. В этом же направлении принято решение о дополнительных средствах банкам и АПК. Так, кредитные организации смогут рассчитывать на дополнительные субсидии с целью возмещения недополученных ими доходов от кредитов, выданных сельхозпредприятиям, в размере 56,1 млрд. руб. за 2017-2019 гг.; на прямую поддержку аграриев дополнительно будет направлено 10,6 млрд руб. Данные решения говорят о приоритете проблемы голода и стремлении правительства, прежде всего, накормить народ даже в самых неблагоприятных обстоятельствах. Таким образом, решение третьей задачи бюджета тесно сопрягается с решением второй задачи в ущерб развитию обрабатывающего сектора национальной экономики и его высокотехнологичных сегментов. В первой версии документа такая зависимость столь явно не просматривалась.

В области доходной политики бюджета прения в Думе не привели ни к какому принципиальному пересмотру изначальной версии документа.

Несомненно, у нынешнего бюджета имеются и значимые плюсы. Во-первых, он имеет очень приличную по нынешним меркам подушку безопасности в части нефтедолларовых доходов. Депутаты заложили в бюджет цену на нефть в размере 40 долл. за баррель, тогда как нынешние ее котировки и прогнозы МВФ и Всемирного банка на 2017 год – не ниже 50 долл. Во-вторых, поддержка со стороны бюджета малообеспеченных групп населения и слабых регионов должна позволить пережить любые неприятные неожиданности. В-третьих, поддержка отечественных аграриев и производств продуктов питания также способна сгладить самые неблагоприятные события мирового и национального рынка.

Как же в целом можно охарактеризовать произошедшие корректировки бюджета 2017-2019?

По нашему мнению, даже в первом чтении бюджет Минфина можно было назвать антирисковым, который не претендовал на развитие национальной экономики и не обозначал ее производственных драйверов. Однако в окончательной версии бюджет еще больше повысил свою антирисковую направленность и стал уже суперконсервативным. Можно констатировать, что Правительство РФ и Государственная Дума приняли «чрезвычайный» бюджет в не слишком чрезвычайных обстоятельствах. Есть ощущение, что представители законодательной и исполнительной власти перестраховались. Насколько оправдан такой подход, покажет будущее.

В связи со сказанным можно задать вопрос: с принятым бюджетом Россия обречена на «борьбу за выживание» или у нее все-таки остается шанс на технологический рывок?

Последние события дают стране очень неплохие шансы для позитивного развития. Например, от продажи 19,5% акций «Роснефти» и других госактивов в казну страны в конце 2016 года поступит 1,1 триллиона рублей, что является беспрецедентным бонусом для бюджета 2017 года. Если же договоренности, достигнутые между Россией и странами ОПЕК, позволят удержать цены на нефть хотя бы на нынешнем уровне, то, по нашим грубым оценкам, это будет эквивалентно росту бюджетных доходов 2017 года на 7–9% по сравнению с плановыми показателями, что эквивалентно сумме в 0,9–1,2 трлн. руб. Таким образом, приход в бюджет «неучтенных» 2 трлн. руб. открывает большие возможности в плане инвестирования в реальное производство и достижения на этой основе рывка в росте налоговой базы. Приоритет здесь должен быть один – машиностроение и хай-тек. Однако эффективное распределение указанных средств выходит за рамки компетенций Минфина; это прерогатива Минэкономразвития России. В свою очередь приход нового министра экономики в лице Максима Орешкина позволяет надеяться, что диалог двух ведомств станет более плодотворным и позволит более оперативно и эффективно направлять избыточные средства в приоритетные производства. Таким образом, Россия опять имеет все шансы на успех.

 

 

Официальная ссылка на статью:

 

Балацкий Е.В. Все средства хороши// «Российская газета», №7149(281), 12.12.2016. С.1, 4.

2461
6
Добавить комментарий:
Ваше имя:
Отправить комментарий
Публикации
The goal of the article is to evaluate different projects of reforming the income tax in the Russian Federation. To carry out this evaluation, the authors developed a three-parameter model which makes it possible to do calculations of the expected effects from different tax reform scenarios. The model is based on the idea that the best reform project simultaneously reduces the assets ratio, increases budgetary revenue and does not pose any risk of the reform’s non–fulfillment. The information array of the research is statistical data on the population’s income distribution. To neutralize distortions, the authors calibrated initial statistical data on distribution in the high–income group (the tenth decile) of the population. The risk of non–fulfillment was assessed through an expert poll. The developed model was used to test four income tax reform projects: those developed by the Government of the Russian Federation, the Communist Party of the Russian Federation, the Liberal Democratic Party of Russia, and the Party “Just Russia”. The application of the model allowed the authors to determine that the best project, according to three parameters, in the project of the Government, which preserves the flat income scale and raises the rate from 13 to 15%. According to the authors, it shows that there are no rational alternative suggestions on the introduction of a progressive income tax scale. They have also found out that the projects of all the political parties that support the introduction of a progressive income tax scale in Russia dramatically overestimate the growth in tax revenues from the implementation of their suggestions due to incorrect calculations of the distribution of the population’s incomes in the tenth decile group. It is concluded that currently there is no consensus between the Russian opposition political parties and the expert community. This prevents them from working out a single and well–developed income tax reform project. The authors believe that at present Russia needs a balanced project of introducing a progressive income tax with multi–step corrections of this tax over an extended period of time (10 years or more).
В 2010 году в России была издана на русском языке книга Стивена Льюкса «Власть: Радикальный взгляд». Хотя в международном политологическом дискурсе данная монография давно стала классической, в России ее идеи до сих пор не получили широкого распространения. В связи с этим в статье сделана попытка не только дать краткий дайджест идей американского ученого, но и рассмотреть ряд современных примеров, которые могут быть плодотворно проинтерпретированы в терминах концепции Льюкса. Помимо этого, делается попытка осмыслить некоторые следствия усиления феномена власти в информационном обществе, где возникают широкие возможности для манипулирования общественным мнением. Для этого проводятся параллели между концепцией трех измерений власти С.Льюкса, доктриной имплозии Ж.Бодрийяра и теорией дефицита внимания Д.Дзоло.
В статье показано, что за последние десятилетия феномен инфляции претерпел большие изменения, превратившись из монетарного явления преимущественно в немонетарное. Прикладные расчеты полностью подтверждают этот вывод применительно к России. Сильная зависимость инфляции от огромного числа немонетарных факторов требует разработки новых подходов к ее моделированию и прогнозированию. Новая доктрина предполагает переход от моно–инструментальных модельных комплексов к поли-инструментальным аналитическим системам. В рамках нового аналитического тренда авторы предлагают специализированную систему прогнозирования инфляции, включающую лицо, принимающее решения, аналитическое ядро, состоящее из сопряженных между собой эконометрической модели и нейронной сети, и аналитического интерфейса, включающего систему учета пороговых событий немонетарной природы и систему учета волатильности факторов инфляции.
Яндекс.Метрика



Loading...